- Что там? - спросил он. Несмотря на тысячелетний возраст, характер у него был самый непосредственный. Даже сейчас, после долгого бега, он дышал бесшумно. Одет он сейчас был ещё легче обычного - пёстрый четырехцветный шнур на бедрах с длинной бахромой и то, чем наградила природа. Впрочем, в таком лесу, сказал он, самое удобное - вообще ничего не носить и лишь наличие вокруг общества вынудило его пойти на жертвы...

- Заткнись, - процедил Верасена. Лицо у него было напряженное.

Вайми моментально скривил ему рожу, но возражать вслух не стал. Их с Верасеной отношения не заладились в самом начале - и тоже по каким-то древним разногласиям. С ним вождь был холодно-вежлив, но не более того...

Сейчас Вайми замер, буквально обратившись в слух - и лицо его мрачнело с каждым мгновением. Рука сжалась вокруг гарпуна так, что даже побледнела от напряжения.

Максим тоже прислушался - и то, что он услышал, ему совершенно не понравилось. Выше по склону сквозь заросли ломились какие-то явно здоровенные зверюги. Причем ломились прямо к ним - звук постоянно становился громче.

- Что... - наконец спросил Максим.

Верасена резко повернулся к нему.

- Хоруны. На замунгах. Много. Идут к нам.

- Бежим? - деловито предложил Вайми. О замунгах, верховых тварях Хорунов, он рассказал землянину уже достаточно - и сейчас Максим искренне жалел, что вообще слышал эти рассказы. В них замунги выглядели тварями величиной едва ли не в дачный домик, способными запросто оторвать хобот слону. Связываться с ними без танка - или, на худой конец, гранатомета ему совершенно не хотелось.

- Замунги всё равно быстрее. Бежать нельзя - погибнем жалкой смертью, - Верасена оскалился и вырвал из ножен полуметровый каменный клинок. Зазубренный и очень, очень неприятный на вид. Такие же клинки появились и в руках остальных Воронов. Вайми лишь пожал плечами и взял наизготовку гарпун. Смотрелся тот не слишком-то внушительно, но удирать Астер всё же не стал, хотя вообще-то имел право...

Максим тоже наклонил вперед копьё. Ему было страшно - но сейчас, рядом с Воронами, бояться было просто стыдно...

Треск в зарослях становился всё громче - теперь мальчишке казалось, что сквозь них ломится целое стадо каких-то сумасшедших тракторов. Потом из них вырвались...

Замунги и в самом деле оказались здоровенными зверюгами - наверное, больше самого крупного земного медведя. Грязно-серые, в темных гиеновых пятнах на длинной, жесткой, свалявшейся шерсти. С голыми, тупыми мордами, на которых скалились вполне акульи пасти - кинжалообразные зубы шли в них минимум в три ряда. Короткие, толстые лапы кончались громадными когтями. И, словно всего этого мало - на каждой твари сидел здоровый парень в черном плаще и шлеме, судя по всему, из черепа того же самого замунга. С длинным копьём, увенчанным зазубренным кремневым наконечником. За спинами у нескольких парней торчали длинные луки. И, в дополнение ко всему этому, у каждого Хоруна на седле висела тяжелая дубина, усаженная острыми кремневыми осколками. И было всадников, как показалось Максиму, минимум дюжины две...

Он не знал, что сделал бы дальше - наверное, всё же испугался бы - но Хоруны атаковали с ходу, не тратя время на запугивание. Их зверюги ломанули вперед, на редкую цепочку Воронов. И...

Верасена вдруг взвился в воздух в длинном, невозможном прыжке. Каменный клинок мелькнул, по рукоять уходя в жесткую шерсть где-то за бесформенным ухом. Верасена спружинил об замунга сапогом, так же ловко отскочил в сторону. Из шерсти тугой толстой струей ударила черная кровь, тварь жутко заревела, тяжеловесно развернулась на месте, пытаясь достать увертливого мальчишку - и вдруг рухнула на бок, забилась, издыхая...

Вслед за вождем в атаку бросились и остальные Вороны. До этого самого мига их каменные клинки казались Максиму просто дурацкими игрушками - ну в самом деле, как рубить-то таким? Треснешь врага по башке - и твой каменный "меч" пополам, а у врага лишь сотрясение. И то, если есть мозги...

Только вот Вороны и не пытались РУБИТЬ. Они кололи - и тут каменные их мечи работали не хуже настоящих. Сразу несколько замунгов заревело, получив глубокие раны. Кто-то из Хорунов дико заорал, получив удар мечом в бедро... что было там потом, мальчишка не заметил, потому что одна из тварей нацелилась прямо на него.

Максим сделал выпад, целясь в белесый, мутный глаз - но тварь мотнула башкой и остриё соскользнуло по ней, лишь ободрав кожу. Мальчишка совсем забыл о всаднике - и Хорун с размаха треснул его древком копья по башке.

Из глаз брызнули искры. Максим полетел наземь - и тут же громадная когтистая лапа придавила его к земле так, что захрустели ребра. Над головой нависла бездонная, казалось, пасть, обдавая мальчишку невыносимым смрадом и он невольно зажмурился. Всё было кончено...

- Теперь, скоты, вы поняли, что сила Червя безгранична! - провозгласил вождь Хорунов и Максим поморщился - башка от удара копьём всё еще болела и грубый голос вождя, казалось, впивался прямо в мозг. Мальчишка уже знал, что его зовут Мэцеё - Вайми по дороге рассказал. Кретинское имя - словно муха прожужжала - но ничего кретинского в облике вождя не было, за исключением разве что одежды - черного косматого плаща и черных меховых трусов с черными же кожаными сапожками. Свой жуткий шлем Мэцеё сейчас держал в руках и Максим мог хорошо рассмотреть его лицо. Широкое, грубоватое лицо - но мужественное и в чем-то даже симпатичное. Не верилось даже, что перед ним - самый гнусный во всем этом мире гад...

Максим вздохнул, покосился вправо, потом влево. Вороны дрались как настоящие дьяволы - пара замунгов подохла, а ещё с полдюжины были к этому близки. Хорунам тоже досталось - один из них уже... исчез, истек кровью, ещё с полдесятка получили кровавые раны. Но их оказалось куда больше, чем сначала подумалось мальчишке - к пятнадцати всадникам присоединились ещё пятнадцать пеших. Это и решило исход боя - от неповоротливых замунгов ещё можно было уворачиваться, от ловких накачанных парней - нет. Да и было их почти вдвое больше и дрались они ожесточенно и умело, нападая одновременно с разных сторон - а половина Воронов была, вообще-то, девчонками...

Убивать, правда, Хоруны никого не стали - даже зверюги их, как оказалось, были натасканы на то, чтобы сбивать врагов с ног и прижимать к земле. Правда, не из гуманизма, а чтобы превратить в рабов. При этой мысли у мальчишки всё замирало внутри...

Максим вздохнул и ещё раз осмотрелся. Уйти никому не удалось - да, правду говоря, никто и не пытался. Даже Вайми, который вполне мог удрать в лес, вдруг бросился в атаку со своим гарпуном - и через секунду был придавлен...

- Но Червь милостив! - между тем, провозгласил Мэцеё. Он явно наслаждался представлением и своим торжеством. - Он милостив даже к таким бесконечно жалким уродам, как вы! В своей бесконечной милости он дарует вам право служить нам, избранным слугам Червя!

Максим передернулся. Связать их, по счастью, не успели - но немного в том пользы, когда два здоровенных парня заломили тебе руки за спину...

- Ну? Кто готов принять милость Червя? - Мэцеё обвел взглядом строй пленников. Взгляд у него был пристальный и неприятный и возникшая было симпатия исчезла. Мэцеё не был этаким мальчишем-плохишем, который отбирает у малолеток конфеты и дарит их девочкам. Он был... не бандитом даже, а настоящим, без дураков, зверем, который упивается властью над людьми. Тем не менее, никто не ответил.

- Так, - Мэцеё повесил шлем на седло и вновь обвел пленников взглядом. - Уроды, вы ещё не понимаете, что Червь просто бросил ваше жалкое племя мне под ноги по пути к подлинному триумфу! Ибо близко время Его власти! Его Освобождения! Тот, кто склонится перед Ним и перед нами, его избранными слугами, будет жить. Тот, кто проявит глупую гордыню, познает боль, превыше любой вообразимой!