В руки мисс Пруэтт плавно опустился огромный букет цветов, который она тут же прижала к груди.

— Я знаю, Артур! Осталось только дело за малым: переупрямить родителей! Но я не я буду, если не смогу!

Переупрямливать, впрочем, никого не пришлось. Директор Дамблдор пришел на помощь юным влюбленным. Хогвартс всегда был неким государством государстве, а потому и правила там действовали особые. Молли не знала, как Артур упросил директора, но тот с готовностью согласился провести свадебный ритуал в алтарном зале школы.

— Ах, любовь! Как она прекрасна! Нет ничего сильнее и ничего дороже любви, — добродушно улыбаясь сказал Альбус Дамблдор и добавил: — Вы оба уже совершеннолетние, не вижу никаких проблем! А родители, девочка моя, со временем поймут и примут, не переживай.

Скромная свадебная церемония прошла, как и полагается, в среду вечером. Моллиссия Вирджиния точно соблюла все традиции: на ней было новое свадебное платье, старинный кулон, принадлежащий женщинам рода Пруэтт испокон веков, лучшая подруга одолжила прекрасные туфельки, а в руках невеста держала очень милый букет голубых незабудок. Символизм, подчас, многое значит, а потому Молли была уверена, что в новой, замужней жизни у нее все будет хорошо.

Альбус Дамблдор, по случаю торжественного мероприятия надевший бархатную мантию нежно-василькового цвета, позвякивая золотыми колокольчиками в бороде, сопроводил будущих новобрачных в святая святых — алтарный зал Хогвартса, где и провел свадебную церемонию, неразрывно связавшую две жизни воедино.

Воодушевленная Молли, крепко держа за руку будущего супруга, дала все положенные клятвы и в одночасье превратилась из мисс Пруэтт в миссис Уизли. Что до родителей, то действительно: пройдет немного времени, и они простят и примут. Как же иначе? Не может же отец на самом деле отказаться от нее?

Тем сильнее оказался удар: мистер Пруэтт действительно привел свою угрозу в исполнение и отрезал непокорную дочь от рода, отказавшись не только как-либо поддерживать ее, но и разговаривать вообще.

Молли рассорилась с семьей.

«Ничего, это временно. Пока все поправимо. Вот появятся внуки, и отец, конечно, передумает!» — думала девушка.

Впереди были выпускные экзамены и небольшое свадебное путешествие. Артур предложил посетить мир магглов, и супруга с ним решительно согласилась. Их ждала прекрасная новая жизнь, новые возможности и радужные перспективы.

Впоследствии Молли Уизли часто думала, что это была ее первая ошибка: она пошла наперекор воле родителей и выбрала Артура Уизли.

А, может, ошибкой было то, что она поверила Дамблдору?

Сдача ЖАБА прошла как в тумане: вот, казалось, они только-только ходили бледные, уткнувшись в конспекты лекций и книги, а вот уже им вручают дипломы, а директор Дамблдор пожимает руки особо отличившимся семикурсникам.

Молли сдала экзамены не то, чтобы сильно хорошо, но это было вполне объяснимо — новая жизнь! Где уж тут нормально подготовиться и отработать заклинания?!

Впрочем, все проходит, прошла и пора суматошной подготовки, и яркий выпускной. И вот уже новоявленные супруги Уизли отправились в традиционное свадебное путешествие — исследовать мир магглов. Заселились они в маленькую, но очень уютную гостиницу на Портобелло-Роуд. Небольшая проблема возникла с документами, но Артур быстро справился с ней, ловко махнув палочкой и прошептав: «Конфундус».

— Смотри, Молли, — сказал Артур, стоило им только переступить порог их номера, и показал пальцем куда-то в стену, — вон там живет лепестричество.

— Что, прости? — удивилась девушка, которая на маггловедение в Хогвартсе не ходила и в придумках простецов не разбиралась.

— Это такая маггловская штука, — с гордостью произнес Артур Уизли. — Я еще не совсем понял, как она работает, но она может делать так.

Артур протянул руку к стене и щелкнул тумблером. С потолка полился яркий теплый свет. Молодой человек снова нажал на переключатель, и свет погас. Молли растерянно смотрела, как ее супруг щелкает и щелкает чем-то, свет загорается, тухнет и снова загорается… Потом внезапно раздался глухой хлопок, и комната окончательно погрузилась во тьму. Миссис Уизли вздохнула и потянулась за палочкой — «Люмос» как-то привычнее будет.

Магглов было много. Несравнимо больше, чем волшебников. И все они жили какой-то своей, совершенно особой, яркой жизнью. По улицам города курсировали железные повозки («Автомобили, дорогая, это автомобили! Когда-нибудь и у нас будет такой же!»), женщины и мужчины носили странную одежду. Иногда Молли даже хотела прикрыть глаза, когда видела очередной психоделический принт или излишне короткую юбку.

Супруги Уизли посещали лондонские выставки и салоны, ходили на кинопоказы и исследовали местные достопримечательности. Все было ново, интересно и необычно. Кино оставило неизгладимый след в душе Молли: как будто огромный думосбор, внезапно решил вывести картинку сразу для всех. И все это — без капли магии! Невероятно!

Девушка, не видевшая до этого ничего более глобального, чем Косой переулок, была покорена. Ах, эти затейники простецы! Чего только не придумают!

Жизнь магглов казалась ей радужной и беззаботной.

Возможно, Молли захотела бы остаться в этой веселой круговерти, влиться в толпу праздно гуляющей публики и проводить так все дни напролет, если бы не одно «но»: ей очень не хватало магии.

Как оказалось, в мире простецов достаточно сложно колдовать. Далеко не самые трудоемкие заклинания давались ей с большим трудом, а иногда сбоили и не получались вовсе. Конечно, речь не шла о чем-то глобальном (все же о наличии Статута Секретности миссис Уизли не забывала), но даже стандартные бытовые чары внезапно становились капризными и ненадежными. Простое «Акцио» срабатывало через раз, а «Люмос» иногда загорался так тускло, что проще было зажечь маггловскую лампу.

Артур, напротив, казался совершенно невозмутимым. Он был слишком увлечен исследованиями, чтобы замечать какие-то сложности. Каждый день он открывал для себя что-то новое, с детским восторгом крутя в руках то билеты для автобуса, то газеты, фотографии в которых, к его удивлению, совершенно не желали двигаться.

Атмосфера Лондона с его шумом и хаосом завораживали Молли, но ощущение какой-то странной магической «глухоты» не проходило. Она чувствовала себя так, словно оказалась на большой глубине, где слова заклинаний звучат приглушенно, а волшебная палочка становится практически бесполезным куском дерева.

А еще девушку не покидало чувство голода. Нет, они хорошо питались, и еда магглов была очень вкусна, но почему-то ей совершенно не получалось насытиться.

— Это все потому, что в ней нет ни капли магии, — авторитетно произнес Артур. — Мы же другие, поэтому нам нужна наша еда, приготовленная из тех продуктов, что были выращены на магической территории.

— Как странно! — удивилась Молли. — Как же выживают здесь магглорожденные?

— Наверное, для них это не проблема, все же они родились в этом мире, и для него они в какой-то степени «свои», — пожал плечами Артур.

Их небольшой вояж уже подходил к концу, и Молли Уизли предвкушала, как они вернутся в знакомый и родной мир магии, она будет обустраивать семейный быт, а Артур займется чем-нибудь важным и очень значимым.

Оказалось, что магический мир новоявленную чету Уизли совсем не ждал.

Начать с того, что жить им оказалось совершенно негде. Помыкавшись по друзьям, супруги ненадолго осели у тетки Молли — Мюриэль. Отец гнев на милость не сменил и общаться не желал. Судя по тому, что проблемы с колдовством у девушки сохранились и за пределами маггловского мира, из рода ее вычеркнули отнюдь не просто на словах.

Молли уже слышала о таких случаях: когда покидаешь род — проседаешь в силе, да и магия какое-то время стабилизируется. Это было неприятно и очень грустно, но не смертельно. Живут же люди без поддержки рода, лишь на собственной магии, не так ли? Нужно лишь немного подождать, и все наладится!