Наконец, когда голоса преследователей стихли, а лес стал реже и светлее, они выбежали на поляну.

— Мы оторвались?

— Во всяком случае, я ничего не слышу, — пожал плечами Селвин. — Но знаешь, Лисса, мне кажется, ты что-то не так поняла. И все это какая-то ерунда, с которой можно легко разобраться, просто поговорив друг с другом.

До лабораторий добрались успешно: погоня то ли потеряла их след, то ли отстала окончательно. Пруэтт, едва переступив порог жилого корпуса, бросилась к сумке, достала тетрадь, раскрыла ее на чистой странице и набросала послание Линчу, в котором говорила, что в силу обстоятельств уходить будет прямо сейчас, через тот непонятный портал, что ведет к Арке Смерти.

«Стэнли, — писала она, не тратя времени на приветствия. — Моргана — не союзник. Она манипулировала мной с момента прибытия, чтобы задержать на Авалоне. Ее планы неизвестны, но в них фигурирует Мордред. Возвращение острова в Большой мир может быть катастрофой для Британии. Я ухожу через портал в лабораториях. Мне нужен будет маяк с вашей стороны, я сейчас напишу, что нужно сделать. Предупреди Долохова».

«Долохов? — тут же отозвался Линч, к счастью, ничего не переспрашивая. — Ты хочешь, чтобы он…»

«Да. Это единственный способ вытащить меня отсюда».

Пруэтт отложила перо и подняла голову. Тристан стоял у стены, скрестив руки на груди, и смотрел на нее странным, каким-то отстраненным взглядом.

— Что? — спросила Лисса.

— Ничего, — он покачал головой. — Просто… ты уверена, что не погорячилась? Может, все-таки стоит поговорить с Морганой? Она…

— Она манипулировала мной, Тристан, — перебила Пруэтт, поднимаясь. — Влияла на мои мысли. И после того, что я услышала… — она вздохнула, махнула рукой. — Не важно. Нам нужно идти. Время поджимает.

Лисса схватила сумку, тетрадь, артефакты и вышла в коридор. Селвин двинулся следом.

В подвале центрального корпуса, у черного пятна на полу царил привычный полумрак. Пруэтт опустилась на корточки, доставая мелок для рун.

— Поможешь? — спросила она, не оборачиваясь.

— Конечно, — голос Тристана звучал приглушенно. — Что нужно делать?

— Следи, чтобы никто мне не помешал. Если кто-то ворвется — задержи. Мне нужно некоторое время, чтобы закончить круг и правильно активировать портал.

— Сделаю.

Лисса работала быстро, почти не глядя выводя руны и символы: те, что открывали путь; те, что фиксировали реальность вокруг путника, не давая ей распасться на куски; те, что связывали ее с «маяком» на той стороне.

— Этот портал, — начала Пруэтт, не отрываясь от дела, когда молчание стало немного тяготить, — он очень интересный. Его создали маги Авалона, но кое-чего не учли. К счастью, я могу воспользоваться им, и мы с тобой уйдем в Британию.

— Мы с тобой? — переспросил Селвин. — Разве речь шла не о возвращении Авалона?

— Нет, — категорично отрезала Лисса. — Больше нет. Мы уходим вдвоем. Это еще один путь.

— Значит, — протянул Тристан, — мы выберемся, а Авалон останется в своем «нигде». Со всеми его жителями. Ты уверена, что это правильно?

Пруэтт замерла на секунду, затем продолжила чертить.

— Я не знаю, — честно признала она. — Но вот, что мне известно: Моргана что-то задумала, и я не собираюсь помогать ей. Кроме того, не все так однозначно.

Селвин молчал. Лисса, увлеченная работой, не обратила внимания, как изменилось его лицо. Как взгляд стал жестче, а губы сжались в тонкую линию. Вместо этого она продолжала чертить и одновременно рассказывала, что узнала от Хильды и Ингрид: про магов, которым и здесь хорошо, про ученых, которым нужно не возвращение, а загадка, про Моргану. Рассказывала, как поняла механику Арки и лабиринта, как рассчитала переход. Говорила быстро, сбивчиво, не замечая, что Тристан почти не отвечает. Только иногда хмыкает, кивает, да задает дежурные вопросы.

— А если портал не сработает? — спросил он, когда Лисса замолчала.

— Сработает, — уверенно ответила Пруэтт. — Я все проверила. И у меня есть маяк.

— Маяк?

— Долохов, — она улыбнулась. — Когда я начну переход, Тони поможет мне сориентироваться. Это надежно.

Лисса закончила чертить, поднялась, отряхнула колени.

— Все. Осталось только активировать. Ты готов?

Селвин подошел ближе и посмотрел на Пруэтт долгим, странным взглядом.

— Лисса, — сказал он тихо. — А что, если я не хочу уходить?

— Что?

— Я не хочу уходить, — повторил Тристан. — Точнее, не так. Я хочу уйти, но не этим способом. Авалон должен вернуться, Лисса. Должен. И Моргана… она права. Я не знаю, какие у нее планы, не знаю, что будет с Мордредом, но я знаю одно: здесь мое место. Здесь я нашел себя. И я не позволю тебе все разрушить.

Лисса не успела среагировать.

Тристан взмахнул рукой, и тело Пруэтт сковало невидимыми путами. Она рухнула на колени, не в силах пошевелиться.

— Ты… — прошептала она, глядя на него снизу вверх.

— Прости, — сказал Селвин, и в его голосе действительно слышалось сожаление. — Ты мне правда нравишься, Лисса. Ты умная, сильная, интересная. С тобой было… легко. Но Моргана для меня больше, чем просто наставница. Она — моя надежда. Моя цель. Моя вера. Я не могу тебя отпустить.

Тристан опустился перед Пруэтт на корточки, заглядывая в глаза.

— Ты сейчас все обдумаешь, — сказал он мягко, — успокоишься. А потом придут Моргана и Брана, и вы все вместе решите этот вопрос. Без глупостей и побегов. Авалон вернется, Лисса. И ты в этом поможешь. Хочешь ты того или нет.

— Ты предатель, — прошипела Пруэтт, дергаясь в путах. — Я доверяла тебе. Я считала тебя…

— Другом? Я и был твоим другом. И остаюсь. Просто у нас разные цели. Ты хочешь уйти. Я хочу остаться. Ты хочешь спасти свой мир. Я хочу спасти свой.

— Авалон — не твой мир, — выдохнула Лисса. — Очнись! Моргана тебя использует, как и меня.

— Может быть, — согласился Тристан. — Но это мой выбор.

— Предатель… — снова повторила Пруэтт.

— Нет, — покачал головой Тристан. — Я просто выбрал сторону. И на этот раз эта сторона — не твоя.

Время тянулось медленно, а путы, наложенные Тристаном, держали крепко, сковывая не только тело Лиссы, но и ее магические силы. Видимо, это было что-то очень «авалонское» или просто древнее — ей такого точно не показывали. Недаром же Селвин числился в негласных учениках у ле Фей! Магия Тристана ощущалась как нечто скользкое, но не сказать, чтобы неприятное. Просто каждый раз, как Пруэтт предпринимала попытку отыскать узлы заклятия и освободиться, путы меняли свое положение, перетекали, уворачивались, и Лиссе приходилось начинать все сначала. Она пыталась. Нет, честно пыталась: обойти, сломать, разорвать. Пока что все было тщетно. Что ж, следовало признать, что Тристан знал, что делал.

Сам Селвин попытки Пруэтт освободиться явно видел, но стойко игнорировал. Не помогал, но вроде как и не мешал. Он стоял у входа в подвал, прислонившись плечом к каменному косяку, и взгляд его был устремлен то ли внутрь себя, то ли просто в пустоту. Лисса видела, как напряжены его плечи, как сжаты челюсти. Похоже, ему было нелегко, но это не имело ровным счетом никакого значения.

— Ты еще можешь все исправить, — тихо сказала Пруэтт. — Отпусти меня, Тристан. Мы уйдем вместе, и я не буду держать на тебя зла.

Селвин отрицательно покачал головой, но так и не сказал ни слова.

Лисса вновь сосредоточилась на путах. Где-то там, в глубине сознания, засела мысль, что она уже почти разгадала структуру заклинания. Еще немного, буквально совсем чуть-чуть, и она сбросит с себя магические оковы. Все что ей останется: преодолеть какой-то десяток шагов до портала, активировать его и уйти с Авалона!

Шаги, раздавшиеся в коридоре, заставили Пруэтт прерваться, поднять голову и посмотреть в сторону дверного прохода. Первой, как и положено, вошла Брана — поджарая и собранная, готовая к любым неожиданностям. Глава охраны быстро оглядела помещение, бросила взгляд на Лиссу, скривилась, будто увидела что-то неприятное, и процедила: