— Расскажи про этого Архилича, — попросила кулинар, переворачивая щипцами золотистые куски. Жир весело брызнул на угли. — К чему готовиться? Это такой скелет в балахоне с косой?

— Хуже, — сухо ответил наемник, подставляя озябшие руки к костру. — Кости давно сгнили. Это концентрированный сгусток темной магии, запертый в бронированном саркофаге. Фанатик, помешанный на власти и коллекционировании чужих душ.

— О, понятно, — понимающе кивнула Ада. — Типичный налоговый инспектор. У нас в ресторане один такой проверку устраивал. Тоже душный, бледный и всё время пытался вытянуть из шефа жизненную энергию. Мы ему тогда паленую накладную подсунули. Как думаешь, с Архиличем такой фокус прокатит?

Уголок губ бессмертного дрогнул в подобии улыбки.

— Если в накладной будет указана передача права собственности на его Черный Гримуар — возможно. Но я предпочитаю метод прямого физического убеждения.

— Значит, снова будешь раздавать лещи? — хмыкнула сибирячка, снимая готовую порцию на чистую доску.

— Только если он откажется понимать слова.

Девушка ловко подцепила самый сочный, покрытый хрустящей пряной корочкой кусок и протянула его на кончике ножа прямо напарнику. Тот аккуратно взял мясо двумя пальцами. Откусил.

Идеальный баланс специй, соли и живого, дикого вкуса мгновенно примирил древнего убийцу с реальностью. Ради такой стряпни действительно стоило лезть в проклятый некрополь и потрошить тысячелетних мертвецов.

— Ну как? — Ада с замиранием сердца ждала вердикта, вытирая руки о штаны.

Бродяга задумчиво прожевал. Проглотил. Серьезно посмотрел на рыжую кухарку.

— Если твоя Зинаида откажется брать меня в мясной цех, — скрипучим басом произнес гигант, — я просто разрублю ваш ресторан пополам. Готовь еще. Мы идем за билетом.

Утро в мертвом мире — это просто когда черный туман меняется на серый. Солнце здесь не работало в принципе. Но для повара из Омска новая смена начиналась по расписанию, даже если вместо плиты вокруг только радиоактивный пепел.

Ада суетилась у костра. Сибирячка нарезала остатки драконьего филе тонкими полосками, щедро натирала их солью и острым перцем, а потом вешала вялиться над дымом. Сухпаек — штука критическая. Готовые, жесткие как подошва, но невероятно сытные куски мяса летели прямиком в бордовый магический баул.

Крид сидел неподалеку. Ветеран методично, с пугающим упорством точил свой здоровенный двуручник о кусок плоского гранита. Вжик. Вжик. Вжик. Звук противно резал по нервам, но бродяга даже не моргал, глядя в пустоту.

— Всё, еда готова, — девушка вытерла грязные руки о штаны и пнула ногой мелкий камень. — Хватит дней на пять, если не жрать от пуза. А теперь колись, куда премся? У твоего деда-некроманта адрес есть? Или будем просто бродить по туману и стучать в каждую могилу, пока нам злой скелет не откроет?

Мечник перестал точить клинок. Провел большим пальцем в латной перчатке по лезвию, проверяя заточку.

— Тут нет адресов, — глухо ответил наемник, убирая тесак в заспинные ножны. — Бездна — это свалка. Земля постоянно двигается, куски чужих миров наезжают друг на друга. Карты бесполезны. Нам нужен местный барыга. Тот, кто продает слухи и чужие секреты. Придется спуститься на самое дно.

— Ага, можно подумать, до этого мы гуляли исключительно по Рублевке, — саркастично фыркнула кухарка, закидывая рюкзак на плечи. — Куда топаем?

— В «Ржавую Каверну», — бросил великан, шагнув в серую мглу. — Не отставай. Местные могут прирезать просто за то, что ты слишком громко дышишь.

Спуск занял несколько часов. Каменистое плато резко оборвалось гигантским кратером. На самом дне этой ямы валялся колоссальный остов старого космического крейсера. Кусок забытой высокотехнологичной цивилизации, который гнил тут уже целую вечность.

Прямо в распоротом брюхе звездолета лепился поселок. Настоящий рай для всяких отбросов, беглых убийц и маргиналов из мертвых миров. Вместо домов — ржавые контейнеры и куски обшивки. Под ногами хлюпала токсичная жижа цвета бензина. Воняло дешевым пойлом, немытыми телами и горелым пластиком.

Девчонка натянула капюшон поглубже, стараясь дышать через рот. Из темных щелей на путников пялились недружелюбные, голодные глаза. Местная шпана явно прикидывала, можно ли их ограбить, но, оценив габариты шагающего впереди дуболома, благоразумно оставалась в тени.

Путь завершился у кривой стальной плиты, заменявшей дверь. Сверху тускло мигала вывеска, намалеванная чем-то бурым, подозрительно похожим на запекшуюся кровь: «Рваная глотка».

— Пришли, — коротко предупредил защитник, останавливаясь. — Ничему не удивляйся. Ни с кем не болтай. Начнется драка — падай на пол и ползи к выходу. Я сам найду.

Ветеран просто вышиб стальную створку мощным пинком. Тяжелая дверь со скрежетом отлетела в сторону и врезалась в стену.

Таверна оказалась бывшим ремонтным ангаром. Дым от дрянного курева стоял такой плотный, что хоть топор вешай. Внутри бухала, орала и играла в кости самая разношерстная публика Бездны. Киборги-орки с ржавыми протезами, бледные гули, рогатые демоны-дезертиры. Обычный злачный притон на краю вселенной.

Гвалт оборвался мгновенно, стоило тяжелому сапогу бессмертного переступить порог.

Смех стих. Замерли стаканы в грязных руках. Драка в дальнем углу остановилась на стадии занесенного кулака. Сотня разномастных чудовищ синхронно повернула морды к входу.

Бродяга не доставал оружие, не кричал. Мужчина просто стоял, лениво обводя притихший зал вымороженным взглядом. Но его тяжелая, свинцовая аура хищника, пережившего тысячи смертей, накрыла бар как бетонная плита. Местные нутром чуяли — зашел тот, кто стоит на самом верху пищевой цепи.

Ада нервно сглотнула, прячась за широкой спиной напарника. Сибирячка чувствовала себя пухлой домашней овечкой, которую матерый волкодав зачем-то притащил в стаю диких, вечно голодных шакалов.

— Стой здесь, — процедил сквозь зубы убийца.

Наемник тяжелым шагом двинулся сквозь зал. Толпа поспешно, стараясь не делать резких движений, вжималась в столы, освобождая проход гиганту.

Цель обнаружилась в дальней VIP-кабинке, отгороженной ржавой сеткой. Там развалился Информатор — шестирукий бледный гуль в щегольском кожаном плаще. Перед барыгой стоял стакан с ядовито-зеленым пойлом. Сзади нависали двое телохранителей — здоровенные лысые тролли со встроенными в руки пулеметами.

Странник подошел вплотную к столику. Охранники угрожающе зарычали, но стрелять без приказа не спешили.

Торговец секретами поднял черные глаза, растягивая тонкие губы в наглой ухмылке. Гуль привык к суровым клиентам и чувствовал себя в безопасности.

— Архилич, — буднично, без здрасьте и до свидания, пробасил ветеран. — Владелец Черного Гримуара. Нужны координаты. Прямо сейчас.

Шестирукий гуль откинулся на спинку дивана. Мутант щелкнул длинными желтыми ногтями, разглядывая исполина с ленивой насмешкой. В этом баре барыга чувствовал себя королем.

— Гримуар? — скрипуче хохотнул торговец, отпивая зеленое пойло. — Губа не дура, здоровяк. Только такие адреса нынче кусаются. Ценник конский. У тебя бабла не хватит даже на направление пальцем.

Информатор скосил черные глаза. Взгляд ублюдка мазнул по замершему залу и безошибочно остановился на Аде, жмущейся к входу. Тонкие губы барыги растянулись в сальной, неприятной ухмылке.

— Хотя, знаешь… — гуль облизнулся раздвоенным языком. — За красивые глаза не работаю, но вот за ту рыжую соску у дверей — вполне. Свежее мясо нынче в жестком дефиците. Оставляешь девку мне, а я рисую тебе маршрут. По рукам?

Ветеран даже не моргнул. На суровом лице не дернулся ни один мускул. Никаких пафосных угроз. Никаких криков про поруганную честь.

Просто короткое, смазанное движение.

Глаз смертного не успел бы ничего зафиксировать. Огромный охотничий кинжал скользнул из ножен на поясе наемника быстрее мысли. Раздался глухой, сочный хруст. Широкое лезвие насквозь пробило левую верхнюю кисть мутанта, намертво пригвоздив ее к металлической столешнице.