Ох, адреналин.

Шелтис, сукин ты сын, как давно такого азарта не было.

Он остановился рядом с мордой, и я почувствовала его взгляд — тяжёлый, изучающий, недоверчивый. Видимо, ему не верилось, что стальная драконица из рода Андаров — такая лёгкая добыча. Слишком просто. Слишком быстро.

Я бы на его месте тоже засомневалась.

Сквозь почти прикрытые веки я видела размытый силуэт — высокий, подтянутый, слишком уверенный для того, кто только что свалил дракона.

Серая кожа казалась почти серебристой в рассеянном свете, пробивающемся сквозь листву, и он склонился ниже, разглядывая меня, будто оценивал, жива ли добыча или уже можно снимать трофеи.

Потом он снова пнул меня — на этот раз переднюю лапу.

И выбора не осталось.

Именно в ней был зажат кристалл.

Боль кольнула, прошлась по костяшкам, и я едва сдержалась, чтобы не дёрнуться слишком резко. Лапа была напряжена — кристалл зажат в когтях так крепко, что грани впивались в чешую, и если он заметит, всё полетит к чертям.

Я сдавила кристалл, чувствуя, как магия вспыхивает под пальцами, разливается по телу жаром, готовым сорваться в любую секунду.

Ещё мгновение. Одно. Последнее.

Он наклонился ниже, и я почувствовала его дыхание — тёплое, размеренное, без намёка на волнение. Чёртов хладнокровный ублюдок.

Я разжала когти. Кристалл вспыхнул ослепительным светом, и магия взорвалась, развернулась паутиной, стянула воздух, пространство, всё вокруг.

Я услышала, как он ругнулся — резко, коротко, — потом звук падения, глухой удар коленей о землю, и трансформация накрыла меня волной, обжигающей, почти болезненной. Кости затрещали, съёживаясь, чешуя растворилась, крылья исчезли, и через секунду я уже стояла на ногах — человеческих, слабых по сравнению с драконьими, но достаточно устойчивых, чтобы не упасть.

Меня шатнуло.

Удар все же был основательный, будут синяки как минимум.

Все ради добычи!

Дроу был на коленях.

Руки стянуты за спиной невидимыми нитями, ноги обездвижены. Магия опутывала его, как паутина, светилась бледным голубым светом, и я видела, как напрягаются мышцы на его руках, как он пытается сопротивляться — безуспешно.

Связывающий кристалл держал крепко, намертво, и вырваться из этого не мог бы даже маг третьего ранга.

— Порядок, Альм, выходи! — крикнула я, стряхивая с волос листья и ветки, и голос прозвучал хрипло, но торжествующе.

— Да здравствует король Фердинанд! — отозвался брат из укрытия, и только я знала, что Альм благословляет короля, когда-то попавшегося в ту же ловушку и три часа провисевшего связанным, пока я смеялась над ним и отказывалась снимать заклинание.

Я отряхнулась от земли, от щепок, впившихся в кожу, и посмотрела на дроу.

А дроу хохотал.

Не сдержанно, не натянуто — искренне, от души, будто только что увидел лучшую шутку в своей жизни. Плечи тряслись, голова откинулась назад, насколько позволяли путы, и в зелёных глазах плясали искры веселья, которые заставили меня напрячься сильнее, чем любая угроза.

Я подошла ближе, присела на корточки перед ним и вынула из ножен его клинки — одинаковые мечи, лёгкие, идеально сбалансированные. Подняла один, повертела в руках, разглядывая узор на лезвии, тонкую резьбу на рукояти. Красивые. Какие же красивые. Идеальные. Работа мастера, не иначе, и я почувствовала укол зависти — у меня таких не было.

— Это было великолепно, маленький матриарх, — выдохнул он сквозь смех, и голос прозвучал так искренне, что на миг я засомневалась, издевается ли он или действительно восхищён. — Просто великолепно. Перехитрила. Я почти поверил. Почти заволновался. Как же так, некого будет называть чешуйчатой занозой.

— Точно, — бросила я коротко, поднимаясь на ноги, и сжала рукоять меча крепче, чувствуя, как сталь ложится в ладонь, как вес распределяется ровно, без перекосов.

— А тебе идёт лежать лапками вверх, принцесса.

Я услышала хлопанье крыльев — глухое, мощное, от которого воздух вздрогнул и завихрился. Через минуту рядом приземлились несколько драконов — пятеро, шестеро, не считала — и трансформировались в людей, выстроились полукругом, оценивая ситуацию быстрыми взглядами.

— Ваше высочество, вы не ранены? — капитан дозора шагнул вперёд, и в его голосе звучала та осторожность, которой пользуются, когда не уверены, будет ли королевская особа довольна вмешательством. — Генерал Торвас приказал…

— Чёрт бы его побрал, — оборвала я, и раздражение вспыхнуло острым уколом под рёбрами. — Я же сказала — сама. Чуть охоту мне не испортили.

Капитан замолчал, кивнул, отступил на шаг, и я видела, как он переглянулся с остальными — быстро, незаметно, но я всё равно заметила.

— Прикажете транспортировать пленника? — спросил он ровным тоном, и я посмотрела на дроу, всё ещё стоящего на коленях, всё ещё улыбающегося так, будто происходящее его ничуть не волновало.

— О, нет, — ответила я медленно, и в груди что-то сжалось — предвкушение, острое, сладкое. — Это где ж вы видели, капитан, чтобы дракон отказывался от добычи?

— А я, значит, добыча? — дроу приподнял бровь, и в голосе зазвучала насмешка, лёгкая, играющая на грани издёвки.

— Посмотри вокруг, дроу, — бросила я, разводя руками. — По-моему, ты на моей стороне границы. И даже пальцем пошевелить не в состоянии. Капитан, обыщи-ка его, у тебя лучше получится.

Тот кивнул, шагнул к дроу, присел на корточки.

— О, да, пощупай меня, капитан, — протянул Шелтис, и смех снова прорвался сквозь слова. — А то маленький матриарх брезгует. Вдруг я заразный, да?

Капитан вспыхнул до корней волос, но не ответил, методично обшаривая карманы, пояс, скрытые кармашки на одежде. Через минуту перед моими ногами лежал целый арсенал — кинжалы разных размеров, дротики с отравленными наконечниками, артефакты, светящиеся бледным светом, какие-то свёртки, пузырьки, ампулы. Ходячий военный склад, а не дроу.

Я присела, взяла один из кинжалов, повертела в пальцах. Лёгкий. Смертельно острый. На лезвии выгравированы руны, и я не знала их значения, но чувствовала магию, пульсирующую в металле.

— Впечатляет, — пробормотала я, откладывая кинжал в сторону. — Ты что, собирался воевать с целой армией?

— С одной чешуйчатой задницей, — парировал он. — Как видно из моего положения, оружия стоило взять побольше. И вылазку продумать лучше. Но… не каждый день на тебя охотится великая Иштиара, принцесса драконов, сдерживающая дроу на востоке и…

Я криво усмехнулась:

— Прежде чем учить титулы, начни с имени.

— Ты не Иштиара? О, боги! Я ошибся! – он театрально закатил глаза.

— Не ошибся, но имени не знаешь, дроу.

Это была ловушка.

Не все братья помнят мои имена.

Но да, своего я добилась, дроу на миг заткнулся, а потом капитан решил, что магия – вещь эффективная, но недолговечная, и принес веревку.

Шелтис на него пости не отреагировал.

А я снова наклонилась к пленнику и на этот раз взяла его за подбородок, заставляя смотреть вверх, на себя.

 И Шелтис едва ощутимо дрогнул от прикосновения. А оно, надо сказать, было нежным почти против моей воли. Мне просто стало интересно, каков мой трофей на ощупь.

Честно сказать, бархатный.

Только теплый.

Я трансформировалась снова. Кости затрещали, тело вспыхнуло жаром, и через секунду я снова стояла на четырёх лапах, огромная, чешуйчатая, с крыльями, раскинутыми над головами дозорных. Нагнулась, схватила дроу лапой — осторожно, но крепко, так, чтобы не раздавить, но и не дать шанса вырваться.

— Ого, вот это транспорт! — выдохнул он, и я почувствовала, как его тело напряглось в моей лапе, как учащённо забилось сердце. — Так меня ещё не ловили. Но ты же понимаешь, что это временно, госпожа чешуйчатая задница?

Я чуть сдавила его пальцами — не сильно, ровно настолько, чтобы он почувствовал, кто здесь главный, — и подумала: о, нет, дроу, от меня тебе точно не убежать.

Я оттолкнулась от земли, взмыла в воздух, и ветер ударил в морду, трепал крылья, нёс за собой запахи леса, дыма от костров на границе, магии. В лапе дроу шевельнулся, и я почувствовала, как он пытается повернуть голову, посмотреть вниз, оценить высоту.