Или хотя бы обеспечить себе удобный путь к отступлению, если он вдруг начнёт читать лекции о загрузке углеводами или антифеминистской пропаганде.

Обри закатывает глаза.

— Ну конечно, ты так и скажешь.

— Ещё бы, — соглашаюсь я.

Но я ведь не ошибаюсь.

Если с первого раза не получилось, старайся лучше.

Орла восприняла новость о моём увольнении вполне нормально.

Если, конечно, под «нормально» понимать, что она швырнула (полную) чашку кофе в стену и заорала: «Только не оставляй меня наедине за стойкой с Данте!»

Но постепенно, шаг за шагом, она всё-таки смирилась с этой мыслью. Я предупредил её за шесть недель, достаточно времени, чтобы найти мне замену и обучить. А ещё это позволяет мне уладить кое-какие дела и начать разбираться со своим списком задач.

Между сменами в баре я провожу много времени в домике, занимаясь ремонтом, и всё наконец начинает складываться. Следующий крупный этап передняя терраса, и у меня есть ощущение, что в одиночку я с этим не справлюсь.

Я также (хотя и без особого энтузиазма) начал присматриваться к PR- и маркетинговым агентствам, но, если честно, понятия не имею, с чего начать.

Вот почему я наконец выкроил время, чтобы сегодня пообедать с сестрой Мэдди и её мужем, в надежде, что она сможет помочь мне со всем этим маркетингом и соцсетями.

А что до последнего совета Морриса – набраться больше опыта в роли гида – мне всё-таки удалось на прошлой неделе показать Лорел дикую природу, и, ну…

Стоило мне увидеть её заострённый красный маникюр, как я должен был понять, что прогулка закончится плохо.

И точно следовало отменить всё мероприятие, когда она надела спасательный жилет, украшенный не меньше, чем шестью связками медвежьих бубенчиков, поверх походной экипировки.

— Спасательный жилет?! — Мэдди поджимает губы, когда я делюсь этим замечательным фактом. — Только не говори, что вы были где-то рядом с бурной горной рекой!

Я серьёзно качаю головой.

— Неа. Глухой лес.

Она фыркает, потом смотрит на мои предплечья, сейчас исполосованные ярко-красными царапинами.

— И ты собираешься рассказать, что случилось, или мне просто поверить, что тебя поцарапала пума?

— В Джорджии пумы не водятся.

— Тогда расскажи, что произошло, — канючит Мэдди, как будто ей снова семь лет и она упрашивает меня поиграть. В детстве она всегда настаивала, чтобы мои солдатики были бойфрендами её Барби, Кен видимо, её не устраивал.

Что иронично, потому что сейчас она замужем за человеческим эквивалентом куклы Кена.

Хоккейной суперзвездой Кеном.

Муж Мэдди, Себастьян, одаривает меня улыбкой с ямочками, достойной самого Кена, разглядывая мои царапины. Боевые ранения.

— Может, это Лорел была той самой пумой.

Мы сидим на уютной террасе под тёплым весенним солнцем, перед нами тарелки, доверху нагруженные бургерами и картошкой фри. Идеальная семейная встреча для презентации, о которой они, я уверен, даже не подозревают.

Но сначала мне нужно закончить объяснение. Да, они оба будут надо мной смеяться, но я надеюсь, что эта история плавно подведёт к тому самому разговору…

Откидываюсь на спинку стула и вздыхаю.

— За это «растерзание» ответственна Лорел, да.

— Фу! — вскрикивает Мэдди, закрывая уши. Мой пёс Рик, который до этого свернулся калачиком у её ног, вскакивает, одаривает её таким взглядом, который иначе как осуждающим не назовёшь, и демонстративно уходит укладываться у моих ног. Он тяжело вздыхает, а я наклоняюсь погладить его по голове. Понимаю тебя, дружище. — Это отвратительно, Джакс!

Пока сестра выглядит искренне оскорблённой, Себ кажется почти впечатлённым.

— Лично не по моей части, но если тебе такое нравится, брат…

Я поднимаю руки, прежде чем Себ успевает закончить мысль.

— Спокойно, народ, — ухмыляюсь я. — Она мне руки в мясо расцарапала, потому что боялась упасть в ущелье. Отсюда и походный спасательный жилет.

— А-а… — Мэдди шлёпает меня по руке. — Ну и почему ты сразу с этого не начал?!

Себ хмурится, снимая ломтик помидора со своего сэндвича и бросая его Рику.

— Она боялась упасть… в ущелье?

— Ага.

— Но там вообще есть ущелья поблизости?..

— Неа.

Себ хмурится ещё сильнее. Он родом из Западной Канады, переехал сюда играть за команду НХЛ Атланты «Циклоны», так что с природой он на «ты».

— А есть там хоть какие-нибудь водоёмы, куда теоретически можно свалиться?

— У тропы течёт ручей.

— Ну вот, это уже логично, — решительно кивает моя сестра. — Лучше перестраховаться. А если она не умеет плавать, спасательный жилет вполне разумная мера предосторожности.

Вообще-то Мэдди мне не родная сестра, а сводная, и если её миниатюрность, светлая кожа, зелёные глаза и русые волосы — уже намёк, что мы не кровные родственники (я высокий, широкоплечий и темноволосый), то её лютую нелюбовь к природе можно считать окончательным доказательством. Она худший турист из всех, кого я видел. Походы для неё как пытка.

И именно поэтому предложение, которое я собираюсь сделать ей сегодня, нужно преподнести максимально деликатно…

— В том ручье воды сантиметров пять.

— Вообще-то люди могут утонуть и в паре сантиметров воды! — парирует Мэдди. — Я недавно где-то читала.

— Кажется, речь шла о малышах, милая, — ласково улыбается ей Себ.

— Всё равно, — упрямо говорит Мэдди и снова щурится на меня. — Но это всё ещё не объясняет царапины.

— Лорел захотела, чтобы я перенёс её через ручей на руках, — признаюсь я, и мозг у меня начинает пульсировать от воспоминаний, оставивших, в буквальном смысле, шрамы.

— Тот самый ручей глубиной в пять сантиметров? — с усмешкой уточняет Себ.

— Именно.

— Зачем?

— На случай, если её унесёт течением и она каким-то образом рухнет в то самое несуществующие ущелье.

— Ого.

Я киваю.

— В общем, я взял её на руки и пошёл через ручей, и тут мы увидели небольшое семейство оленей, и у Лорел окончательно снесло крышу.

— Оленей? — уточняет Мэдди. — Типа Бэмби?

— Сами олени, в общем-то, были не проблемой, — я беру картофелину фри и ломаю её пополам. — Она была уверена, что с минуты на минуту появится медведь, чтобы сожрать оленей, а заодно и нас за компанию.

Себ разражается смехом.

— Она так перепугалась, что начала орать и вцепилась своими ногтями, мне в руки, и вот, пожалуйста, — я показываю на царапины. — Скажем так, с Лорел я в этом столетии больше не встречусь.

Мой зять смеётся ещё громче.

— Я бы заплатил хорошие деньги, чтобы на это посмотреть!

Мэдди тем временем цокает языком.

— На самые глубокие надо будет перекись водорода нанести. Но зачем, скажи на милость, ты вообще повёл её в поход? Дикая природа не место для свиданий! — Она поёживается.

— Это я теперь осознал с пугающей ясностью. У меня шрамы не только физические, но и моральные, — шучу я. — Зато теперь точно знаю: больше никогда, ни за что не потащу девушку, с которой встречаюсь, на какие-нибудь активности на природе.

Мэдди хмурится.

— Я вообще-то имела в виду, что тебе просто не стоит встречаться с девушками, которым не нравится природа. Твоя будущая жена уж точно должна любить все эти твои странные лесные радости.

— Будущая жена? — Я вскидываю бровь, а она показывает мне язык.

— Да-да-да, — ворчит сестра. — Брак это не для тебя, обязательства это отстой, и всё такое.

— Именно, — я указываю на неё и Себа. — Вы двое исключение, конечно. Потому что я бы и сам с радостью женился на Себе.

Он хлопает меня по плечу с ухмылкой.

— Взаимно, брат.

— Иногда я чувствую себя третьей лишней рядом с вами, — надувается Мэдди. — И вообще, Джакс, тебе стоит подумать о том, чтобы встречаться с кем-то, кто тебе действительно подходит в долгосрочной перспективе. Тебе нужна компания посерьёзнее, чем один только Рик, во всех этих твоих многодневных вылазках в глушь, хотя бы из соображений безопасности, — она смотрит на моего пса. — Без обид, Рик.