Я не могу сдержать короткий смешок хотя бы потому, что кто вообще в наше время может произнести «мимолётный роман» с серьёзным лицом?

— Нет никакого «секрета». У меня нет ни стратегии, ни плана на такие вещи. Просто держись подальше от клоунов вроде Кита и того неудачника, который тебя продинамил. Ты достойна большего.

— Но как? — она склоняет голову и улыбается. — Недавно кто-то сказал мне, что я не умею разбираться в людях.

— Интересно, кто же это мог быть? — Я усмехаюсь.

— Какой-то придурок.

Я фыркаю от смеха.

— Что ж, этот придурок искренне сожалеет.

— Нет, думаю, ты был прав и в этом. Но если тебе так хочется извиниться, я знаю способ, как ты можешь загладить вину.

Я приподнимаю бровь, и её щёки слегка розовеют, когда она указывает на меня пальцем.

— Прекрати! Я не это имела в виду.

— Ну конечно, — протягиваю я.

— Я серьёзно, — возражает она. — Мне нужен кто-то, кто поможет мне выбирать свидания получше. Кто умеет разбираться в людях, потому что у меня с этим, очевидно, проблемы.

— Да неужели.

— Так ты поможешь мне?

Я смотрю на неё, всё ещё немного озадаченный. С какой стати этой женщине вздумалось просить меня — почти незнакомца, да ещё и без какого-либо опыта серьёзных отношений — помочь ей найти любовь всей жизни?

— Разве у тебя нет друзей, которые подошли бы для этого лучше?

— Ты мой лучший шанс.

— И к такому выводу ты пришла… на каком основании?

— Потому что ты сразу раскусил Кита. В его профиле было написано, что он ищет любовь, а ты мгновенно понял, что он ищет кое-что попроще, если понимаешь, о чём я.

— Понимаю. К сожалению.

— И ты знал, что у Эмметта есть девушка.

— У Эмметта?

— Того, который «прогулялся по парку и исчез», — уточняет она.

Я хмурюсь.

— Я понял это только потому, что знаю таких мужчин, — говорю я, мысленно поправляя «таких мужчин» на одного конкретного мужчину.

— Тогда помоги мне их избегать! Помоги найти мужчину, который хочет того же, что и я.

И я вдруг задумываюсь по какой-то причине возможно, перекись водорода, которой Мэдди настояла обильно залить мои руки, каким-то образом просочилась мне в мозг. Мой взгляд скользит по девушке в милом платье, с растрёпанными волосами и катастрофическим вкусом на мужчин, и я вижу в ней Мэдди до встречи с Себом. Вижу их возможную дочь лет через двадцать — девушку, которая тоже будет искать достойного мужчину.

Я вспоминаю всех женщин, которых мой отец ранил за эти годы. В том числе мою мать.

И я решаю пойти ей навстречу. Помочь Холли неудачливой героине свиданий, справиться с её бесконечной чередой провалов.

Я вопросительно приподнимаю бровь.

— Итак, если бы я предложил тебе остаться и выпить прямо сейчас, ты бы ответила…?

Она ставит руки на бёдра.

— Я бы спросила: ты предлагаешь помочь мне или приглашаешь на свидание, Джакс?

Это заставляет меня рассмеяться. Краем глаза я замечаю Данте, Кару и ещё нескольких сотрудников, они наблюдают за нами с нескрываемым интересом. Но мне всё равно. Потому что я вдруг понимаю, что мне нравится Холли с её прямотой, резкостью и странными идеями.

— А я бы сказал, что на сегодня с меня достаточно твоих отказов, — усмехаюсь я и киваю на барные стулья. — Присаживайтесь, и начнём… отсеивать всех жаб.

— Садись, — снова говорит Джакс, подходя ко мне сзади, пока я нерешительно топчусь посреди зала. Он указывает на барный стул в углу.

— Скажи «пожалуйста», — отвечаю я.

Зачем? Ну зачем я это сказала?

И почему от него так хорошо пахнет? Я до сих пор помню этот запах с той ночи, когда он спас меня от Кита, чистый, древесный, по-настоящему мужской аромат, от которого буквально кружится голова. Разве он не должен пахнуть пролитым пивом или чем-то подобным?

— О, простите, мэм. Где же мои манеры? — смеётся Джакс. Мне нравится, что он смеётся легко и искренне. Есть что-то удивительно приятное в том, чтобы заставить привлекательного мужчину смеяться. Не то чтобы Джакс был привлекательным. То есть, объективно конечно, да. Но лично меня к нему не тянет. Совсем нет.

Он просто не соответствует моим критериям.

— Пожалуйста, присаживайся, Холли, — он отодвигает для меня барный стул и вопросительно приподнимает бровь. — Так лучше?

— Едва-едва, — шучу я. Но сажусь. Послушно.

Он обходит барную стойку, перебрасывает полотенце через плечо и смотрит на меня прищуренными глазами, которые мягко светятся в тёплом полумраке ресторана.

— Чем могу быть полезен?

Почему-то его прищур заставляет меня нервничать. У его глаз пугающий оттенок — как грозовое небо перед дождём. На нём уже не та футболка, что была в парке, а чёрная, с длинными рукавами (и весьма подчёркивающая мышцы рук). И из-за неё стальной серый цвет его глаз кажется ещё ярче.

— Эм… — говорю я.

Я ужасно хочу пить, и больше всего мне сейчас подошёл бы клюквенный сок с содовой. Но вместо этого я откидываю волосы за плечо и произношу:

— Скотч. Безо льда.

Не знаю, от волнения ли это, но сейчас мой рот живёт собственной жизнью и явно решил, что я Джордж Клуни. Кто вообще заказывает скотч в пять вечера в понедельник? Алкоголики и седовласые лисы — вот кто.

Я даже не уверена, что когда-либо пробовала скотч.

Похоже, погоня за почти незнакомым мужчиной с просьбой помочь мне найти бойфренда пробудила во мне спонтанность, которую я обычно тщательно подавляю.

Джакс слегка приподнимает брови, но ничего не говорит. Он просто берёт бутылку с янтарной жидкостью, отмеряет порцию, наливает в стакан и с лёгким театральным жестом ставит его передо мной.

Я подозрительно смотрю на напиток. Ни кубиков льда? Ни дольки лимона или лайма? Даже стакан не охлаждён?

Он наблюдает за тем, как я разглядываю свой скотч, и уголок его губ трогает едва заметная улыбка, пока я осторожно нюхаю напиток и морщусь.

Но прежде чем кто-то из нас успевает что-то сказать, к нам подпрыгивающей походкой подлетает жизнерадостная блондинка. Я узнаю в ней официантку, с которой Джакс разговаривал в тот вечер, когда я пришла сюда с Китом. На ней короткое чёрное платье, белые кеды, а волосы собраны в очаровательный высокий хвост. Вблизи она ещё красивее.

— Эм, простите, что прерываю… — начинает она. По выражению лица видно, что ей совсем не жаль.

— Ты не прерываешь, — легко отвечает Джакс.

— Джакс просто помогает мне с одной совершенно несрочной мелочью, — добавляю я, чтобы дать ей понять: я не посягаю на её территорию.

Джакс ухмыляется.

— Боюсь представить, что бы ты заказала в случае срочной проблемы.

— Ванильный молочный коктейль из «Макдоналдса», конечно, — парирую я. — Крепкое я предпочитаю приберегать на действительно тяжёлые времена. Ну знаете — увольнения, стихийные бедствия, смерть знаменитостей.

— Понимаю, разумный выбор. Картошку фри тоже берёшь чтобы макать?

— А ты как думаешь, я что, дилетант?

Наши взгляды встречаются, и мы улыбаемся друг другу. Слишком долго удерживаем зрительный контакт, прежде чем его взгляд медленно, нарочито скользит по моему лицу. Когда он снова говорит, в его голосе появляется хрипловатая нотка, от которой у меня слегка подкашиваются колени.

— Всё что угодно, только не это.

Вот это да.

Парень умеет. С таким ослепительным взглядом он мог бы затмить самого Эдварда Каллена. Надо будет попросить его дать мне пару уроков.

— Вы сестра Джакса, что ли? — голос девушки вырывает меня из-под гипноза его глаз. Я почти забыла, что она здесь. — Та самая, что замужем за тем горячим хоккеистом?

Я поёрзала на кожаном барном стуле и закинула ногу на ногу.

— Хотела бы я быть замужем за горячим хоккеистом.

— Кара, это моя новая подруга Холли, — Джакс жестом представляет нас друг другу. — Холли, это Кара.

Я протягиваю руку, и Кара пожимает её с подозрением.

— Вы выглядите так, будто знакомы сто лет. Вот я и решила, что вы родственники.