Аарон красив, успешен, и по нашим коротким перепискам я уже могу сказать, что Джакс и Мэдди правы: он действительно отличный парень.

Так что сегодня вечером я отправляюсь на поиски тех самых искр, с человеком, который не является моим тренером по свиданиям.

Потому что именно этого я хочу: искорки, романтики и серьёзных отношений.

И если Джакс, возможно, и способен дать мне первое, то два других пункта с ним просто невозможны.

— Я не чувствую по этому поводу вообще ничего, — заключаю я, поворачиваясь к Обри. — Мы с Джаксом просто друзья.

В этот момент арена вдруг взрывается оглушительным гулом криков и аплодисментов. Море алых джерси вокруг нас вскакивает на ноги, и я поднимаюсь вместе со всеми, совершенно ничего не понимая. Я смотрю на Обри, пытаясь понять, знает ли она, что происходит.

Она лишь ухмыляется мне в ответ.

— Ну надо же… Посмотри-ка! Твой новый парень забил, а ты даже не заметила.

Здесь очень темно. Темно и шумно.

Скорее ночной клуб или лаунж, чем обычный бар.

Я не была в ночном клубе с… да вообще никогда. Моё единственное и неповторимое знакомство с блестящей ночной жизнью Атланты случилось на последнем курсе колледжа, когда я выбралась куда-то с несколькими друзьями со своего факультета. Мы отмечали окончание работы над дипломами и отправились в место под названием Лабиринт. Которое, в буквальном смысле, было лабиринтом.

Тот, кто решил, что это отличная планировка для толпы пьяных людей, наверняка и сам был очень пьян. Потому что уже через пять минут я окончательно заблудилась и носилась по кругу, как лабораторная крыса. Примерно через час я наконец-то нашла выход, который, конечно же, вел в какой-то подозрительный задний переулок. Каблуки у меня покрылись липкой жижей из мусора, пока я пыталась сориентироваться и найти дорогу к главной улице.

В конце концов какой-то очень милый наркодилер указал мне правильное направление. И он даже не выглядел особо расстроенным тем, что я не захотела купить у него наркотики.

После той ночи, когда я всё-таки выбиралась куда-нибудь, я держалась обычных баров и ресторанов. И всегда заранее проверяла места в интернете.

Но должна сказать, что сегодняшний вечер пока проходит гораздо, гораздо лучше.

«Illusion» это большое открытое помещение: в центре танцпол, вдоль задней стены тянется длинная барная стойка, а слева находится приподнятая VIP-зона, ограждённая бархатными канатами. Музыка бодрая и весёлая, а мигающие огни вызывают во мне скорее возбуждение, чем дезориентацию.

— Ах, обожаю это место! — визжит мне в ухо Обри. — Надо чаще куда-нибудь выбираться!

— Давай возьмём выпить! — кричу я в ответ. Обри предложила сесть за руль, так что мне не помешает немного жидкой храбрости.

Мы пробираемся к бару сквозь толпу людей, двигающихся на танцполе, сцепив мизинцы, чтобы не потерять друг друга.

Добравшись до стойки, я разглаживаю чёрное мини-платье, в которое переоделась прямо в машине (а это, скажу вам, потребовало настоящих акробатических трюков), и становлюсь в очередь за толпой людей, пытающихся привлечь внимание бармена. Пока мы ждём, я осматриваю зал в поисках кого-нибудь, кто может быть похож на Аарона.

— Они там! — Обри очень «незаметно» указывает на VIP-зону, где действительно собралась группа огромных хоккеистов. Вокруг них кружит немало очень привлекательных женщин, которые откидывают длинные волосы и бросают флиртующие, украдкой брошенные взгляды во все стороны.

Чёрт. Почему я не предложила Аарону встретиться за кофе или что-нибудь в этом роде? Один на один, в тихом месте, где на фоне звенят столовые приборы и играет парижская тихая музыка, а не гремит бас, и все перекрикивают друг друга.

— Может, это была не такая уж хорошая идея, — хмурюсь я.

— Глупости, — цокает Обри.

Я снова поднимаю взгляд в сторону хоккейной компании и вдруг встречаюсь глазами с самим Аароном. С облегчением вижу, как его губы расплываются в улыбке узнавания, и он манит нас рукой мол, идите сюда.

Получается довольно сексуальный момент, прямо как в кино, когда герой и героиня встречаются взглядами через переполненный зал.

Конечно, вокруг нас ничего не растворяется и время не замедляется. Но всё равно кажется, что это многообещающее начало моих поисков искры.

Я киваю в ответ и поднимаю один палец, показывая, что подойду через минуту, чувствуя, как по венам разливается адреналин.

Это хорошая идея. И она уже происходит.

Я буквально выхожу из своей зоны комфорта.

Иисус, бери руль.

— Что вам налить? — внезапно появляется барменша, широко улыбаясь. Она крошечная, с ярко-фиолетовыми волосами и тремя проколами в носу.

— Эм, тоник и Лонг-Айленд.

— Без проблем.

Обри смотрит на меня ошарашенно.

— Лонг-Айленд? Серьёзно?

— Прости, ты что, не хочешь? Я могу заказать тебе что-нибудь другое⁠…

— Нет, просто ты обычно берёшь водку с клюквенным соком, если пьёшь коктейль. Я никогда не видела, чтобы ты отступала от своего обычного выбора.

Я пожимаю плечами и протягиваю внушительные тридцать долларов.

— Сегодняшний вечер посвящён новым вещам.

Барменша ставит передо мной высокий стакан с коричневой жидкостью, и я делаю большой глоток.

Стараясь не подавиться.

— Что это вообще такое?!

Обри смеётся.

— Почти чистый алкоголь.

Господи.

Ну что ж. Была не была. Я делаю ещё один глоток, затем киваю в сторону бархатных канатов вокруг VIP-зоны.

— Ну что, пойдём?

Обри не нужно повторять дважды. Она выскальзывает из своего маленького бежевого жакета и небрежно перекидывает его через плечо, после чего мы направляемся к VIP-зоне.

Я изо всех сил стараюсь выглядеть уверенно. Как будто мы здесь свои.

Нужно просто войти так, словно нам и положено здесь быть, и тогда всё будет…

— Эй, полегче.

Передо мной внезапно возникает огромная мясистая рука, преграждая дорогу.

Я поднимаю взгляд на вышибалу, и вся моя уверенность мгновенно испаряется.

— Простите! — пискнула я, как мышь, пойманная за воровством сыра.

Он окидывает меня взглядом с головы до ног и качает головой, словно уже решил мою судьбу.

— У вас есть VIP-пропуск?

— Ну… нет, я…

— Она пришла к Аарону Марино! — смело заявляет Обри.

Вышибала с мясистой рукой и таким же мясистым шеей хохочет так громко, что на его лбу вздувается вена.

— Она, как и каждая вторая женщина в этом баре.

— Нет, она его знает, — настаивает Обри.

Я киваю, как молчаливая кукла-болванчик, и потягиваю коктейль через соломинку. Чем больше я его пью, тем вкуснее он становится.

— Так говорят все, — отвечает вышибала. Он встаёт прямо перед нами, загораживая дорогу. — Боюсь, вам придётся пройти дальше, дамы.

Я уже собираюсь всем сердцем согласиться с этим человеком и поспешно ретироваться, как вдруг до меня доходит, что я ведь и правда знаю Аарона (ну, вроде как) и действительно пришла сюда к нему.

— Я просто позвоню ему и скажу, чтобы он спустился за нами! — громко заявляю я.

Это на мгновение удивляет вышибалу, но он быстро приходит в себя. Снова качает головой, будто уверен, что я пытаюсь его провести.

— Ну что ж, звоните, — говорит он, складывая руки на груди. — Я подожду.

Я расстёгиваю сумочку, и мои руки слегка дрожат. Я, конечно, переписывалась с Аароном его номер у меня есть. Но почему-то кажется, что этот вышибала сейчас выведет меня на чистую воду.

Я уже достаю телефон, когда вдруг раздаётся глубокий голос:

— Эй, Ленни, можешь пропустить их. Они со мной.

Ленни-Мясистая Голова оборачивается к Аарону, который теперь стоит на ступеньках перед нами. На нём синяя рубашка на пуговицах, натянутая на его очень широкой груди, и он улыбается прямо мне, белоснежные зубы сверкают, зелёные глаза искрятся.

Должна признать, он и правда очень красивый мужчина.

И теперь даже невозмутимый вышибала явно растерян.