— Неудивительно, что ты одна, — огрызается Кит и к счастью наконец то уходит, по пути буквально врезаясь в официанта и грубо требуя, чтобы тот убрался с дороги.

Я на мгновение закрываю глаза и делаю глубокий, успокаивающий вдох. Когда я открываю их снова, официант уже стоит рядом со столом, его взгляд нервно мечется между мной и стремительно удаляющейся фигурой Кита.

Я вежливо улыбаюсь и киваю на кожаную папку со счётом у него в руках.

— Я оплачу.

Внутри я нахожу две мятные шоколадки и внушительный чек.

Не то чтобы я зарабатывала большие деньги на своей работе в отеле «Pinnacle», и сегодняшний ужин определённо ударит по и без того скромному «бюджету на свидания», который я для себя установила. Я засовываю обе шоколадки в рот, надеясь, что сахар хоть немного притупит неприятный осадок.

— Я заплачу сейчас. Картой, если у вас с собой терминал

— Конечно, — официант всё ещё выглядит так, будто раздумывает, не сбежать ли ему отсюда, спасая жизнь.

Я прикладываю карту к терминалу и оплачиваю ужин полностью, после чего собираю небрежно разбросанные Китом двадцатки и засовываю их в кожаную папку в качестве чаевых.

Глаза официанта округляются.

— Ого. Это, эм…

— Заслуженно, — договариваю я за него. — Спасибо, вы были отличным официантом.

Его выражение лица меняется с нервно-дёрганого на откровенно восторженное.

— Огромное спасибо.

Когда он вприпрыжку уходит, я наливаю себе вино из всё ещё стоящей на столе безумно дорогой бутылки, стараясь выглядеть собранной. Мне приятно, что я кому-то подняла настроение, но я не до конца уверена, продиктованы ли такие щедрые чаевые настоящей щедростью или же элементарной злостью после отвратительной тирады Кита о том, что работники на минимальной зарплате просто ленивы.

Скорее всего, и тем и другим. Потому что мысль о том, что деньги Кита теперь в руках молодого официанта, заметно поднимает мне настроение.

Я достаю телефон из сумки, захожу в Spark — приложение для знакомств, где мы с Китом совпали, и блокирую его профиль.

Увы, единственная «искра» сегодняшнего вечера случилась, когда я потянулась через цветочную композицию, чтобы стащить кусок хлеба из корзинки, которую Кит припрятал («углеводная загрузка», как он это называл), и едва не подпалила себе рукав.

Потягивая дорогое вино, я пишу сообщение своей лучшей подруге и соседке по квартире Обри.

Ещё один пал жертвой.

*гифка с домом, охваченным пламенем*

Это тот качок с дурацким именем оказался лысым и пузатым?

Гораздо хуже.

Хуже, чем когда я проглотила слабительное?

Я фыркаю от смеха, вспоминая теперь уже уморительную историю о том, как Обри в панике позвонила мне после того, как купила в аптеке средство от запора, проглотила две «таблетки», а потом поняла, что они вообще-то не предназначены для приёма внутрь.

Я тогда ушла с работы пораньше и отвезла её в приёмное отделение, где дежурный врач посмеялся над нами и отправил домой, предупредив, что ночь будет тяжёлой. Бедная Обс провела следующие двенадцать часов на полу в ванной, где её выворачивало наизнанку. В тот момент кошмар, но навсегда — бесценный материал для речи подружки невесты, которую я однажды произнесу на её свадьбе.

Потому что всё хорошо, что хорошо кончается: тот самый дежурный врач в итоге пригласил её на свидание. Сейчас они помолвлены.

Ей повезло, у меня есть практика в обязанностях подружки невесты. Два года назад я была ею на свадьбе старшей сестры, Минди, а прошлой весной у моей кузины Даниэллы. Свадьба Обри это уже хет-трик.

Можно сказать, теперь я практически Суперподружка Невесты.

Или, как выразился мой двоюродный дед Персиваль на приёме у Дани: «Скоро станешь старой девой, если срочно не захомутаешь мужика».

Очень мило. И, надо признать, не совсем уж неправда. До того, как я пустилась в этот марафон, который в итоге обернулся чередой ужасных свиданий, у меня, по сути, вообще не было опыта знакомств.

Скажем так… этот мужчина был человеческим эквивалентом слабительного.

Какая потеря для симпатичного лица.

То есть второго свидания не будет?

Я скорее ещё раз позволю лошади пнуть себя в рёбра.

Жаль, что это не просто фигура речи.

Я кладу телефон на стол и опускаю голову на руки, стараясь не размазать макияж глаз. То, что сегодняшнее свидание это очередной вечер, спущенный в унитаз, ещё не значит, что моя тушь должна пострадать.

Уйти вовремя, пока ты в выигрыше…

Наверное, это именно то, что мне стоило сделать ещё много лет назад.

Это происходит. Это и правда происходит.

— Ты уверен, Моррис? — говорю я в трубку, расхаживая по тротуару возле бистро-бара «Full Moon». Вечер выдался прохладным, но мурашки, бегущие по моим голым рукам, появляются не из-за весеннего ветерка, а из-за того, что только что сообщил Моррис.

— Уверен, как никогда, — весело смеётся мой наставник. — С этого самого момента ты официально сертифицированный проводник по дикой природе.

Я замираю, на секунду перестав шагать, сжимаю и разжимаю кулак. Сердце несётся галопом в груди.

— Можешь начинать водить группы по дикой природе, когда захочешь, — продолжает он. — Поздравляю, Джакс.

По натуре я не из тех, кто постоянно улыбается, но улыбка, растянувшая сейчас мои губы, способна, кажется, разделить лицо пополам. Моррис руководит интенсивным курсом, который я проходил в Ассоциации проводников по дикой природе Америки. Ему под семьдесят, но он в отличной форме и не подаёт ни малейших признаков того, что собирается сбавлять обороты, обучая будущих инструкторов.

Проводник всех проводников, если угодно.

И скажу вам честно, обучение было совсем не лёгким.

Последние несколько месяцев превратились в изматывающую смесь занятий в классе, учебных выездов всё возрастающей сложности, подготовки по оказанию первой помощи и экзаменов. И всё это я совмещал с моими полноценными сменами в баре.

Я с облегчением слышу, что сдал этот интенсивный курс. В жизни ещё ничего не сдавал «на отлично», но я пахал как проклятый, чтобы оказаться здесь, и похоже, мои усилия окупились.

— Спасибо, Моррис — тихо говорю я. — Похоже, теперь могу подавать заявление об уходе.

Я едва удерживаю дрожь в голосе. Потому что как бы я ни радовался тому, что наконец-то преодолел этот последний барьер, это ещё и значит, что всё, к чему я так долго шёл, становится реальностью.

Чёрт возьми…

— Ты всё ещё собираешься открыть собственную компанию и водить группы из той хижины, что купил? — спрашивает Моррис, будто читая мои мысли.

Я сглатываю. Стараюсь, чтобы голос звучал твёрдо.

— Да, сэр. Лицензию на бизнес получил на прошлой неделе, а в хижине сейчас ремонт, к лету смогу принимать гостей.

— Звучит отлично, — тепло говорит мой наставник.

Моррис занимается этим делом сорок лет. Сорок. И хотя он, должно быть, уже миллион раз вёл такие разговоры с самыми разными учениками, в его голосе слышится гордость. Гордость за меня.

Странное чувство — слышать, как взрослый мужчина говорит с тобой с гордостью в голосе. Мой собственный отец обычно разговаривает со мной тоном, в котором сквозит разве что презрение.

Презрение, которое наверняка усилится в десять раз, когда он узнает о моём новом карьерном пути.

От этой мысли моя улыбка становится ещё шире.

— Уже есть бронирования на лето?

— Нет. До этого руки пока не дошли, — признаюсь я.

— Стоит заняться этим поскорее, — предостерегает Моррис. — Сделай сайт, настрой систему бронирования. Займись рекламой. Заведи страницы в соцсетях.

— Угу, — неопределённо отвечаю я. Если честно, вся эта история с сайтами, системами бронирования и прочим звучит как настоящий кошмар. Про соцсети я вообще молчу. Именно поэтому до сих пор я задвигал все эти «бизнес дела» в самый низ списка задач.

— Эй, Джакс! — вдруг раздаётся за моим правым плечом высокий певучий голос.