И это правда. С Аароном не случилось тех фейерверков, на которые я надеялась, особенно учитывая, какой он горячий хоккеист, но его сердце явно где-то в другом месте. И, если честно, я не могу его за это винить.

Приносят мой второй коктейль, и я осушаю половину стакана всего за пару глотков

Я заканчиваю свой второй Лонг айленд в рекордные сроки и вскоре начинаю ощущать действие этих коктейлей из «почти чистого алкоголя».

Напротив меня за столом Аарон, который, судя по всему, тоже успел выпить пару стаканов, громко смеётся вместе со мной над нашей собственной жалкой ситуацией.

Он рассказал мне, что Оливия его терпеть не может, а он всё равно не может заставить себя ненавидеть её.

Я же, в свою очередь, поведала ему всю сагу о Дилане. И, возможно, мельком упомянула, что теперь борюсь с чувствами, которых у меня вообще-то быть не должно к другому человеку.

А именно к одному бармену, имя которого нельзя называть.

Такова, что ли, моя судьба?

Нравиться только тем мужчинам, которые совершенно недоступны и которым я не интересна?

Потому что моё свидание с Аароном безусловно лучшее из всех, что у меня были, и он влюблён в другую.

В какой-то момент мы возвращаемся к большой компании на диване, и я с тёплым чувством внутри кладу голову на плечо Обри. Она переписывается с Алеком, который скоро заканчивает смену в отделении неотложной помощи.

— Ты готова ехать? — спрашивает она.

Я качаю головой, уткнувшись в её плечо.

— Нет, мне весело. Но ты можешь идти. Я потом вызову Uber и поеду домой.

— Не знаю…

— Со мной всё в порядке, — настаиваю я. И это правда. Я немного навеселе, но не пьяна. И я почти никогда не задерживаюсь допоздна, да и вообще редко куда-то выбираюсь. Хочу воспользоваться моментом и продолжить веселиться. — Аарон проследит, чтобы я благополучно добралась домой. Правда?

Аарон кладёт пальцы крест-накрест на сердце.

— Клянусь торжественно.

— Ла-а-адно, — медленно говорит Обри, всё ещё сомневаясь, убирая за ухо прядь светлых волос.

Я выпрямляюсь и слегка толкаю её.

— Иди уже к своему возлюбленному!

Даллас кивает ей, и его зелёные глаза вдруг становятся серьёзными, без всякого намёка на прежний дерзкий флирт.

— Мы позаботимся о твоей подруге, обещаю.

Эти хоккеисты такие милые, честное слово. Гораздо милее, чем можно было бы подумать, глядя на их агрессивные вспышки на льду раньше.

Наверное, так чувствовала себя Минди в те времена, прежде чем остепенилась и родила детей. Она раньше каждую неделю ходила на вечеринки в окружении парней и наслаждаясь жизнью.

Надо признать, приятно хотя бы на одну ночь оказаться в такой роли.

В конце концов Обри соглашается, сказав, что будет писать мне каждые пятнадцать минут, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке.

Когда она уходит, я заказываю третий коктейль. Не знаю, зачем. Наверное, потому что мне так хорошо, не нужно переживать, пытаясь произвести впечатление на свидании или думать, как я выгляжу со стороны.

Я просто остаюсь сама собой.

Больше никаких притворств о том, как сильно я люблю «Скраббл» или обожаю вязание крючком. Я Холли Грин. Ну, немного более общительная и раскованная версия Холли Грин, благодаря алкоголю.

На самом деле я чувствую себя настолько весело и общительно, что когда Даллас предлагает всем спуститься на танцпол, я одной из первых вскакиваю на ноги.

Небольшой компанией включая Аарона, Далласа, какого-то парня с странным прозвищем Трипл Джей и пару девушек выходим из VIP-зоны и направляемся к танцполу. Но прямо перед тем, как мы туда добираемся, я киваю Аарону.

— Мне нужно в туалет. Я догоню через минуту.

Никогда бы не подумала, что буду сообщать звёздному спортсмену о состоянии своего мочевого пузыря, но вот мы здесь.

Он быстро оглядывает бар с его ростом над этой толпой людей это сделать проще.

— Хочешь, я пойду с тобой?

Я качаю головой и кричу сквозь музыку:

— Всё нормально, я уже знаю, где здесь туалет!

— Тогда увидимся на танцполе! — Аарон отдаёт мне шутливый салют «есть, капитан», с кривоватой улыбкой, от которой он выглядит ещё более обаятельным, а затем исчезает в толпе у танцпола, следуя за своими хоккейными друзьями.

Я разворачиваюсь, делаю несколько шагов…

И врезаюсь прямо в чью-то высокую, стройную грудь.

Поднимаю взгляд на лицо и у меня отвисает челюсть.

— Дилан?! — пискнула я.

Ну надо же. Из всего, что могло сейчас произойти…

Дилан моргает, глядя на меня сверху вниз.

— Холли.

Его руки держат меня за плечи, чтобы я не упала, и я вдруг замечаю, какие они холодные. Я поспешно отстраняюсь от него и слегка спотыкаюсь скорее из-за липкого пола, который цепляется за мои каблуки, чем из-за алкоголя.

— Вот это встреча!

Только теперь я замечаю, что на нём костюм. И рядом с ним целая компания таких же людей в костюмах. Все выглядят очень деловыми и серьёзными что, наверное, немного странно для бара, но откуда мне знать? К тому же они все выглядят куда более трезвыми… чем, ну… я.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает Дилан, и по его лицу на мгновение пробегает странное выражение. — Я не знал, что ты любишь по выходным куда-то ходить.

— Я здесь с новыми друзьями! — я оборачиваюсь, чтобы указать туда, где только что исчез Аарон, но хоккеисты уже растворились в толпе на танцполе, так что в итоге выглядит так, будто я указываю на воображаемых друзей.

— Понятно, — Дилан выглядит слегка обеспокоенным, его светлые брови сходятся на переносице. — Разве у тебя завтра не смена?

— Только позже днём, — отвечаю я, чувствуя, как моя алкогольная бравада начинает немного испаряться.

— И ты уверена, что это самый ответственный выбор в рабочую ночь?

Его взгляд быстро скользит по мне сверху вниз. Он теперь выглядит ещё более обеспокоенным, и мои плечи невольно напрягаются.

У Дилана есть особенность рядом с ним я иногда чувствую себя немного маленькой. Раньше я списывала это на то, что он просто старается не флиртовать и не показывать свои чувства ко мне на глазах у коллег. Хотя, если честно, ещё со времён колледжа у него была привычка слегка от меня отмахиваться. Тогда я объясняла это тем, что он старше, опытнее и больше видел в жизни.

И, возможно, когда-то я бы решила, что его нынешнее беспокойство продиктовано тем, что он переживает что вдруг я завтра проснусь плохо себя чувствуя и не захочу идти на работу.

Но сейчас? Сейчас это больше похоже на попытку подрезать мне крылья.

А я не хочу сжиматься, я хочу летать.

Поэтому я делаю шаг дальше от него и решаю не отвечать на его замечание.

— Мне лучше идти, мне нужно в туалет. Не знаю, зачем я вообще тебе это сказала. Мне нужно… в уборную. Ну, в смысле, в туалет.

С этими словами я буквально бросаюсь к уборным, где запираюсь в кабинке и пытаюсь собраться с мыслями.

Как странно, что Дилан оказался здесь именно сейчас. Но… и что?

Нет ничего противозаконного в том, чтобы оказаться в одном клубе со своим начальником. И уж точно не запрещено выйти куда-нибудь накануне рабочей смены (если только ты не хирург или пилот, конечно). А если Дилан думает, что я здесь одна и у меня нет друзей, ну, тогда это делает меня только смелее, разве нет? Увереннее.

Решительно кивнув самой себе, я заканчиваю свои дела в кабинке и выхожу к раковинам.

— Классное платье, — говорит девушка, подкрашивающая губы перед зеркалом.

— Спасибо, мне тоже оно нравится! — заявляю я, потому что это правда.

Вернувшись в темноту клуба, я специально иду в противоположную сторону и делаю полный круг по периметру, чтобы избежать встречи с Диланом и его компанией людей в костюмах. Фух, их нигде не видно.

Наконец я замечаю хоккеистов, они вовсю танцуют посреди танцпола. Я улыбаюсь и направляюсь к ним.

И тут кто-то берёт меня за руку.

Точнее, холодные пальцы.