— Почти готово! — отвечает он и я оборачиваюсь, чтобы увидеть это сама.

Магические символы на оковах мерцают быстрее и будто бы ожесточенней, явно сопротивляясь из последних сил. Я ощущаю, как напряжение нарастает и воздух становится тяжелым, будто свинец.

А, тем временем, воины Саргалиса отступают под напором стражников Кхаргосса. Кое кому даже удается прорваться сквозь нашу оборону, впрочем, их тут же вышыривают обратно.

— Мы больше не можем держать их! — кричит Саргалис, мощным пинком сбивая с ног одного из противников.

— Нет, нет, нет... — шепчу я, ощущая, как страх сжимает моё сердце холодными пальцами.

В тот самый миг, когда один из стражников бросается на нас с поднятым мечом, оковы с громким треском раскалываются и падают на пол. Виррал отшатывается, тяжело дыша.

— Готово! — выдыхает Виррал, отступая на шаг.

Мама расправляет плечи, вскидывает руки, и ее глаза вспыхивают ярким светом. В воздухе раздаётся мягкий звон, словно эхо далёкого колокольчика. Я ощущаю тёплую волну, исходящую от неё, обволакивающую нас мягким сиянием.

— Всем остановиться! — произносит она ровным спокойным голосом, в котором слышится неоспоримая власть.

Воины Кхаргосса моментально замирают на месте, а их лица застывают в странных гримасах, как если бы кто-то в середине какого-нибудь эпического фильма на моменте ответственного сражения, решил поставить все на паузу.

Я стою, пораженная, не в силах отвести восторженного взгляда от мамы. До этого момента я могла лишь догадываться, насколько сильна моя мама, но то, что я сейчас вижу… это что-то недосягаемое. По крайней мере, теперь понятно почему все так хотели обладать ее силой.

На несколько секунд мне кажется, будто бы зал накрыла оглушительная тишина. Но потом его снова наполняет разгневанный рев Кхаргосса. Мощным заклинанием от отшвыривает от себя Дариуса и снова кидается к нам.

— Думаешь, тебе это поможет?! — реве он, —Для вас хватит и меня одного!

Удивительно, что Кхаргоссу удается не попасть под контроль маминой ментальной магии. Видимо, его силы и правда находятся на совершенно другом, недосягаемом для нас уровне.

Он направляет на нас мощный поток энергии, но я не успеваю даже испугаться. Глаза мамы снова вспыхивают ярким светом.

— Задержите его! — вскинув руку, приказывает она взятым под контроль стражникам.

Воины Кхаргосса, словно марионетки, поворачиваются к своему повелителю и без промедления бросаются на него. Их атака заставляет его отступить, и в его глазах мелькает раздражение.

— Слабаки! Ни на что не годные ничтожества! — орет он, отбиваясь от них.

— Теперь снимите магическую завесу! — командует мама.

Несколько стражников, попавших под мамин контроль, синхронно склоняются и начинают чертить магические знаки прямо на полу. Потолок зала озаряется вспышкой, и я чувствую, как магия возвращается, снова откликаясь на моё прикосновение.

Отец, не теряя времени, поднимает руки и начинает формировать портал. Мерцание синеватого света становится всё ярче, и вот он открывается — спиральный вихрь, уводящий нас прочь из этого проклятого места.

— Теперь! — кричит отец. — Уходим!

Мы по очереди кидаемся в портал: сначала Саргалис со своими бойцами, затем Виррал и Дариус. Я хватаю маму за руку и тяну её за собой, оборачиваясь на мгновение, чтобы увидеть, как Кхаргосс, расшвыряв по сторонам своих же стражников, бросается в нашу сторону.

Прыжок.

Всего секунда, и мы уже оказываемся в совершенно другом месте. Не сразу я понимаю, что мы стоим на вершине высокого утеса. Свежий ветер бьёт в лицо, принося с собой запах свежести. Перед нами открывается захватывающий вид на замок Кхаргосса, раскинувшийся внизу как на ладони. Его темные башни устремлены в небо, а стены кажутся неприступными. Внизу простираются леса, скованные туманом, а вдалеке виднеются огни войск, окруживших замок.

Но, судя по цветам, эти войска не принадлежат ни Кхаргоссу, ни Ашгарису. Тогда, получается, это воины Зартана?

Хочу спросить это у отца, но не сразу замечаю, что его нет рядом. В панике ищу его глазами, изо всех сил заталкивая внутрь вспыхнувшие с новой силой опасения, что он опять куда-нибудь исчезнет и я его больше не увижу.

Но отец оказывается совсем рядом. В нескольких метрах за моей спиной от разговаривает о чем-то с новым действующим лицом, которого я вижу впервые. Это высокий мужчина с длинными серебристыми волосами, собранными в хвост. Его глаза холодны и проницательны, а от крепкой фигуры веет мощью. Он одет в тёмно-синие одежды, расшитые золотыми нитями, а на плечах лежит плащ из черного меха.

— У тебя получилось сделать то, что мы задумали? — глубоким голосом обращается он к отцу.

— Да, Зартан. Мы столкнулись с некоторыми трудностями, но в итоге, все прошло именно так, как мы планировали, — отвечает ему отец.

— В таком случае, вперед! — зловеще ухмыляется он и командует непонятно кому.

Однако, в тот же момент войска, которые окружали замок Кхаргосса, моментально приходят в движение. Словно горная река, мощным потоком они направляются к к замку.

Окинув быстрым взглядом разворачивающееся далеко внизу действие, Зартан снова переводит взгляд на отца. И, не смотря на то, что тот ничего ему не сказал, его лицо становится напряженным, а в глазах мелькает настороженность.

— Я так понимаю, ты хотел получить от меня что-то еще?

— Да, — кивает отец, — Ситуация сильно изменилась. Поэтому, мы с Амелией хотели бы вернуться обратно в Фариантис. Я понимаю, что мы договаривались на другие условия, и все же я надеюсь, что ты согласишься отпустить нас добровольно.

Зартан смотрит на отца долгим, пронзительным взглядом. Его серебристые глаза, холодные и бездонные, будто видят насквозь, выискивая любую тень лжи или сомнения. Я ощущаю, как у меня внутри все сжимается, а ноги наливаются тяжестью, и невольно переступаю с одной на другую.

— И что же изменилось? — негромко спрашивает он, однако его голос все равно звучит как раскат грома, что разносится над долиной.

— Моя дочь, — выдерживая пронзительный взгляд Зартана, отвечает отец, — Она пришла за нами сюда, в Драконью Колыбель. Она пришла ради нас. И если уж у нас появилась возможность начать все сначала как полноценная семья, с чистого листа, мы обязаны ею воспользоваться.

От этих слов у меня разом перехватывает дыхание. Сердце словно замирает на мгновение, а потом срывается в бешеный галоп.

"Начать все сначала… полноценная семья…"

Он произнес это так легко, но для меня эти слова — музыка, которую я так долго хотела услышать. Радость разливается по всему телу, как солнечный свет после затяжного дождя. Я чувствую, как в груди разливается тепло, от которого хочется и смеяться, и плакать.

Но радость быстро сменяется напряжением, когда Зартан поворачивается ко мне.

Всего одно движение и его фигура кажется даже больше, чем она есть на самом деле. Зартан будто заполняет собой все пространство, а сила, которая исходит от него давит как мешок цемента, который закинули на плечи. Его глаза — ледяные озера, в которых отражается абсолютная власть, а он сам, в отличие от того же Ашгариса и Кхаргосса, хоть и выглядит благородно и возвышенно, но это скорее благородство хищника.

— Это она? — спрашивает он, глядя на меня, — Ваша дочь, которую вы спрятали в другом мире?

И хоть его голос абсолютно спокойный и в нем нет угрозы, я кожей чувствую, что это обманчивое впечатление. Не так просто Зартан был тем, кто защищал моих родителей. Хоть Ащгарис в итоге и смог выкрасть мою маму, но если бы Родерик и Амели изначально были с ним, против Зартана у них не было бы ни единого шанса.

— Да, — отвечаю ему, не смотря на то, что он обращался к отцу, — Это я.

Зартан долго смотрит на меня, словно взвешивает что-то на невидимых весах. Каждая секунда его молчания — словно вечность. Я ощущаю, как напряжение вокруг становится почти осязаемым. Воздух будто густеет, затрудняя дыхание.