Я уверена, что Виррал придет за мной. В конце концов, он же поклялся защищать меня. А я решила ему довериться. Поэтому, я просто не могу позволить себе сомневаться в нем.

Мне нужно только дождаться его.

И я обязательно дождусь!

На сердце моментально становится спокойней, чего не сказать про тело. У меня такое состояние, будто я вот-вот вырублюсь. Но непонятно – то ли от усталости, то ли от пережитых событий. А, может, вообще от магического истощения. Хотя, если бы у меня по-прежнему было истощение, я бы вряд ли смогла использовать заклинание иллюзии и самодельный переводчик с гримьего.

О, Анессула же дала мне амулет, с помощью которого я могу проверить свой запас магических сил! Как там она говорила? Когда камни синие, запас магических сил на высоте?

Вытаскиваю амулет и жадно вглядываюсь в камни.

Камни практически зеленого оттенка, лишь в самом низу угадывается легкая синева.

Мда, что-то мне подсказывает, что без амулета Агнессулы я бы вообще двигаться была бы не в состоянии.

– Эй! – вдруг раздается со стороны решетки чей-то окрик.

Вскидываю голову и вглядываюсь в новое лицо, появление которого я как-то упустила.

За дверью стоит молодой стражник, одного возраста с младшим напарником того, что привел меня сюда. Различие только в том, что этот более высокий, у него приятные черты лица с волевым подбородком с ямочкой, прямой открытый взгляд. Да и в целом он выглядит более уверенно.

Интересно, кто он такой. Неужели, тот самый начальник? Но, если так, то сильно грозным он не выглядит.

– Откуда у тебя этот амулет? – тем временем, показывает он пальцем в сторону амулета Агнессулы.

– Мне его подруга подарила, – осторожно отзываюсь я, закрывая амулет рукой.

Фиг его знает почему его так амулет заинтересовал. Может, отобрать хочет. В то время как в мои планы не входило расставаться с ним. И дело даже не в обещании Агнессулы оторвать мне голову, если я его не верну или в том, что без него я загнусь от истощения.

Если я потеряю этот амулет, то утрачу доверие Агнессулы. А я этого не хочу. Только не после того, как она мне открылась!

– Кто вы? И почему об этом спрашиваете? – решаю я уточнить.

Но стражник казнит меня молчанием. Он бросает подозрительный взгляд сначала на амулет, который я закрываю от него, потом на меня, а потом… просто уходит.

Какие же они все тут замкнутые и неприветливые. Не удивительно, что у Агнессулы такие проблемы с общением.

Тем временем, почти сразу после ухода этого стражника появляется старший – тот, который и привел меня сюда. Он молча отпирает дверь и кивает.

– Пошли. И смотри без глупостей.

– Поняла я, поняла… – кисло отзываюсь и выхожу из камеры.

Стражник, все так же вцепившись мертвой хваткой в мое многострадальное плечо, ведет меня длинными коридорами к совершенно неприметной двери. Стучит, почтительно приоткрывает и, сунув голову в щель, подобострастно спрашивает:

– Я ее привел. Можно?

После чего, стражник открывает дверь шире и заталкивает меня внутрь. Вваливаясь в комнату, успеваю только заметить его враждебное выражение лица.

– Прощай, шпионка! – грозно припечатывает он, захлопывая перед моим носом дверь.

Что?! О чем он? Какая еще шпионка?

– Я не шпионка! – в отчаянии выкрикиваю я в закрытую дверь.

– А это уже мне решать! – раздается за моей спиной грозный рык, который сопровождается громогласным грохотом.

От неожиданности подпрыгиваю на месте, лихорадочно разворачиваясь на звук.

В небольшой комнатке, которая лишь немногим просторней тюремной камеры, за единственным столом сидит настоящий короткостриженный амбал. Эдакий шкаф два на три метра, который, по ощущениям, заполняет собой всё пространство. Из-за чего создается странное впечатление, будто его попросту замуровалаи в этой комнате, потому что выбраться отсюда без посторонней помощи у него вряд ли получится.

По сравнению с ним чувствую себя Дюймовочкой.

– Ой, – нервно выдыхаю я.

– Значит, так! – грозно гаркает амбал, – Живо отвечай! С какой целью здесь? Откуда родом?

Глядя на этого беснующегося амбала сейчас я понимаю что хотел мне сказать молодой стражник. Надежды на то, что мне удастся сейчас все объяснить и выйти из этого кабинета как ни в чем не бывало, стремительно тают с каждой секундой.

И все же, пока не попробуешь, не узнаешь, верно?

– Послушайте, – максимально мирно отзываюсь я, чтобы не спровоцировать амбала на еще какие-нибудь выходки, – Я пыталась объяснить вашим подчиненным, что я из мира людей. Я сама не знаю как здесь оказала…

– Арратида! – ревет амбал, гневно тыча в меня пальцем.

Делаю шаг назад и вжимаюсь в дверь. Лицо амбала перекошено от злобы – того гляди сейчас крушить все вокруг себя начнет.

– Какая еще аратрида? – в панике шепчу я.

Может, он псих, а?

Вот только этого мне не хватало…

– Арратида! – тем временем, повторяет амбал, но уже менее эмоционально, – Признавайся, ты же оттуда, да? Только они настолько тупые, что придумывают всякий бред!

– Но это правда… – отзываюсь я, не отлипая при этом, от двери, – Я могу доказ…

Но закончить мне не дают.

– Хватит лгать! – рявкает амбал и хлопает ладонью по столешнице так, что стол жалобно трещит.

Я резко замолкаю, едва не прикусив язык и в ужасе таращусь на него. Интересно, со своими подчиненными он так же обращается? Если да, тогда понятно откуда у старшего стражника похожая манера общения.

Сделав глубокий вдох, амбал складывает руки перед собой и устремляет на меня злющий взгляд.

– Значит, так, – с непонятным мстительным злорадством говорит он, – Можешь не отпираться, теперь я наверняка уверен, что ты шпионка Арратиды.

Ничего себе у них тут правосудие вершится! А как же презумпция невиновности?

– Но это еще не все! – поднимает голос амбал, – Ты привела к нашим стенам Потрошителя!

А-а-а, это он, видимо, про того жуткого волка? И здесь я полностью согласна – название Потрошитель для него подходит как нельзя кстати! Мне страшно даже подумать что было бы, догони он меня.

– И за это я очень извиняюсь, – спешу я вставить слово, пока амбал переводит дух, – Но и вы меня поймите. Эта зверюга прыгнула на меня из кустов, а я и побежала. У меня и в мыслях не было приводить ее к вам, просто так получил… ой…

На этот раз никто меня не перебивает, я замолкаю сама. Потому что лицо амбала покрывается красными пятнами, а его глаза мечут молнии. Мне кажется, что если я скажу еще хоть одно слово, он попросту взорвется!

– Наказание! – рычит амбал не хуже того же Потрошителя, – Самым подходящим для тебя наказанием будет…

Он замолкает, прожигая меня ненавидящим взглядом, а я чувствую, что из-за скрутившей меня паники, я словно уменьшаюсь перед ним. Сейчас я чувствую себя уже не дюймовочкой, а муравьем, над которым нависает гигантская подошва ботинка.

– …развоплощение! – припечатывает амбал.

– Нет! – выдыхаю я, сцепив оледеневшие руки, а потом…

Потом я впадаю в ступор, потому что мысленно повторяя в голове это наказание, до меня доходит, что совершенно не понимаю что оно значит.

Единственное, что я могу сказать – слово внушает тревогу.

– Чего-чего? – слабым голосом уточняю я, – Что это значит?

– Ну, развоплощение… – тупо повторяет амбал, явно сбитый в толку моим вопросом.

Он тяжело вздыхает, делает в воздухе какие-то странные движения руками, будто пытаясь мне что-то показать. Но, в итоге, с рычанием хлопает ладонями по столу.

– Короче, ты будешь стерта из нашего мира навсегда! – наконец, выплёвывает он.

А я чувствую, как мои ноги резко подкашиваются.

Я хватаюсь за дверь, в попытках устоять на месте, но внутри все ходит ходуном. Перед глазами мельтешит, горло будто кто-то сжимает, а в ушах гулким эхом отдаются слова амбала: “Стерта… стерта навсегда…”

Называется, поучилась в магической академии…