— Я сижу позади, мне удобнее рубить, дай мне меч! — орал Вася.

— Нет!

— Да ну на вас нафиг! — рыкнул волк

Он прыгнул в бок, изогнулся и стряхнул нас всех со своей спины. Я полетела на землю, сверху меня упал Царевич, а сверху него Вася — я успела увидеть его широко распахнутые глаза.

— На фиг всех вас! Дай это сюда! — Волок вырвал у Царевича из рук меч и бросился на слизевого монстра.

Шансы у них были явно не равны, монстр вне квартиры вырос, он был сейчас, наверное, размером этажа в три, он полностью занимал собой маленький сквер до которого мы успели добежать и голые пирамидальные тополя торчали сквозь его голову.

— Руби! — закричала я.

И Волок рубанул. Его маленькая, просто крохотная на фоне монстра фигурка бросилась вперёд, и наверное он проткнул монстра мечом, потому что монстр пошатнулся — но ему, такому огромному, этот укол явно смертельным не был.

— Он ничего не сможет с ним сделать! — простонал Царевич, — мы обречены!

— А как ты умудрился отрастить такого монстра всего-то за неделю? — накинулся на него Вася.

— Посидел бы ты неделю в Чащобе на одном месте, я бы посмотрел на твоих монстров!

Но Вася его уже не слушал, он поднял с земли длинную ветку и размахивая этим хлипким оружием бросился на монстра.

Волок меж тем метался, махал мечом, рубил им монстра и куски зеленоватой жижи разлетались в разные стороны, пачкая фасады соседних пятиэтажек. Вася, подбежав, тоже вступил в бой, он с явным усилием втыкал в монстра свою палку и начинал ею болтать туда-сюда, особого вреда это чудовищу вроде бы не наносило, но отвлекаясь на Васю тот забывал про Волока, и Волок действовал своим мечом быстрее.

— Ты доже должен им помочь! — накинулась я на Царевича.

— Как? — вопросил тот, — я же не ты! Это ты у нас Жарптица!

— Но они же сражаются и ты должен! — продолжала я наседать на него.

— Как именно? — патетически воздел руки тот, — у меня даже меч забрали!

— Но в квартире, один, ты же как то противостоял этому монстру!

— В квартире он поначалу был маленький! Это к вашему приходу он так вымахал!

— Блин!

Я оглядела сквер — но ничего подходящего для боя под рукой не было.

— Но ты же видишь, что они вдвоем не справляются!

И действительно в этот момент монстр уронил своей длинной тонкой рукой Волока, и, обернувшись к Васе ринулся на него всем своим телом.

— Блин! Он сейчас их убьёт!

— Может это к лучшему? — дрожащим голосом сказал Царевич.

А монстр тем временем навалился на Васю — из под его слизистого тела видны были только Васины руки и голова.

— Блин!

Я знала, что как-то могу остановить время, я так хотела остановить его в этот момент, но я не знала как это сделать и время не останавливалось.

— Блин!

И я ринулась к монстру. Может, если я почувствую опасность, я сумею…

— Стой! — Царевич сгреб меня обеими руками, — не лезь к нему! Он тебя убьёт!

— Но им надо помочь!

Царевич взглянул на меня — в глазах его была полная безнадёжность.

— Ладно. Ладно, я пойду, — сказал он.

Он встал — босыми ногами прямо на на снег встал, — поднял меч, который уронил Волок и пошёл на монстра.

Но идя на монстра он больше не мог меня держать. И я кинулась прямо в зелёную слизь, прямо в противную, вонючую зелёную слизь, я врезалась в неё…

… И да, время остановилось. Монстр замер подняв руку, которую он занёс над головой Васи, монстр замер вместе со мной. Я тоже не могла пошевелится, я даже не дышала — да и нечем мне было дышать окружённой со всех сторон слизистым телом монстра.

А Царевич, не заметивший всего этого, с энтузиазмом рубил монстра и монстр разрубался, его куски отлетали один за другим. Царевич уже проделал в нем небольшой тоннель.

— Так тебе! Так! — кричал он.

И тут, видимо, даже до него дошло, что монстр как то слишком мало ему сопротивляется. Царевич остановился и поднял взгляд вверх, на застывшие конечности монстра. Потом огляделся, посмотрел на меня, застывшую в теле монстра, потом перевёл взгляд на Васю, выползавшего из под слизистого тела, на Волока, прихрамывающе волочившегося к нам..

— А ты продолжай, продолжай, — прохрипел Волок Царевичу, — не останавливайся. Руби. Надо же нам как-то Раю оттуда вызволить.

— Я так и не понял, что случилось. Почему монстр замер вдруг? Как нам удалось с ним справится? — спросил Царевич.

Все уже было позади. Слизевой монстр, разрубленный на сотни кусков, благополучно издох, вся наша разношёрстная компания успела отмыться, отстираться и, большей своей частью, даже поесть.

— Я умею останавливать время, — сказала я Царевичу.

Конечно, нам, таким — изорванным, помятым, облитым вонючей липкой слизью, нелегко было найти пристанище. От гостинцы решено было отказаться. Да, у нас были деньги — у Васи они были, — но сложно было представить, что нас таких кто-то пустит внутрь — даже если и увидит. Особенно, если увидит. Поэтому пришлось совершить то, что Волок назвал «подомовым обходом». Мы, как стая неприкаянных духов, обходили квартиры и дома, в надежде, что где-то кто-то забыл закрыть дверь.

— Останавливать время это редкий дар, — ответил мне Царевич, — очень полезный.

— Я не так его останавливаю, как ты думаешь.

И нам повезло. После нескольких часов скитаний — я устала неимоверно, я шла уже из последних сил, — Волок нашёл не просто квартиру, а неплохой такой особняк с незапертой дверью. Наверное, в нем кто-то жил. Наверное, в нем кто-то жил прямо сейчас — перед дверью этого импозантного строения стоял двухместный спортивный автомобиль. И именно поэтому дверь была не заперта. Но нас этот человек не видел. Так же, как и мы его.

— Я время останавливаю только для себя. Не все вокруг меня замирает — а я сама замираю. Это иногда полезно. Я падала с крыши и время для меня остановилось, а вот для Васи нет. И он успел меня вытащить.

— А с моим монстром что случилось? — спросил Царевич.

В доме было три спальни, в каждой была ванная комната. Мы разделились. Одна комната досталась мне, одна Васе. И одна на двоих Волоку и Царевичу. И каким же было наслаждением принять душ. Смыть с себя пот, грязь, слизь. Снять грязные провонявшие вещи, надеть халат. Вся одежда в этом доме была мужской и забирать ее себе не стоило. Но пока мои вещи, включая пальто, крутились в стиральной машине, я с наслаждением завернулась в белый пушистый халат.

— До конца не понятно что случилось с тем монстром. Но какое-то объяснение у меня есть. Монстр этот же был такой… Полужидкий. Я на него побежала, но не рассчитала и просто вбежала в него. И застряла в нем. Это была смертельная опасность — точно так, как когда я падала с крыши пожарной каланчи. Внутри монстра дышать мне было нечем. И время для меня остановилось. И для монстра тоже — видимо потому, что я была внутри него. И он замер. А пока он был замерший ты легко с ним разобрался.

Царевич тоже был отмыт и отстиран. Стиральную машину он занял первым, его вещи успели прокрутится и в сушилке, и он был весь такой чистый, посвежевший, повеселевший.

— Ты очень смелая. Наверное. Я бы лично не побежал на монстра с голыми руками.

— Ты побежал на него с мечом.

— С мечом — это другое дело.

— Кстати… Спасибо. Ты, как я поняла, поднял меч, чтобы меня защитить.

Благодарить Царевича было неловко, — я вообще не умею благодарить, а тут человек, фактически, готов был пожертвовать собой ради меня. Это было слишком, чтобы об этом вот так просто взять и сказать. Но сделать это было необходимо. Не каждый день кто-то бросается с мечом на мою защиту.

Царевичу — это было заметно, — тоже сделалось неловко.

— Ну… Пришлось. Я же не знал, что ты сможешь собой монстра остановить. Твоё поведение выглядело таким… Безумным. Ради этих двоих — Царевич кивнул на дверь, туда, где где-то в недрах дома ходили Волок и Вася, — ради этих двоих я бы точно не стал на монстра бросаться. Пусть бы их обоих раздавило бы. А ты же… ну… просто девушка. И ты — не при чем.