Васиного автомобиля. Вася, все таки, нашёл меня, нашёл и сбил зверя своей машиной.

— Рая! — Вася выскочил из машины, — ты там как? Я на тебя не наехал?

— Нет! На меня нет!

— Зачем ты дралась с этой псиной!

— Это не псина! Это человек!

— Человек?

Вася выхватил телефон и посветил туда, куда улетел зверь.

— И вправду… Похоже это человек… И кажется я его убил.

Несколько секунд я радовалась. Можете корить меня — но если бы на вас только что нападала оскалившаяся морда, вы бы меня поняли. Да и вообще должно ли жить на свете существо, которое то волк, то человек?

Но то было только несколько секунд.

— А Царевич? Как же… Как мы теперь узнаем…

И меня посетило страшное видение Царевича, Царевича привязанного к батарее, Царевича, который сам освободиться не сможет, и никто не придёт его освободить, или, хотя бы, напоить водой, потому что единственное существо, которое знало где Царевич находится, вот оно. Мёртвое лежит.

— Может он ещё не умер?

— Рая стой! Это опасно!

Но я не стала его слушать, я уже подбежала — подползла к распростёртому на снегу Волоку, — лицо у него было все разбито, — и принялась шарить по карманам.

— Что ты делаешь? — возмутился Вася.

— Смотри, вот ключи. Надо их взять с собой. И телефон тоже… Может там есть что-то про Царевича…

— Так давай я оттащу его в машину и поехали отсюда.

Вася на удивление легко поднял тяжёлое тело Волока и запихнул его на заднее сиденье.

— Надо ехать!

— Подожди, вон там похоже, его бумажник… Он выпал…

И я принялась разгребать снег.

— Рая, не стой!

Вася вдруг подхватил меня и запихнул в машину.

— Да чего ты?

И в следующую секунду я поняла чего.

В стекло Васиной машины с размаху врезалась огромная летучая мышь. Очень большая, прямо таки огромная, размером с небольшую собаку.

— Что за…

Я не успела договорить, потому что в лобовое стекло врезалась другая летучая мышь, третья, четвёртая, рукокрылые окружили машину Васи. Они бились в окна, они царапали по крыше, скребли по обшивке.

— Они нам сейчас стекла выбьют! Вася езжай!

— Мы в снегу застряли!

И действительно, машина ревела и гудела но не двигалась с места.

А на лобовом стекле появилась уже одна трещина…

— Вася! Что же делать?

— Я же говорил тебе что нельзя там оставаться! А ты сидела там зачем!

— Там это где??

И тут (как будто было мало всего) с заднего сидень зарычало, это было ужасно, но на заднем сиденье снова сидел волк, волк с раскуроченной мордой и человеческими глазами и он выл, и в вое его перемежались звериные звуки и человечьи.

— Отда-уай-уай-уай…. Отдай мои-уи-уи-уи… Отдай-уай-уай мои-уи вешшиии!

— Держи! — взвизгнула я, кидая на заднее сиденье все, что успела вытащить.

И зверь оскалившись бросился вперёд, но Вася, доблестный Вася молниеносно протянул свою руку, отталкивая меня и челюсти зверя сомкнулись на его кисти.

— Тупой зверь! — взвыл Вася, — скотина!

А чудовище мотало головой из стороны в сторону, Васина рука дёргалась, кровь хлестала, мотор ревел, а гигантские летучие мыши били в стекла.

— Лети! — орал Вася, — лети же уже! Сияй!

И эти полусамсшедшие крики, внезапно, мобилизовали меня больше чем происходивший кругом беспредел. Васю терзали, Вася растерялся, Васе надо было помочь — и, не вполне понимая чего я хочу этим добиться, я перегнулась через спинку сиденья и резко открыла заднюю дверь — задняя дверь распахнулась и в неё залетели огромные рукокрылые, они с размаху врезались в зверя и принялись его терзать — они и меня терзали, но на зверя напало больше, потому что он сам был больше, и в следующий миг их уже не было в салоне — не зверя, ни летучих мышей. Зверь отпустил руку Васи и вывалился наружу, увлекая за собой несколько летающих тварей. В тот же миг, изловчившись, вцепившись скользкими пальцами в заднюю дверь, я сумела подтянуть её и захлопнуть — прихлопнув в начале летучую мышь, уже просунувшую своё тело в салон автомобиля, — и мышь залетела таки в автомобиль, — но дверь я закрыть успела. И летучая мышь была в салоне только одна. И то, помятая. Что не помешало ей налететь на окровавленную руку Васи, но другая рука у него была здоровая и он с этим рукокрылым существом быстро справился.

И наступила тишина.

Ничего не было. Ни летучих мышей, ни зверя, даже мотор заглох. Только бледный свет луны проглядывал меж облаков.

— Знаешь… Знаешь, мне кажется мы попали в какие-то другие Вязники.

Бледная заря встретила нас бредущими по снегу. И странное дело, вчера, мне кажется, мы отдалились от Вязников не больше чем на полкилометра. Да, даже, наверное, меньше. Я помнила, как бежала мимо домов, мимо заборов, потом кругом меня осталась одна степь и почти сразу Волок на меня напал, а Вася сбил его своей машиной. На все про все и минуты не прошло, вроде бы. Ну ладно, может это мне так со страху показалось, а на самом деле по степи я бежала минут десять — все равно, это означало, что и обратно до Вязников идти должно было быть недалеко.

Но было далеко. Мы шли и шли, ногам взяли в снегу, я коченела, мы шли, с прокусанной руки Васи капала кровь. И никаких следов человеческого жилья. Ничего. Только бесконечная степь.

— Угораздило же! — прошипел Вася.

— Давай, я тебя получше перевяжу… Может тебе жгут наложить? Тебе наверное надо жгут наложить!

— Не надо мне жгут. Кроме того, по этим пятнам крови мы поймём, если вдруг начнём ходить кругами.

— А по следам не поймем?

— Следы заметает.

— А кровь не заметает?

— Ее сильнее видно.

— Это ненормально, Вася!

— Тут все не нормально, ты не заметила?

— Я заметила. Конечно. Как думаешь, что с нами случилось? Может, мы сошли с ума? То есть, может мне все мерещится? Может, как ты говорил, я умом повредилась на почве исчезновения Царевича?

— Ты не в том направлении думаешь! А я что, по твоему, тоже с ума сошёл? Нас тут двое!

— А что тогда по твоему случилось?

— Помнишь ту старуху? Ты говорила, что она Яга, а я тебя высмеял. Так вот не надо было. Это была Яга. Мы зашли к Яге через одну дверь, а вышли через другую. Мы теперь в другом мире, разве не понятно? Поэтому здесь все не так, как надо! Именно поэтому мы идём, идём, и я не знаю, придём ли!

— Надо было в машине оставаться, я же говорила.

— И чего там ждать в этой машине?

— Надо было в службу спасения звонить!

— А ты позвони, попробуй! Здесь телефон не работает!

— Но в Вязниках ведь работал! Уже после дома Яги!

— Потому что там был город, там люди жили. А здесь нет города и если мы до темноты до нормального человеческого жилья не доберёмся, то я не знаю, что с нами может случится. То что вчера было — эти летающие монстры, это просто ерунда, наверняка это просто ерунда по сравнению с тем, что здесь может быть!

— Откуда ты знаешь?

— Это же понятно, Рая! Или у тебя есть другие версии?

Никаких других версий у меня не было. Ну, может, кроме той, что это Вася сошёл с ума (очень похоже было) но откуда тогда я в его бреду? С ума ведь, как мудро замечал отец мультяшного дяди Федора, по одиночке сходят.

Ладно, будем верить в то, что Вася такой умный, что сразу все понял. И что понял он все правильно.

— А что ещё ты понял?

— Я понял, что это все из-за тебя.

После всего, что с нами случилось, я была готова поверить во многое. Ладно, пусть мы в другом мире, ладно — пусть в этом замешана Яга. Но чтобы все это было из-за меня?

— Я, конечно, в чем-то может, и виновата, но…

— Ты не поняла. Вообще ВСЕ из-за тебя. Это тебя вывели на сцену, это тебе Царевич передал тайное послание, это ты пошла в дом к Яге и с тобой она разговаривала и это все не спроста!

— Постой, постой, на сцену меня ты вывел — это же ты выбирал тех, кто выйдет на сцену, разве нет? Ты работаешь в филармонии осветителем и это ты выбрал меня лучом софита! Это из-за тебя я на сцену вышла и из-за тебя я услышала последние слова Царевича!