Монахиня, поглядывая на мужчин, занималась другими больными — палата стонала, кряхтела, кашляла, исходила мокротой и гноем. Воняло карболкой и больным телом.

Сноу так и стоял, рассматривая Райо, но пока обвинение, легко читающееся на его лице, не прозвучало. Портер спрятал свой браслет под рукавом пальто — совпадения с пропавшими без вести он не нашел. Роберто Круз, улаживавший дела с аббатисой, влетел в палату и радостно возвестил:

— Дракон-аббатиса усмирена! И даже жалобу подавать не будет… — он бросил взгляд на Райо и не удержался: — велики твои дела, Созидатель! Маг-нелегал!

Он пошел в сторону Райо, но был остановлен Сноу, вытянувшим перед ним руку:

— Пусть сперва закончит.

Портер подтвердил:

— Согласен. Шансов, что поможет, мало, но пусть попробует.

Йен зажег небольшую спиртовку для приготовления чая и принялся готовить кофе из натертого на терке желудя:

— Иль Мей, — он не стал называть настоящее имя Райо, воспользовавшись вовремя вспомненной кличкой, — находится под моей защитой.

Сноу фыркнул:

— Надо же, кто всплыл… Сам господин Озорник, погибший глава разведки Заповедного леса. Награды за его голову нет — официально считается мертвым.

— Интересно, насколько потянет эта тайна? — Роберт, прикрыв один глаз, рассматривал Райо и девушку.

Райо отвлекся от лечения Габи и сухо сказал, оглядывая всех дознавателей сразу:

— На одну дуэль с вашим смертельным исходом. Любым из вас. Снизойду даже до нира, если таковые среди вас есть.

Он побелел, черты его заострились — было видно, что он отдавал все силы до конца, стараясь спасти Габи.

Роберто присвистнул, но промолчал под красноречивым взглядом Портера.

Палец Сноу ткнулся в сторону кровати:

— Габриэль Мейсон, девятнадцать лет, официально мертва! — он все же опознал её.

Роберто повернулся к нему, ничего не понимая:

— Откуда узнал?

Даже Портер морщился, но не мог вспомнить такую лэсу.

— Иногда полезно читать светскую хронику, — буркнул Сноу, переводя взгляд с Габи на Йена. Подойти ближе и откровенно наблюдать за ним он не решился. Странно.

— Питер, — сказал Портер, — ты иногда способен поражать.

Роберто лишь хмыкнул, но неожиданно промолчал.

Сноу дернул плечом.

— Сам не знаю, зачем я её читаю. Полный бред… Роберто… Будь другом, сходи опять до аббатисы, узнай, кто привез в монастырь лэсу Мейсон.

Тот дурашливо отвесил старинный поклон и послушно пошел прочь. Все же Сноу в этом тандеме дознавателей главный, а Роберто на подхвате. Только зачем? Йен помнил досье на Круза — тот сильный маг и мог служить самостоятельно, а не подчиняться Сноу.

Портер, чуть подернув рукав пальто, снова принялся просматривать на своем механите новые портреты, что-то обдумывая.

На спиртовке закипел напиток, чуть не выплескиваясь из чайничка, заставляя Йена ругаться. Портер скривился, а Сноу не сдержал любопытства и все же подался к Йену, натыкаясь на меч Даринель. Сноу молча потер подбородок и отступил, продолжая внимательно наблюдать, как Йен наливает напиток в чашку.

— Это вам лар Шейл дал?

— Что? — Йен заставил себя медленно накладывать в кофе найденный в бумажной коробке сахар. Сейчас нельзя паниковать и выдавать себя, хоть куда уж больше...

— Желудь. — стоически повторил Сноу. Роберто, способного пояснить его мысль, рядом не оказалось, и Питеру пришлось самому продолжать: — Шейл дал? Именно он принес желудь для принцессы. Этот желудь от Шейла?

Портер, продолжая пролистывать портреты в своим механите, чуть приподнял глаза, рассматривая Йена. Тот сухо подтвердил:

— Да, желудь от Шейла. Проблемы?

— Нет, — отошел в сторону Сноу. — Просто поиски эль фаоля еще продолжаются, к вашему сведению.

Он направился к Портеру:

— Поехали — прокатимся до особняка Мейсонов. Пора их хорошенько тряхануть.

Портер задумчиво кивнул:

— Согласен.

Только спешить на выход вслед за Сноу он не стал — стоял и ждал результата от желудя, не меньше. Дохлые феи! Йен старательно спокойно подошел к Райо, протягивая напиток для Габи. Даринель не отставала от Йена ни на шаг. Меч в ножны так и не вернулся.

Сноу в дверях напомнил о себе:

— Портер!

Тот молчал, наблюдая за Райо, по ложечке выпаивающего напиток Габи.

Йен наконец-то собрался с мыслями — никто кричать: «Лови эль фаоля!» — вроде бы не собирался.

— Мейсонов задержать, — распорядился он. — Без меня не допрашивать. Приеду в Совет сразу же, как закончу тут. Мейсонам предъявите… — он замолчал, обдумывая обвинение.

Портер спокойно заметил:

— У нас есть право задерживать без обвинения, хотя и так все ясно. Якобы умершая Габриэль Мейсон. С ней связано убийство воздушника. С воздушником связан Тотти.

Йен тут же резко вмешался:

— Тотти не трогать! Не трясти и не лезть в связи с этим делом!

Сноу скривился, всем своим видом демонстрируя, что он думает об этом, но промолчал.

Портер все так же невозмутимо продолжил:

— Лэс Девид Мейсон, брат Габриэль Мейсон, служит в Университете в отделе артефакторики. В отделе, где произошла резонансная кража. Этого более чем достаточно. Даже без учета воскрешения Иль Мея.

Сноу подтверждающе кивнул:

— Кстати, как звали убитого воздушника?

Райо глухо ответил:

— Проказник.

Сноу глухо хмыкнул:

— Ну да, кто еще может быть у Озорника. Ведь он был ваш внук? Точнее, потомок?

Райо отвлекся от Габриэль:

— Это имеет значение?

— Имеет.

— Внук.

В палату вновь влетел Роберто, сияя улыбкой:

— Есть! Габриэль Мейсон принес сюда Девид Мейсон — привратник опознал по портрету из базы данных. — он хлопнул себя по левой руке. Райо при его словах нахмурился. — Ну, что, за Мейсонами? Кража века, кажется, раскрыта… Осталось понять, как этот воздушник попадал в закрытый отдел.

Сноу сказал, глядя на Райо в упор:

— Говорили, что Иль Мей — бастард Эль Ореля.

Портер с ним согласился:

— Судя по его совсем не соответствующему должности главы разведки поведению, склонен в это верить.

Роберто, от широты души обнимая Сноу за плечи, рассмеялся:

— Да ладно, говорили же, что лесные люди того… Малоразвитые были, словно аборигены Южных колоний. Только и всего. Вот и этот… Не совсем…

Сноу откашлялся и буркнул, сбрасывая руку Роберто с себя:

— Больше верь. Наши маги до сих пор взломать то, что сделали малоразвитые нелюди, не могут.

Дверь за ними закрылась.

Райо, с ложечки выпаивая Габи кофе, пробормотал:

— Как же я их ненавижу… Лю-ю-юди… Одно слово!

Йен предпочел ничего не говорить об этом, он попросил Даринель:

— Пожалуйста, найди в округе публичную будку и телефонируй Валентайну — пусть захватит теплую одежду и приезжает сюда —заберем Габи домой, ей здесь нечего делать.

Даринель молча посмотрела на Райо, тот склонил голову:

— Я пригляжу за ним. Не бойся, не брошу.

Даринель кивнула и пошла прочь. Йену оставалось надеяться, что поиски публичной будки не прервутся воспитанием Роберто или Сноу. Им еще работать вместе. Хотя, если честно, работать ни с тем, ни с другим совсем не тянуло. Исключением был Портер, но Йен помнил — именно он допрашивал Сержа.

Йен потер лоб и оглядел большую палату, полную больных. Подумал и… Пошел обратно к спиртовке — желудей у него с собой было много.

Габи, которой Райо выпоил весь напиток, внезапно приоткрыла глаза и прошептала, пытаясь протянуть руку Райо:

— Кайо… Дэви не обманул… Ты прилетел… — Глаза её вновь закрылись, но судя по изменившемуся дыханию, она заснула, а не впала в бессознательное состояние, как до этого.

Райо вздохнул:

— Проклятье, это все же Дэви…

— Райо? — Йен отвлекся от чистки желудей. — Ты же слышал, что говорил Круз.

— Он мог ошибаться… И не смотри на меня так. Я до последнего надеялся, что это лэс Мейсон, а не Дэви… Хоть я и понимаю Дэви с его местью и обидой. Я так был неправ в воспитании Кайо… До чего же все так запутанно и глупо. Йен… Ты можешь не выдвигать обвинения против Дэви? Кайо все же поступил крайне неблаговидно.