Он сжал губы, приподнял брови и выглядел при этом так, будто его слегка позабавило всё, что я говорю.

У меня закипала кровь и совсем не от удовольствия.

— Бывает, люди заболевают или теряют работу. Государственная помощь — это здорово, но её оформление требует времени и кучи документов. А ещё есть проблемы с транспортом, языком, здоровьем. Мы — временная подстраховка, — объяснила я. — Необходимая и жизненно важная служба, благодаря которой люди не остаются голодными и получают поддержку.

Да, нашему зданию не помешал бы косметический ремонт, но оно было в приличном состоянии, и серьёзных вложений пока не требовало, слава богу. Мне нужны были деньги и припасы. У миссис Миллер — анемия, а у Лори малыш на грудном вскармливании. Я чувствовала личную ответственность за каждого, кому мы помогали. Именно поэтому, несмотря на уговоры тёти Лу и рекомендации бухгалтера, я до сих пор не выписывала себе зарплату.

— Думаю, стоит начать с полной замены электропроводки, — заявил он, поглаживая свой вялый подбородок и не обращая ни малейшего внимания на мои слова. — Может, даже пристройку сделать. Наверняка вам не хватает места.

У меня уже всё внутри кипело. Конечно, нам бы не помешало больше пространства. Кому оно не нужно? Но и с тем, что есть, мы прекрасно справляемся.

— Новые окна, — продолжал он. — Можно заново заасфальтировать подъезд, добавить ландшафтный дизайн. Разобрать старую кухню и поставить технику премиум-класса.

Казалось, он пытается всучить мне подержанную машину.

Я буквально дрожала от злости, а в голове крутились мысли о сотне дел, которые я могла бы сейчас делать вместо того, чтобы выслушивать этот поток бреда, который не имел ни малейшего отношения к реальным потребностям фонда.

— Замена проводки потребует полной остановки работы. — Я расправила плечи. — Мы не можем себе этого позволить. Слишком много людей от нас зависят. У нас всё в порядке и с окнами, и с электрикой. Нам нужны еда и товары. — Сделав несколько глубоких вдохов, я опустила взгляд на страницу и вчиталась в цифры. — Я не собираюсь платить вам шесть тысяч долларов за ландшафтный дизайн. Мы — некоммерческая организация, цель которой — накормить семьи. Нам не нужен ландшафтный дизайн.

— Хорошее благоустройство территории — важно, — сказал он. — И это только часть моего предложения. Читайте дальше.

Я не читала. Я просто уставилась на него, не в силах подобрать слова. Этот человек был просто жалким. И каждое его предложение было отвратительно.

— Мы можем составить предложения, — добавил он, улыбаясь мерзкой улыбкой. — Подготовить счета. А работы, может, и отложим до... более удобного времени. — Он откинулся на спинку сиденья и сцепил пальцы на животе.

В такие моменты мне отчаянно не хватало умения сохранять покерфейс. Я была уверена, что у меня на лице крупными буквами было написано: Что, чёрт побери, происходит? Он ходил вокруг да около, полностью игнорируя нужды организации, о которой, собственно, и шла речь. Вместо того чтобы слушать, он пытался давить на меня деньгами, чтобы протолкнуть никому не нужные строительные проекты.

Я фыркнула.

— Это пустая трата времени.

Только после того, как слова сорвались с губ, я поняла, насколько громко их произнесла.

Несколько голов повернулись в нашу сторону.

Сузив глаза, Денис наклонился вперёд, над столом.

— Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество, мисс Рэндольф. — Его губы скривились в презрительной усмешке. — И позвольте напомнить, что именно вы пришли к нам просить деньги.

От его хищного тона у меня по спине пробежал холодок. Что он вообще задумал? И какое место во всём этом отводилось мне? Это было самое настоящее корпоративное дерьмо, какая-то схема, которую он выдумал, чтобы не платить налоги или, чёрт знает, чего ещё избежать. Его агрессивный тон заставил в голове зажечься всем тревожным сигналам сразу.

Я встала, швырнула двадцатку на стол за салат, который даже не тронула, схватила брошюру и сунула её в сумку.

— Я пришла к вам, чтобы попросить о помощи для людей в нашем сообществе, которые сталкиваются с нехваткой еды. А вы вместо этого водите меня за нос и предлагаете бесполезные строительные работы.

Он заговорил вкрадчиво, тихо, почти зловеще.

— Вы ещё передумаете. А если нет… вы об этом сильно пожалеете.

Виктория

Я задержалась допоздна, разбирая коробки для отправки на переработку во вторник, проверяя запасы мяса в морозильных камерах и подавая заявку на грант, который позволил бы нам стать региональным банком подгузников. Шансы были не особо велики, но если бы нам его одобрили, я могла бы закупать подгузники у федерального правительства по сниженной цене.

Мне не привыкать заполнять заявки, преподносить всё в лучшем свете, выстраивать стратегию и находить правильные формулировки, чтобы представить нашу работу в максимально выгодном свете.

Домой я вернулась только после семи. Прошла мимо своей квартиры и сразу поднялась к Ноа. Я сама толком не знала, чего именно ищу, но была уверена, что в пустой квартире этого не найду.

— Заходи, — крикнул он, и я открыла незапертую дверь.

Он сидел на диване, уткнувшись в телефон. Тесс, одетая в зелёную пижамку с закрытыми ножками, складывала на полу резиновые кубики.

Он встретил меня виноватой улыбкой и тут же отложил телефон в сторону.

— Что смотришь?

— Сейчас прозвучит странно, но я смотрю ролики на YouTube о том, как заплетать девочкам волосы.

— Серьёзно? — Я поставила сумку на стол, скинула кроссовки и прошла ближе, чтобы посмотреть.

— Фу, — прокомментировала Тесс, окружённая ворохом игрушек.

Я наклонилась и поцеловала её.

Ноа поднял телефон.

— Вот, есть один парень, Джефф. — Он повернул экран ко мне, и я увидела мужчину средних лет, который плёл косу девочке. — Он тоже папа-одиночка и завёл канал, чтобы помогать другим таким же учиться делать причёски своим дочкам.

Я выпрямилась, на мгновение замерев, осознавая, насколько это умилительно.

— У Тесс волосы уже отрастают, — пробормотал он, опуская голову. — Я освоил хвостики. Ты бы видела, какие у меня первые попытки были. У меня же руки как лопаты. — Он показал ладони с виноватой улыбкой.

Да, они и правда напоминали медвежьи лапы — широкие, сильные, с длинными, ловкими пальцами.

— А эти резинки такие крошечные. Я целую вечность учился, как их правильно закреплять.

— Ты отлично справляешься. — У Тесс сейчас были два крошечных, идеально симметричных хвостика. Ему не о чем было волноваться.

— Пока что. Но её любимый фильм «Холодное сердце». Как думаешь, когда она начнёт просить косу Эльзы?

Я пожала плечами. Понятия не имела, но нутром чувствовала — недолго осталось, учитывая, насколько эта крошка умеет отстаивать своё мнение.

— Так что я тренируюсь, — сказал он с широкой улыбкой, от которой у него сморщились уголки глаз. — Быть отцом девочки — это серьёзное дело.

Я плюхнулась на свободную подушку дивана и схватила пульт.

— Даже не сомневаюсь.

— Я даже купил куклу. — Он наклонился через подлокотник и достал с пола пластиковую куклу. У неё была коса из жёлтых полиэстеровых волос, явно заплетённая на скорую руку. — Для тренировок.

Это была такая трогательная сцена, что у меня перехватило дыхание. Это был весь Ноа — переживать, что не справится с причёской, и учиться специально для этого.

— Раз ты уже освоил хвостики, теперь тренируешься на косах?

Он сжал губы и кивнул на куклу.

— Как видишь, мне ещё есть куда расти.

— Можешь потренироваться на мне, — сказала я, снимая резинку и распуская волосы.

Его глаза округлились.

— Правда?

— Ага. Я тут сижу, ем твои запасы и смотрю твой телевизор. — Я устроилась на полу перед ним и нажала кнопку питания на пульте. — Плети.

Он замешкался, но всё же подвинулся и обхватил меня ногами, устроившись за моей спиной. Я только в этот момент осознала, насколько близкая у нас поза. Но было уже поздно отступать.