Я лежала в своей постели, вдыхала подушку, на которой он спал всего несколько минут назад, и думала, каково это — чувствовать его щетину на своей коже. Как он будет держать меня этими сильными, загрубевшими руками.

И его губы. Я не могла оторвать от них взгляда.

— Я чувствую, — прошептала я, задержав дыхание в ожидании его ответа.

Его глаза распахнулись от удивления, тело напряглось, но он не отстранился.

Я ожидала, что он всё переведёт в шутку, отмахнётся. Если бы не стал — всё могло измениться.

Он не стал говорить. Вместо этого он взял моё лицо в ладони и поцеловал.

Сильно. Жадно. С голодом.

Это был не просто поцелуй. Не пробный шаг.

Нет, Ноа рванулся в самую гущу.

Я обвила его шею руками, и в одно движение он посадил меня к себе на колени, прижав так крепко, что наши груди соприкасались.

Он углубил поцелуй, забирая всё, что я могла ему отдать.

В два удара сердца моё тело взорвалось от чувств. Пульс стучал в ушах, от пальцев ног до кончиков пальцев. Его губы на моих вызывали дрожь во всём теле.

Он провёл руками вниз по моей спине, сжал ягодицы поверх шорт и прижал меня к себе так, что я почувствовала его жаркую, нетерпеливую твёрдость. В глазах потемнело.

Вот оно.

Вот чего мне так не хватало.

Этой жажды. Этого отчаянного желания.

Сжимая мои бёдра, он потянул меня ещё ближе.

Я застонала и прикусила его губу. Боже. Мне нужно было больше. Больше контакта. Больше его. Всё.

Я жаждала его, как никогда прежде. Даже не знала, что можно хотеть кого-то так сильно.

— Чёрт, Вик, — он отстранился, тяжело дыша, глаза широко распахнуты, одна рука запуталась в моих волосах. — Я не причинил тебе боль? Ты в порядке? Я потерял контроль.

Если это он вне себя — то я хочу такого всегда.

— Нет, — я слегка пошевелилась и потёрлась об его эрекцию, чтобы показать, насколько мне хорошо. — Мне нравится, когда ты дикий.

— О, детка, ты даже не представляешь, насколько диким ты меня делаешь. Но нам стоит остановиться, пока всё не зашло слишком далеко.

Я выгнула спину и начала осыпать поцелуями его челюсть, наслаждаясь ощущением его под собой, его рук на своём теле.

— Я хочу этого.

Он напрягся, и его голос стал тише, почти неуверенным.

— Меня?

— Да, красавчик. Я хочу тебя. Всего тебя.

Не прошло и мгновения, как он уже стоял на ногах, держа меня на руках. Пока он легко нёс меня в свою спальню, он уткнулся лицом мне в шею.

— Тогда я отнесу тебя в постель, — пробормотал он хриплым голосом. — Увы, она односпальная, но я что-нибудь придумаю.

Ноа

Раздеться оказалось не так-то просто. Комната была крошечной, и я умудрился удариться локтем, когда стаскивал с себя футболку.

Я почти не почувствовал боли.

Потому что Вик хотела меня.

Она сказала это. Вслух.

Неделями я был уверен, что это всё в одни ворота, что влечение никогда не будет взаимным. Она прямо сказала, что не заинтересована. Я не понимал, как её чувства могли так быстро измениться. Но осознание того, что она тоже чувствует между нами эту химию, разрывала мне грудь изнутри.

Вик. В моей постели.

Да, это была паршивая односпальная кровать в комнате размером с чулан в грустной маленькой квартирке, но всё это переставало иметь значение, когда она смотрела на меня из-под тёмных ресниц, а в глазах горело желание.

Без сомнений, нас ждали некоторые трудности, но я был готов ко всему. Первая задача — раздеть её — оказалась совсем несложной, несмотря на тесное пространство: на ней была пижама. Я провёл пальцами под вырезом её мягкой свободной футболки. Она хихикнула, когда я скользнул по её ключицам.

Я хотел прикасаться к каждому сантиметру её тела. А потом — ласкать каждый дюйм губами.

Мозг гудел. Стратегия, план, концентрация. С чего начать? Что делать?

Но Вик потянула меня к себе, прижала к кровати, впилась в губы глубоким поцелуем и сразу всё стало ясно. Моей задачей было сделать её своей. Забрать, прочувствовать, восхищаться ею.

Я должен был запомнить этот вечер. Сделать его особенным. Потому что не знал, будет ли у меня ещё шанс.

Она изучала пальцами мои мышцы — спину, трицепсы, а потом её руки зарылись в мои волосы. Когда она слегка дёрнула, по позвоночнику ударила молния. Чёрт. Ощущать её под собой было лучше любой фантазии.

Я не торопился, целовал её шею, прикасался к каждому участку кожи, к которому мог дотянуться, напоминая себе, что всё это происходит на самом деле. Девушка из моих снов в моей постели.

И она не отставала. Покусывала, оставляла следы, проводила ладонями по моей груди, а потом сжала мой пульсирующий член.

— Помедленнее, — попросил я. — Я еле сдерживаюсь и хочу растянуть это удовольствие.

— Медленно — это переоценено, — она прижалась бёдрами к моим. — Я хочу почувствовать тебя внутри.

Опершись ладонями о матрас, я выпрямил руки и посмотрел на неё сверху.

И она встретила меня той самой ослепительной улыбкой, которая в один миг разрушила весь мой продуманный план, особенно когда прикусила губу.

Разумный шаг — сначала поговорить. Понять, что всё это значит. Но кровь в мозг почти не поступала, и в этот момент я был готов согласиться на всё, чего она захочет.

Упираясь одной рукой в матрас, я потянулся к пуговице на её пижамной рубашке.

— Ты этого хочешь?

— Да, — выдохнула она, выгибаясь мне навстречу.

— Тогда, — сказал я, расстегнув первую пуговицу и переходя ко второй, — мне нужно тебя увидеть.

— Ты хочешь…? — её голос дрожал от желания и, может быть, от лёгкого страха.

Я откинул одну сторону её рубашки, потом другую, и, облизывая губы, уставился на её идеальную грудь.

— Да, Вик. Я хочу, чтобы ты была сверху. Ты оседлаешь меня и почувствуешь каждый сантиметр, когда я войду в тебя.

Я соскользнул с кровати, чтобы мы могли поменяться местами. Чёрт, сейчас я бы отдал всё за нормальный матрас, размера кинг-сайз.

— Ты уверен? — глаза у неё были широко раскрыты, а щёки пылали румянцем.

Я поднял её, уселся на кровать и стянул с неё пижамные шорты, оставляя поцелуи на выступах её бёдер и ведя пальцами вдоль внешней стороны бёдер.

Она нависла надо мной, снова зарываясь пальцами в мои волосы — обнажённая, сияющая в тусклом свете.

— Ты даже не представляешь, сколько времени я провёл, фантазируя о твоём теле. Ты невероятна.

Притянув её ближе, я поцеловал её в пупок.

— Вик, пожалуйста. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу увидеть тебя на своём члене.

С огоньком во взгляде, она одарила меня обольстительной улыбкой, сняла резинку с волос и встряхнула головой, позволяя им свободно рассыпаться по спине.

— Когда ты так красиво просишь, — проворковала она, — как я могу отказать? Презерватив?

С усилием я дёрнул ящик старой тумбочки, и он наконец поддался. Натянул презерватив, откинулся назад и с замиранием сердца наблюдал, как она медленно поднимается по моему телу, осыпая его поцелуями и дразня с каждым движением. Сердце бешено колотилось, я наслаждался видом её тяжёлой груди, покачивающейся между нами. Её губы — совершенство. Всё в ней было лучше, чем я когда-либо мог себе представить.

Когда она оседлала меня, её бёдра выровнялись с моими, и она начала дразнить меня, проводя головкой моего члена по своему влажному входу.

— Ты мучаешь меня, — выдохнул я, запрокинул голову и зажмурился, изо всех сил сдерживая желание врезаться в неё снизу.

Она чуть повела плечом — едва заметный жест.

— Ты сам сказал, что хочешь увидеть, как я принимаю тебя весь, красавчик, — высунула язык. — А тут, чёрт побери, сантиметров немало. Так что я не спешу.

Это была самая сладкая пытка — её горячее, влажное тело дразнило меня, не давая облегчения. Я всерьёз подумал, что могу потерять сознание от ожидания.