Мы вышли из замка, прошли вдоль служебных построек, свернули мимо складов и оказались в красивом и ухоженном месте. Валуны, крупные и небольшие камни лежали на мелкой гальке, между ними то там, то тут росли хвойные низкие кусты, вились вьюны и выглядывали небольшие растения, похожие на колючки.
— О, да это же сад камней! — воскликнула я.
— Сад камней? — удивился Брант. — Этому нагромождению есть название?
— Еще какое! — обрадовалась я, ступая на тропинку, выложенную крупной галькой. — И это очень модно на моей родине.
Мы прошли по извилистым дорожкам и уперлись в пригорок, на котором цвел совершенно необыкновенный цветок с ярко-алыми большими как у лилии лепестками. Но походил он, скорее, на роскошный пион своей пышностью.
— Цветочек аленький, краше которого нет на белом свете... — прошептала я невольно.
Он будто светился изнутри и среди серых и темно-зеленых оттенков этого места казался чем-то волшебным.
— Здесь мало что растет из-за вездесущего пепла. Кельвары в прошлом выжгли тут все и продолжают это делать, — объяснял Брант. — Так что уход за растениями требует куда больше сил, чем в других регионах. Я специально искал самые неприхотливые. Цветок королей — один из таких. Он редкий и цветет раз в пять лет. Удивительно, что распустился он именно сегодня. Увы, завтра лепестки уже опадут.
Я повернулась к нему. Лицо Бранта выглядело умиротворенным и спокойным. Он тепло улыбался. Я невольно представила, как он копается здесь в земле, переносит камни… Это так по-человечески. Почему эта свора бездарей при дворце не видят эту его сторону?
— Где ты достал всю эту красоту? — спросила я. — И ты сам всем этим занимался?
— Сам. Это успокаивает меня и моего дракона. Монотонные, спокойные действия. Я люблю здесь бывать. Жаль, что времени не так много, как хотелось бы. Особенно теперь... — Брант неожиданно взял меня за руку, притянул к себе и обвил талию своей горячей драконьей рукой. — Сейчас я предпочитаю проводить свободное время в другом особенном месте.
— И в каком же? — удивилась я.
— Там, где есть ты, — прошептал он, наклоняясь ко мне.
Я ахнула от его внезапного напора.
— Оттолкни меня сейчас, Эйлин, иначе потом будет поздно.
Но я не собиралась его отталкивать. У нас и без того было так мало времени. Я не хотела терять ни секунды.
Брант приближался медленно, его дыхание стало тяжелым. Я обвила его шею руками, ощущая, как нагревается его тело.
— Не хочу, чтобы дракон вырвался, — прошептал он, почти касаясь моих губ. — Я хочу быть с тобой сам.
Его поцелуй был осторожным, мягким. Не таким, как тогда, перед императором. А таким, о котором я мечтала: полным доверия, нежности, заботы…
И я отвечала, не таясь, без стеснения, отпустив все свои желания и чувства на волю.
— Хочу целовать тебя, — он покрывал влажными горячими поцелуями мои щеки, скулы, спускаясь к шее, — обнимать тебя. Ласкать тебя... Хочу видеть и знать, что доставляю тебе удовольствие... Контролировать все от начала до конца.
Он болезненно напрягся, тело его все сильнее раскалялось.
— Никого и никогда в жизни я не хотел так, как тебя, Эйлин, — продолжил он, замерев. — Твое хрупкое тело, твой нежный голос, твою улыбку... Всю тебя, без остатка.
Он прижимал меня крепко, водил по спине руками судорожно и шептал в шею отчаянно, горячо, словно удерживая последние остатки контроля.
— Скажи, как ты терпишь меня? — почти простонал он. — Почему не убегаешь в страхе? Отчего я не противен тебе настолько, что ты позволяешь мне прикасаться к тебе?
Я обняла его, и от переизбытка чувств на глаза навернулись горячие слезы. Я ощущала его боль, отчаяние, злость на самого себя.
— Я просто не боюсь тебя, — ответила я, поглаживая его по спине. — Ты не противен мне, и я не «терплю». Напротив, мне... мне нравится быть рядом с тобой.
Брант резко отстранился, взял меня за плечи. Его глаза горели огненными искрами и болезненным вожделением.
— Нравится? — прохрипел он, тяжело дыша. В глазах вспыхивали отсветы пламени. — Ты понимаешь, что говоришь, Эйлин? Понимаешь, к чему приведут твои слова?
Вместо ответа я сама потянулась к нему, обхватила его лицо руками и поцеловала. Горячо, страстно, на этот раз без тени нежности, пытаясь передать Бранту тот ураган чувств, что бушевал во мне.
Я знала, что скоро исчезну, и хотела взять от этой жизни все, прочувствовать каждую грань, ощутить то, чего была лишена в прошлом. Я хотела любить и быть любимой. Пусть даже странной, чудаковатой любовью, кто-то назвал бы ее даже извращенной. Но искренней.
Я гладила его колючую щетину, шершавые горячие чешуйки на правой скуле и виске, ласкала языком его губы.
Он сжал меня в ответ так отчаянно, что стало тяжело дышать. Его руки скользили по моей спине, а потом он подхватил меня под ягодицы и поднял, прижав к себе.
Сквозь платье я чувствовала его желание, ощущала, как он распаляется все сильнее. Его движения становились хаотичнее, хватка — яростнее.
Но вдруг он отпустил меня и покачал головой.
— Не могу, — прохрипел Брант, сгорбившись. — Не могу больше его сдерживать.
Он развернулся и быстрыми шагами покинул сад. А я осталась стоять, ошарашенная, с пульсирующими губами и жаром во всем теле, с памятью о прикосновении его крепких рук.
— Да я и с твоим драконом подружилась, — прошептала я и вздохнула.
Прежде чем уйти, я повернулась к цветку, алевшему на фоне серой насыпи. Его листья-стрелы, тонкие и темно-зеленые, выглядели неподходяще скромно на фоне такой роскоши.
Я протянула руку и коснулась лепестка кончиками пальцев. Но одного этого легкого прикосновения хватило, чтобы они осыпались один за другим, будто я запустила необратимую реакцию.
— Нет, нет, нет, — пробормотала я, проводя над ним ладонью, искренне сожалея о его гибели. — Ты такой красивый, ты не должен был так быстро…
Мне почудилось голубое свечение под моей рукой. И... лепестки поднялись в воздух и вернулись на бутон, точно в обратной перемотке.
— Что? — удивилась я и машинально схватилась за кулон, ища подсказки у настоящей Эйлин.
— Магия времени, — услышала я ее голос.
— Это твоя магия? Ты обладала ею?
— Научилась.
— Ого! Значит, я тоже могу?
— Можешь. Но будь осторожна. Это опасная магия, — ее голос прозвучал печально. — Фокусы с цветочком — ерунда. На живых существах ее нужно применять с крайней осторожностью.
— Но я не поняла, как это сделала .
— Ты просто очень сильно захотела повернуть время вспять. Этого было достаточно.
— Так ты смогла вернуться в свое прошлое? — спросила я и услышала тихий вздох.
— Да.
— Но почему тогда в твоем теле оказалась я? Почему не ты сама?
— Хватит вопросов, — вдруг рассмеялась она. — Расскажу, если выживешь и станешь кронпринцессой. А пока наслаждайся жизнью со своим драконом. Пожалуй, он и правда полюбил тебя.
Ее голос звучал странно растерянно, будто она не верила, что Брант способен кого-то полюбить. Или что кто-то может полюбить ее. В смысле, меня в ее теле. Эйлин Фейс, дворцовую интригантку, благородную даму с богатым приданым и корыстными родственниками.
— И не зови меня по таким пустякам, — хмыкнула она.
Я постояла еще немного, ощущая в пальцах легкое покалывание после использования магии. Когда стало совсем темно, я направилась во дворец, надеясь поскорее добраться до ужина. Я ужасно проголодалась.
На выходе из сада я заметила две фигуры и испугалась, но они вышли на свет уличного факела в стене каменной постройки, поклонились и объяснили, что охраняют меня по приказу хозяина. Их лиц в темноте я не разглядела, но один из голосов показался знакомым — возможно, это был один из рыцарей, кому я отдавала распоряжения в дороге. Значит, Брант не просто убежал, но успел приставить ко мне стражу…
Интересно, где он сам?
Ужинала я снова в одиночестве. Но не успела я как следует насладиться едой, как услышала странный шум — неясный, будто бы звон цепей, доносящийся из глубокого колодца.
