Чувства всегда правдивее, кто бы и как их ни пытался скрыть. Всегда было интересно наблюдать, как люди готовы пойти на сделку с совестью, лишь бы выслужиться перед кем-то, кто стоял выше.

Я родился бастардом. Нелюбимым сыном. Неуважаемым двором. Но вот закономерность: за шепотками я всегда ощущал их скрытое благоговение. Как бы свет ни ослеплял и ни казался прекрасным, тьма всегда притягательна. Более того, порой — спасительна.

Забавно.

Аурелий всегда называл Роксану ледяной статуей. Скучной, предсказуемой, слишком правильной. Какой же мой брат слепец. Впрочем, как и отец, он был насквозь лицемерен. Порицал всё, кроме радости, намеренно задвигал всё остальное, но сам же зачал ребенка на стороне от теневой леди.

Но каким бы мерзавцем он ни был, я не желал ему смерти. И единственная, кто это понял, — Роксана.

Я не припомню, чтобы мы с ней общались столь тесно, как сейчас. Как она смогла понять, что я невиновен? Когда ты бастард, да еще и с неправильным даром, тебе нужно работать вдвое, а то и втрое больше, чтобы доказать свою преданность. И в этот раз я просто устал, даже не пытался оправдаться. Поразительная женщина. Её информированность интриговала меня едва ли не больше, чем её наглость.

С Авророй всё было иначе — тепло, просто, понятно. Её свет грел, вызывал желание защищать, оберегать от малейших сквозняков. А Роксана… От этой женщины фонило дерзкой энергией, отчего моя собственная тьма отзывалась довольным гулом. Она не хрупкий цветок, как Аврора. Роксана оказалась стихией. И от этого коктейля просыпался совсем другой инстинкт.

Охотничий.

Тьма шепчет и мне. Если она не моя, то непременно ею станет. И от этого предвкушающего чувства внутри всё замирало.

«Хочу еще! Покажи мне, Роксана, какова ты на самом деле!»

— И долго ты будешь прятаться? — негромко спросил я, переведя взгляд на густую тень в углу столовой. — Я же чувствовал, как ты крутилась вокруг неё за завтраком. И в спальне.

Тень колыхнулась, отделилась от стены, и на паркет бесшумно спрыгнула Фокси. Мое маленькое чудовище, случайно прирученное в пограничье, сейчас выглядело как крупная черная кошка с глазами цвета аметиста.

Фокси подошла ближе, потерлась гибким боком о мой сапог и издала вибрирующий звук, неотрывно глядя на пустую чашку леди ван Дерн.

Я усмехнулся и привычно почесал кошку за ухом.

— Понравилось? Знаю, сложно устоять. У нее… удивительный фон. Но нет, Фокс, пока всё останется как есть. Давай посмотрим, как наша сумеречная леди покажет себя дальше.

— Ррррау.

— И в кого ты такая нетерпеливая? Ты же хищница. Пусть делает, что хочет, а мы… присмотрим. Ведь так, Фокс?

Кошка недовольно дернула хвостом и издала протяжное, почти ехидное:

— Рмммяяяу.

— Контракт? — опасно прищурился я, уловив посыл через нашу ментальную связь. — Не ехидничай. Этот кусок бумаги — невидимые браслеты, которые она сама на себя надела, свято веря, что купила билет на свободу.

Я поднялся, мгновенно посуровев. Игры играми, но пускать ситуацию на самотек было не в моих правилах.

Короткий щелчок пальцами.

От колонны отделилась и вытянулась тень, приобретая человеческие очертания. Сгусток мрака опустился на одно колено, почтительно склонив безликую голову.

— Отчёт, — бросил я, не поворачиваясь к тени.

— Мой лорд, — прошелестел искаженный голос подручного. — Столица кипит. Регент в бешенстве из-за иллюзии в подземелье. Стража переворачивает нижний город, но особняк ван Дернов пока не трогают.

— Ожидаемо. Чем занята леди?

— Вернулась домой. Готовится к ночной вылазке.

Я едва заметно усмехнулся. Решила не тянуть с похищением Северина.

— Стяни наших наблюдателей к Академии. Уберите внешние патрули с её маршрута. Отвлеките городскую стражу на соседней улице. Устройте драку, пожар, да всё что угодно. Но путь должен быть чистым.

— Помочь с захватом цели? — уточнила тень.

— Нет, — жестко отрезал я. — К самому кабинету не приближаться. Северина оставьте ей. Но если она заметит вас, расценит как недоверие или попытку контроля. Наша леди слишком горда и самостоятельна. Пусть думает, что сделала всё сама. Ваша задача — подстраховать её спину и убрать любой мусор с дороги. Ясно?

— Как прикажете, мой лорд.

— И… — задумчиво протянул я. — Артефакт с уликами ведь у вас?

— Да. Как вы и приказывали, мы не стали действовать, — скрежетнул мой собеседник, до сих пор раздосадованный этим приказом.

— Отправь его на чёрный рынок. Пусть ван Дерн найдут его.

— Нам последовать за леди в день аукциона?

— О, и ты тоже уверен, что именно она там будет? — усмехнулся я. Он не ответил, но явно чувствовал благодарность за мое спасение. Может, даже и к лучшему, что мои тени готовы защищать Роксану. Хотя… Нет, это исключительно моя привилегия. — Не нужно. Я сам.

Тень безмолвно склонила голову и растворилась в каменном полу, точно её и не было.

— Скоро увидимся, сумеречная леди, — едва слышно, с толикой предвкушения обронил я в тишину столовой.

Я шагнула в малую гостиную нашего столичного особняка, чувствуя легкое покалывание на коже из-за перехода.

Отец сидел в кресле с утренней газетой, а матушка невозмутимо разливала чай. Идиллия. Если не считать того, что атмосфера в комнате была подозрительно вязкой.

— Твоя постель сегодня осталась нетронутой, — ровно произнес Алексан ван Дерн, даже не подняв взгляда от газетного листа.

Я стянула перчатки и бросила их на столик у входа. Раз отец начал в лоб, то можно было говорить спокойно.

— Я ночевала в Эллизиуме.

— У своего жениха, значит, — обронила Риана без тени осуждения, скорее, прослеживалось легкое любопытство. Она протянула мне фарфоровую чашку.

— У официального жениха, — поправила я, забирая чай. — И всё исключительно в рамках приличий и подписанного контракта.

Газета в руках отца зашуршала. Алексан медленно опустил её на колени и посмотрел на меня взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

— Фиктивного жениха, Роксана. И будь он хоть трижды повелителем страха и ужаса, я намерен лично посмотреть в глаза человеку, который решил, что может вот так компрометировать мою дочь.

— Папа, — с нажимом проговорила я, сдержав тяжелый вздох и опускаясь на диванчик слева от него. — Мы всю ночь обсуждали план выживания и спасения активов. В такой обстановке не до романтических перспектив. Но я обязательно передам ему твое приглашение на ужин. Чуть позже. Сейчас у нас есть дела посерьезнее.

Отец недовольно хмыкнул, но родительскую ревность отодвинул на второй план, мгновенно переключаясь.

— Слушаю.

— Мы заключили сделку. Деймос поможет разобраться с искаженными, а я взамен должна доказать его невиновность.

— Покушение на Императора, — задумчиво потер подбородок отец.

— Именно, — кивнула я. — Деймос этого не делал. Аурелий нарциссичен, но недостаточно решителен для такой многоходовочки. Да и ни к чему это, он и так являлся наследником. Но кто-то решил ускорить процесс. И некто из ближнего круга светлого принца использовал артефакт, чтобы подорвать здоровье правителя. А остаточный магический фон искусно повесили на Деймоса. Бастард, владеющий темной магией, оказался хорошим козлом отпущения. Аурелию вручили власть регента на блюдечке, а истинный виновник остался в тени.

Риана аккуратно поставила чайник на подставку.

— Значит, нам нужно найти того, кто подложил артефакт, или саму вещь.

— Лучше всего найти именно след, — отчеканила я. — Магия, скрытая под видом темной, станет мощным аргументом. Дворцовые ищейки либо слепы, либо давно подкуплены, но твои приборы, отец, обмануть сложнее. Ты сможешь помочь?

Алексан подался вперед, опираясь локтями о колени. В его глазах загорелся азарт. Вряд ли он мог проигнорировать прямой вызов, который я ему бросила. Папа обожал сложные задачки. А еще больше он любил щелкать по носу правящую знать, указывая на их недоработки. Разумеется, делая это максимально аккуратно и чужими руками. А то так и до плахи недалеко.