Теневое кружево Деймоса, спрятанное под одеждой, должно надежно скрыть наши ауры за воротами дворца. Но до этих ворот еще нужно было добраться. Это будет своеобразной проверкой того, на что способна главная героиня оригинала. Не только же нам ради неё рисковать?

Для меня оставался всего один поворот до последнего коридора, ведущего к выходу, когда из ниши со статуей бесшумно отделилась стройная женская фигура.

Снова! Как будто она точно знала, где именно я появлюсь!

В тусклом свете настенного светильника блеснули знакомые проницательные глаза.

Я настороженно прищурилась. Даже без свиты? Хотя нет… В тени за её спиной определенно кто-то был.

— Можете говорить свободно, это мой человек, — произнесла она вместо приветствия, заметив мой пристальный взгляд, брошенный во мрак ниши.

— Всецело ваш?

— Всецело, — не моргнув глазом, подтвердила она.

— Вы ждали именно меня, принцесса? — осмелилась спросить я.

— Хотелось немного поболтать, пока та, за кем вы сегодня пришли, решается на побег и пробирается ко входу, — скрестила руки на груди Селеста, задумчиво посмотрев в сторону окон.

Я напряглась.

— Позвольте поинтересоваться, кто вам рассказал? Хотя нет, — покачала я головой, понимая, что источник сейчас не имеет значения. — Что вы собираетесь делать с этой информацией?

— А это зависит исключительно от вас, — ненавязчиво улыбнулась она.

— От меня? Не уверена, что смогу повлиять на решение принцессы.

— Отчего же? Благодаря вашему отцу я научилась контролировать то, с чем никогда бы не смогла справиться самостоятельно. Конечно, не просто так. Скажем, в случае волнений он хотел уровнять шансы всех детей императора, — спокойно произнесла Селеста.

Сохраняя молчание, я обдумывала ее слова. Значит, все-таки отец изначально ставил на Селесту в случае переворота. И сейчас она предлагала мне также занять позицию отца? А что, если бы Деймос тоже решил претендовать на трон? Хотя… Вероятно, именно поэтому она сейчас говорила со мной, а не с ним.

— Судя по тому, что вы не задаете уточняющих вопросов, вам это должно быть известно. Или я ошибаюсь, леди Роксана?

— Вы правы. Однако контроль — это не только заслуга отца. Ваше личное упорство сыграло куда большую роль в обучении, — негромко, стараясь унять колотящееся сердце, произнесла я, слегка склонив голову в знак признания.

Девушка повернулась ко мне в профиль и после некоторого затишья произнесла:

— Император погиб.

— Что?! — ошарашенно выдохнула я от столь резкой смены разговора.

Старик ведь так долго держался! Даже на смертном одре он продолжал плести свою паутину и интриговать! Хоть мне и не было жаль этого мерзавца — скорее, я сожалела, что не смогла собственноручно приложить его головой о стену, — новость всё равно выбивала из колеи.

— С утра об этом объявят официально, — меланхолично ответила Селеста.

— Кто еще знает? — тут же спросила я, понимая, что времени не осталось.

— Скорее всего, Аурелию скоро станет известно. И… конечно, Деймосу в ближайшее время тоже станет известно.

— Тогда зачем вы говорите это мне? Я узнала бы это с ним.

— Ваш отец в свое время во многом мне помог. Я благодарна за это. В общем и целом, я пришла именно ради этого — отдать дань. Думаю, отныне мой долг выплачен, — обмолвилась она.

— Звучит как прощание, — насторожилась я.

Отец обучал ее ради этого? Чтобы информация как можно дольше не покидала императорские покои, выигрывая нам время? Ведь кто, если не она, останется во дворце, пока Аурелий на границе сражается с искаженными? Признаю, что это действительно важно. Но мне стало жаль принцессу. Пусть она и позволила собой воспользоваться, но все же.

— Да? — со смешком отозвалась она, качнув головой. — Нет, леди Роксана, уходить я никуда не планирую. Но мне хотелось бы прояснить некоторые моменты. Понимаете, в бреду люди могут сказать то, чего не скажут даже под пытками. Поэтому не стоит удивляться, что я осведомлена о некоторых планах на вашу семью…

— Я внимательно слушаю, принцесса, — отозвалась я, слыша не только угрозу, но и торг в ее словах. Я не сомневалась, что император в бреду наговорил много лишнего. Даже хорошо, что она сама решила прояснить свою позицию. Иначе пришлось бы вытягивать из неё планы клещами.

Она замолчала, вновь переведя на меня оценивающий взгляд.

— Пусть вы мне и импонируете, но… когда всё это рухнет, — произнесла она жестко, лишив голос всякой девичьей легкости. — А оно рухнет, Роксана, я вижу это яснее, чем кто-либо другой в этом проклятом дворце. Так вот: в случае чего, я не буду стоять в стороне. Я предлагаю вам помощь своих людей.

— Мы будем благодарны за поддержку, — ровно ответила я, не спеша радоваться столь щедрому предложению. — Но когда пыль осядет… что вы хотите взамен?

Принцесса загадочно улыбнулась.

— Всё будет зависеть только от вас. Но… я бы очень не хотела портить наши отношения в будущем.

Намек был более чем прозрачен: сейчас мы союзники и друзья, но когда встанет вопрос о власти и пустующем троне, мы вполне можем стать врагами, если наши интересы пересекутся.

Вот именно — «если».

Принцесса изящно развернулась, собираясь раствориться в полумраке коридора, но я остановила её вопросом:

— Могу ли я задать встречный вопрос?

— Вы уже это делаете, разве нет? — с усмешкой переспросила Селеста, остановившись.

— Какие гарантии, что, придя к власти, вы не поступите точно так же, как император?

— Риск есть всегда, но я не стану расследовать, кто именно десятилетиями занимался укрытием химер. Официально сниму закон об их уничтожении, позволив им стать обычными, полноправными подданными Империи, — начала перечислять принцесса, глядя на меня через плечо. — И в завершение… Я верну регалии и доброе имя матери Деймоса.

Предложение было заманчивым. Но…

— Но это мы вполне можем сделать сами. Таким образом мы будем уверены, что наш закон не изменится по чьей-то прихоти спустя пару, а может, десятки лет. Понимаете, у вас, как и у меня, есть один недостаток: вы женщина. По крайней мере для столь значимых позиций в обществе, — с прищуром парировала я. Саму злило это право наследования, так как я за справедливой и здравый ум, но законы и устои не меняются по щелчку пальца. — И когда основной противник падет, как думаете, за кого проголосует совет? За пусть и светлую, но принцессу или принца-бастарда?

Селеста медленно обернулась ко мне всем корпусом.

— Чего ты хочешь, Роксана?

— Искаженные существа помогут нам контролировать магию. Дикие при сопряжении становятся разумными помощниками, а не угрозой. Может, лично вам это и не нужно, но я бы хотела уберечь искаженных для нашего же блага, — непреклонно произнесла я, подходя на шаг ближе. — Уберечь от необдуманных поступков испуганных людей. Наложите вето на их истребление и отлов. И закрепите законом, что только герцогская семья имеет право давать разрешение на сопряжение магов с искаженными.

— И на каких условиях вы будете разрешать эти сопряжения? — иронично приподняла бровь Селеста.

— Мы обсудим это в переговорной, как только остановим нашествие и выберем наследника Империи, — обворожительно улыбнулась я.

— А вы хороши, — принцесса одобрительно вздернула нос и резко развернулась, уходя прочь по коридору.

Сделка заключена. Полдела сделано.

Может, я прозвучала жестковато, но ведь это Деймос первым вошел в сопряжение с монстром! И именно мой отец создал кристалл-стабилизатор. Да, это власть. Но… На меньшее я просто не соглашусь.

Вспомнился наш недавний разговор с Деймосом. Когда он дал мне свободу выбора, сказав, что мы будем жить «там, где пожелает моя сумеречная леди»… Неужели он намекал именно на это? Что, если я захочу стать императрицей, он просто пойдет и возьмет для меня этот трон?

О нет… маловероятно. Принц слишком хорошо меня знал, чтобы я добровольно согласилась на ограничения, которые накладывала корона.