Корвел не моргнув глазом воспринял эту информацию. Его собственный статус Легионера делал его иммунным к подобным попыткам произвести впечатление.

— Кай, — произнёс Корвел, пробуя имя на вкус. — Зачем ты прибыл сюда? У тебя задание от Императора?

Кай наконец оторвал от меня взгляд и полностью обратился к Корвелу. Его голос оказался на удивление спокойным и ровным, без металлических ноток, свойственных Корвелу или Элирии.

— Моя задача не связана с местными спорами, командир, — ответил он. — Не так давно в этой части космоса наши сенсоры зафиксировали странный, мощный всплеск неизвестной энергии. Масштабы и природа явления не поддавались классификации. Император дал мне приказ разобраться и найти источник. Если это новая технология или природный феномен, возможно, эту энергию можно будет использовать для блага Империи.

В комнате повисла тишина. Даже Элирия слушала с притворным вниманием, хотя было ясно, что эта информация и для неё не стала новостью.

Корвел, скрестив руки на груди, не спешил с ответом. Его аналитический ум уже обрабатывал данные.

— И что же ты здесь делаешь, если не нашёл ещё то, о чём просил Император? — спросил он, и в его бархатном баритоне послышалась лёгкая, но оттого не менее опасная насмешка. — Карбон-Прайм — не самое очевидное место для поиска аномалий.

Кай снова улыбнулся. На сей раз его улыбка показалась мне странной. Неловкой, почти застенчивой, но от этого не ставшей менее пугающей. Он медленно перевёл взгляд с Корвела... на меня.

Под этим внимательным, тяжёлым взглядом я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Я инстинктивно отступила на шаг назад, в тень, стараясь спрятаться за спинами офицеров.

— Я... кажется, уже нашёл источник той самой энергии, — произнёс Кай, и его голос прозвучал тише, но от этого каждое слово обрело зловещую чёткость. — Просто... пока ещё не уверен на все сто процентов. Требуются дополнительные... наблюдения.

И, закончив эту фразу, он снова улыбнулся. На этот раз прямо мне. Этот взгляд, полный какого-то голодного, научного интереса, пронзил меня насквозь. У меня похолодело внутри. Он говорил обо мне. Он чувствовал метку? Или нашу связь с Корвелом? Этот «всплеск энергии» — я надеюсь, это не связано с моим появлением здесь.

Я посмотрела на Корвела, умоляя его глазами понять, защитить. Он и без того был напряжён, как струна, а теперь его осанка стала просто опасной. Он не повернул головы, но я видела, как сжались его кулаки, лежащие на столе. Весь его вид теперь излучал не просто власть, а первобытную, хищную готовность к защите. Защите того, что принадлежит ему.

«Нашёл». Это слово повисло в воздухе, изменив расстановку сил в комнате. Теперь на кону была не только судьба планеты, но и моя. И тайна, которая связывала меня и Корвела. Игра внезапно вышла на совершенно новый, куда более опасный уровень.

Кай, словно почувствовав, что накал и без того зашкаливает, мягко улыбнулся. Его улыбка была странной, отстранённой, будто он наблюдал за нами из-за стекла.

— Знаете, Корвел, — произнёс он, разряжая обстановку с убийственной вежливостью, — сейчас, пожалуй, есть дела и поважнее. Я думаю, мои предположения мы с вами сможем обсудить и потом. А исход местного спора… честно говоря, не вызывает у меня особого интереса. Но лично вам я желаю успеха.

С этими словами он кивнул Корвелу, бросил на меня последний быстрый, оценивающий взгляд и так же бесшумно, как и появился, вышел из переговорной.

Элирия, проводив его взглядом, полным ярости, скривила свои идеальные губы в гримасе отвращения.

— Вот гавнюк, — выдохнула она с неподдельной брезгливостью, не обращая внимания на содрогнувшихся от её прямоты правителей Карбон-Прайм.

В этот момент Корвел резко повернулся ко мне.

— Катя, уходи, — его голос прозвучал тихо, но с такой неоспоримой интонацией, что у меня похолодело внутри.

Я не стала ждать повторения. Мне с самого начала было не по себе в этой комнате, да и он сам велел мне остаться — странный он какой-то. А может, это всё из-за того, что сказал Кай? В голове была каша. Но даже сейчас, выскользнув из переговорной в прохладный, гулкий коридор, я не почувствовала облегчения. В ушах стоял его голос, а перед глазами — эта хищная, изучающая улыбка. От одного воспоминания по спине пробегали мурашки.

Мысли мои прервал знакомый голос.

— Кать! А вот и ты! Я полкорабля обыскал в поисках тебя.

Передо мной, запыхавшийся и с растрёпанными рыжими волосами, стоял Рифт.

— Я чуть не умер от жажды! Комнату отдыха зачем-то закрыли, а твои автоматы без твоего пропуска как заговорённые! Открывай, умоляю.

Его комичное отчаяние немного встряхнуло меня. Словно щенок, который бегал в поисках миски с водой.

— Ладно, ладно, уговорил, — вздохнула я, чувствуя, как губы сами растягиваются в улыбке. — Открою. Но наливать будешь себе сам, я не служба доставки для техников-неумех.

Мы быстрым шагом направились к моему «царству». Я открыла дверь своим пропуском, и Рифт буквально ворвался внутрь, устремившись к кофейному автомату.

Наблюдать за ним было одно удовольствие. Казалось бы, техник такого уровня, который, по его же словам, может разобрать и собрать реакторный контур с закрытыми глазами, а с простым кофейным автоматом справляется, как смартфоном его прабабушка. Он тыкал в панель управления, ворча себе под нос.

— Так… «Ароматизатор активировать»? Нет, не то… «Промывка гидросистемы»? Ой, прости, милая, не хотел… А где тут просто «чёрный, как совесть Лоры, и крепкий, как моя уверенность в себе»?

Я не выдержала и рассмеялась.

— Дай сюда, — отстранила я его, ловко набирая на панели нужную комбинацию. Аппарат ожил, загудел и через мгновение выдал порцию ароматного эспрессо.

— Вот же чёрт, — Рифт с благоговением взял дымящуюся кружку. — Я её могу с закрытыми глазами собрать и разобрать, а вот какая у неё там функция «сделать вкусно» — это тёмный лес. Неинтересно мне это.

Он сделал большой глоток и закатил глаза от блаженства.

— Спасён. Теперь я снова могу думать.

Он допил кофе почти залпом, поставил кружку на стойку, и его лицо, обычно озорное, стало вдруг серьёзным. Он облокотился на стойку и посмотрел на меня прямо.

— Кать, а ты вообще понимаешь, что может произойти?

Я пожала плечами, стараясь сохранить лёгкость.

— Ну, вроде как всё понятно. Там решают судьбу планеты, всё серьёзно. Но там же Корвел. Значит, разговор закончится либо с выгодой для всех, либо эти правители сдадутся.

Рифт покачал головой, и в его ледяных глазах мелькнула тень чего-то сложного.

— На самом деле, всё, что здесь происходит, — это обычный спектакль. Постановка для нескольких очень важных зрителей. И один из этих зрителей — ты.

Я замерла, чувствуя, как улыбка медленно сползает с моего лица.

— А второй, — Рифт многозначительно поднял бровь, — ты, наверное, уже догадалась кто.

Он дал этим словам повиснуть в воздухе.

— И так же некоторые невольные актёры.

Я стояла, опершись о стойку, и чувствовала, как по спине бегут мурашки. Воздух в комнате отдыха, ещё секунду назад наполненный дурашливым ворчанием Рифта, вдруг стал густым и тяжёлым.

— Я... не понимаю, Рифт. О чём ты? — выдохнула я, сбитая с толку его внезапной серьёзностью.

Рифт посмотрел на меня своими пронзительными, слишком умными глазами. В них не было ни намёка на шутку.

— Запомни, Кать, — его голос прозвучал тихо, но весомо, — Корвел — не солдат-остолоп, который только и может, что рвать людей на части. Он стратег. И тактик. Лучший из тех, кого я вообще видел. Он обожает такие игры и играет в них виртуозно. Знаешь, император уже который год ждёт, чтобы вызвать его на шахматный матч-реванш. Просто чтобы снова проиграть, я уверен.

Он сделал паузу, давая мне осознать масштаб.

— Но я вот о чём... — Рифт обвёл взглядом пустую комнату, будто проверяя, не подслушивает ли кто. — Корвел будет таким, каким ему выгодно быть в нужный момент. Жестоким, обаятельным, холодным, спасителем... Мягким. — Он посмотрел прямо на меня, и в его взгляде было что-то похожее на жалость. — И думаю, настоящего Корвела мало кто видел. Вообще.