— Это случилось в конце августа. День выдался жарким, и мы решили прокатиться к озеру. Я была за рулём, Мика на пассажирском, а Кайла сзади.

Холи сглотнула, судорожно вздохнув.

— Мы расстелили покрывало на берегу, искупались, потом вернулись передохнуть. Я хорошо помню, как она пришлёпнула муравья у себя на запястье, потому что следующие несколько минут мы смеялись над тем, что она слишком аппетитная, и к ней липнут абсолютно все насекомые, — Холи криво улыбнулась, продолжая смотреть на свои колени.

Я заметил, как Кайла облокотилась на столешницу и уткнулась лицом в ладони.

— Какие-то несчастные пять минут изменили всё, — нижняя губа Холи затряслась, и я опустился на пол у её ног, — первые пару минут она чесала руку, потом мы заметили, что внутренняя сторона предплечья покраснела и распухла до самого локтя. Мы перепугались, а Микаэла начала жаловаться, что ей становится дурно. Мы тут же собрали вещи и посадили её в машину, чтобы отвезти к врачу. Мы и подумать не могли, что у неё может быть аллергия на муравьёв.

Глаза Холи зажмурились в попытках сдержать слёзы, и я протянул руку, чтобы сжать её дрожащую ладонь.

— Знаешь, я обожаю водить машину. Сколько себя помню, с нетерпением ждала, когда исполнится шестнадцать, чтобы получить права. Но с того самого дня я не могу сесть за руль, — она всхлипнула и сжала мои пальцы в ответ, — потому что я стала опасной. Не только для себя самой, но и для окружающих.

Я не понимал, как ситуация с Микаэлой связана с её неспособностью водить автомобиль, но не стал прерывать её.

— У неё начался приступ удушья. Её кожа горела, а дышать с каждой минутой становилось всё сложнее. Я до сих пор, каждый раз, когда сажусь за руль, слышу, как она хрипло дышит, пытаясь вдохнуть необходимую порцию воздуха, и инстинктивно выжимаю педаль газа. Она сидела рядом со мной, на пассажирском сидении, пока я гнала изо всех сил. Мы были далеко от больницы. Пока мы выезжали с берега, я пыталась дозвониться маме, чтобы она сказала мне, что делать, но, как оказалось потом, она была на операции. Кайла позвонила в «911», но нам нужно было добраться хотя бы до трассы, чтобы они могли найти нас.

Она замолчала и зажмурилась, сильнее сжимая ладони вокруг моих пальцев, когда мы все услышали, как её подруга тихо плачет. Краем глаза я заметил, как Дэнни нерешительно опустил руку ей на плечо и стал поглаживать, пытаясь её поддержать.

— У нас не было шансов. Когда бригада добралась до нас, Мика уже не дышала. Один маленький укус и пара минут, которых нам не хватило, лишили её жизни.

Кайла разрыдалась громче, и Дэнни обхватил её плечи, прижал к себе и начал осторожно покачивать, перепуганно уставившись на меня. А я всё так же сидел на коленях перед Холи и поглаживал большими пальцами её ладони.

— Я первое время даже не могла ездить на пассажирском сидении — сразу начинала задыхаться. А чтобы сесть за руль — об этом даже речи не шло — я словно покидала эту реальность, не видя ничего перед глазами. Руки сводило, а ноги сами собой выжимали педаль. Мой Форд пылится под грудой брезента уже почти полгода. Саласу удалось избавить меня от приступов удушья и от кошмаров с помощью гипноза, так что теперь я хотя бы могу без истерик садиться в машину. Правда иногда, в моменты сильных потрясений, у меня случаются панические атаки. Но стоит мне оказаться за рулём, и тело совсем перестаёт слушаться меня.

— У него не получилось?

— Не то чтобы не получилось, просто мы продвигались постепенно, разматывая этот клубок. Сначала это были обычные терапии, потом мы начали исследовать степень моей внушаемости, — Холи снова подняла на меня взгляд, — ты знал, что всего пять процентов населения поддаются гипнозу? С остальными это не работает. Может я была слишком ослаблена, — она прищурилась, будто пыталась что-то понять, — Маркус, как может быть столько совпадений? Наши родители знают друг друга. У нас один и тот же психотерапевт. Мы оба поддаёмся гипнозу?

Она поражённо расхохоталась, заставив Кайлу затихнуть и обратить на неё внимание.

— Мы даже столкнулись, будучи не в себе! Ты понимаешь, насколько невероятно это звучит?

Её смех стал истерическим.

— Холи, — Кайла утёрла слёзы и насторожено взглянула на неё, — что мне сделать?

Малышка схватилась за живот и, зажмурившись, выставила ладонь в её сторону, давая понять, что всё в порядке.

Продолжая смеяться, она наклонилась ко мне и прошептала:

— Ты уверен, что мы реальны? Потому что после всего сказанного, мне кажется, будто мы куклы. Марионетки. Не может быть столько совпадений.

И снова рассмеялась, утирая слёзы.

— Дэнни, доставай аптечку, — я скомандовал и поднял Холи на руки. Усадив её на стул, взял успокоительное, протянул ей и большим пальцем надавил на её подбородок.

— Вам обеим нужно успокоиться. Выпей, — Холи послушно открыла рот, и я, положив таблетку ей на язык, поднёс стакан к губам.

— Держи, — Дэнни протянул успокоительное Кайле, и она, шокировано глядя на подругу, закинула его в рот и запила водой.

— Я была у него вчера, — снова заговорила Холи.

— Зачем? — волна тока пронзила моё тело от мысли, что они снова контактировали.

— Мы с мамой решили, что он может помочь мне понять, почему я не помню всё то, что происходило здесь.

— Ты рассказала ему?! — почти закричал Дэнни, и она тут же замотала головой.

— Нет! Я ничего не говорила ему о вас. Только о том, что нас с мамой беспокоит моя амнезия.

— Холи, — я обхватил её плечи и наклонился так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза, — не вздумай этого делать. Ты же понимаешь, что теперь ему нельзя доверять.

— Понимаю, — она кивнула, но в её глазах горел вызов, — но тебе не кажется, что у нас теперь есть преимущество? — она резко стала сосредоточенной, — он не знает, что мы знаем. Возможно, ещё не заметил, что мы снова поддерживаем связь. Мы теперь на шаг впереди него.

— Холи! Если он введёт тебя в транс, никто не знает, какими будут последствия.

— Он поймёт, что что-то не так, если я отменю сеанс. Тем более, нам нужно найти доказательства, что это действительно сделал он. Разве ты не хочешь вернуться к прежней жизни? Продолжить обучение?

— Не ценой твоей безопасности, — я покачал головой, — никто не знает, что именно он будет искать, когда погрузит тебя в состояние гипноза или транса. А что, если он найдёт то, что ему нельзя знать?

— Я могу оттянуть время.

Я нахмурился, уперевшись ладонями в остров и глядя на неё.

— Ну, мы никогда не торопились, продвигаясь шаг за шагом. Поэтому, как минимум, один сеанс у меня есть в запасе, чтобы продумать план.

— Когда вы встречаетесь?

— Завтра.

Я провёл ладонями по лицу, пытаясь держать себя в руках. Мне чертовски не нравилась эта идея.

— Я так понимаю, маме тоже не стоит знать о том, что здесь происходит? — Холи скользнула осторожным взглядом от меня к Дэнни и обратно.

— Она сможет остаться в стороне? — уточнил я, и она криво улыбнулась и покачала головой.

— Тогда нет, не стоит её вводить в курс дела.

— Но она может рассказать нам ту часть, которая нам неизвестна. О том, что на самом деле произошло тогда, почему она уехала в Балтимор сразу после происшествия с Паркером Салливаном, — вклинился Дэнни, — ведь именно за этим мы планировали вернуть Хэйли домой.

— Я могу просто спросить, почему она повторяет, что не стоило возвращаться. Я никогда не придавала этому особого значения, думая, что речь идёт только о Кристофере.

По гостиной разнёсся рингтон звонка, и Холи приподнялась на стуле, чтобы достать телефон из кармана.

— Алло? — её голос был ласковым и таким тёплым, — ты закончила? Да, — она перевела взгляд на Кайлу и рассмеялась, — мы недалеко, заберём тебя через полчаса. Хорошо, — её лицо озарилось улыбкой, и она завершила разговор.

— Наше время вышло на сегодня, — она взглянула на меня и улыбнулась, — мы отправили маму в спа, чтобы она немного отвлеклась, пока мы тут играем в шпионов, так что нам пора.