Епископ залился смехом, похожим на карканье старого коршуна, и поднял над головой кристалл. Только сейчас Александр заметил, в каком плачевном состоянии тот находился. Энергия смерти, запечатанная внутри, едва дотягивала до пика 13‑го ранга, тускло мерцая, а количество душ, заточенных в нём, было совсем невелико. Это означало одно: их усилия всё же принесли плоды.

— Кха‑ха‑ха, уже поздно для тщетных попыток, странник! — хрипло выкрикнул епископ, вознося кристалл. — Явись этому миру, создание некрополиса! Уничтожь эти земли и поставь непокорных людишек на колени! Кха‑ха‑ха…

Дальше всё происходило словно в замедленной картине древнего кошмара. Кровавая энергия меток погибших практиков устремилась в небо, и пространство над городом Рассвета с оглушительным треском рухнуло, обнажая чудовищную морду костяного дракона по имени Асаркатос.

Огромная морда, шириной в несколько километров и обтянутая гниющей кожей, уже не вызывала того первобытного ужаса, который Александр испытал при первой встрече. «Прошлое я» замерло, впадая в ступор, а сам он, прекрасно понимая, что собирается сделать эта тварь, мгновенно создал вокруг себя кокон из плотной порчи и затворился внутри, ожидая сокрушительного удара.

Когда дракон наконец предстал во всей своей жуткой красе, вид его заставил содрогнуться даже закалённого в битвах мага. Ободранные костяные крылья, каждое длиной от 40 до 60 километров, гниющее тело с чёрными чешуйками, растянувшееся на 250 километров, и чудовищная пасть, одним вздохом втянувшая в себя целое грозовое облако, созданное Саней.

Дыхание дракона 14‑го ранга в считаные мгновения разрушило барьеры солнечного кристалла и защиту ангела, которые продержались совсем недолго. Но в самый последний миг, буквально за мгновение до столкновения, Александр почувствовал странную втягивающую силу, будто сама пустота пыталась поглотить реальность. Отменив этот эффект для себя, он успел заметить яркую вспышку пространственного перемещения — она унесла оставшихся жителей города далеко за его пределы, спасая миллиарды жизней.

«Так вот что тогда случилось… Кха… А‑а, чёрт, как же больно! Должно быть, волшебники придумали этот способ без меня», — пронеслось в голове у Саши, когда он выбирался из‑под груды обломков, слыша собственные же слова, произнесённые чуть раньше.

— Ну вы, ублюдки, конечно… — донеслись до него обрывки фразы исчезающего в портале времени и пространства «прошлого себя». Странник сразу понял: сейчас по ним обрушится лапа костяного дракона, и к такой мощи он совершенно не был готов.

В одно мгновение он выставил меч над головой, активируя все возможные защитные техники. На барьеры и лезвие меча падшего Ангела обрушилась такая сила, что, придя в себя где‑то на краю гигантского кратера, Александр обнаружил, что по пояс погрузился в твёрдый материал мира владыки. Его здоровье упало до 15 %, кокон порчи и прочие защитные системы рассыпались в прах, а вот лезвие меча, как и положено нерушимому оружию, не получило ни царапины — зато весь импульс удара пришёлся на тело владельца. В результате обе конечности Александра оказались сломаны, причём одна из них, созданная из порчи, теперь двигалась только за счёт телекинеза, оставляя мага в крайне плачевном состоянии.

Впрочем, ситуация была не настолько безнадёжной. Используя технику мерцания, он переместился к тому месту, где капитан Торн превратился в бесформенную лепёшку. Встретившись взглядом с епископом, который тоже выглядел далеко не блестяще, Александр вонзил меч в останки капитана и усмехнулся, заметив странное выражение лица врага.

— Сожри его, меч падшего ангела, пожиратель! — скомандовал он одержимому клинку. В тот же миг шипы пронзили его запястья, и сломанные руки, едва удерживаемые телекинезом, задрожали.

Меч падшего ангела пришёл в неистовство: его лезвия раскрылись, словно пасти, и начали стремительно поглощать тело капитана. Вся его жизнь, мана, характеристики и даже скрытые способности перетекали через лезвие прямо в Александра.

Прогресс развития меча поднялся с 6 % до 11 %. Одновременно тело Александра пронзила мощная волна жизненной силы, залечивая телесные повреждения. Епископ Гран‑Дуул, наблюдавший за этим процессом, ничего не мог поделать и лишь безуспешно пытался восстановить силы с помощью своего закона смерти.

Характеристики повышены на 50.

Владыка света обратил на вас внимание.

Вера повышается на 20.

Почувствовав на себе взгляд владыки, Александр ощутил, как его характеристики снова подскочили, не просто восполнив потери от жертвы, но и сделав его ещё сильнее.

— Теперь я, кажется, начал понимать, странник: твои способности действительно невероятны. Не буду спрашивать, что это было, но, похоже, ты знаешь о нас намного больше, чем мы думали… — процедил епископ, сжимая кулаки от бессильной ярости.

На его запястье отчётливо виднелась метка, точно повторявшая узор с кристалла. Дракон, уже готовый к следующему удару, резко замер, подчиняясь воле хозяина.

— Сначала древняя ваза, оказавшаяся слишком слабой и совершенно не соответствующей записям трактата, — продолжал рассуждать епископ, глядя на Александра с неприкрытой угрозой. — Затем исчезнувшие жители города — за одно мгновение до удара. Ты думал, я не замечу этого, странник? Вы снова и снова портили наши планы, грязные ничтожества. А теперь я убью тебя, найду сбежавших магов и превращу это место в огромный безжизненный кратер! — его глаза налились кровью от ярости.

Гран‑Дуул поднял руку и резко опустил её вниз. Лапа костяного дракона, копируя движение хозяина, обрушилась сверху, словно падающая гора, стремясь раздавить Александра одним ударом.

БАМ.

Там, где он только что стоял, разверзся огромный кратер, уничтожив значительную часть города. Лишь благодаря тому, что Александр успел восстановиться, поглотив энергию капитана, он смог применить «шаг земли», мгновенно отрастив себе новые ноги и избежав сокрушительной атаки Асаркатоса.

Поднявшись в небо, он замер в воздухе, увидев надвигающуюся «гору» — один из чудовищных когтей дракона. В следующее мгновение он снова исчез, воспользовавшись мерцанием, и избежал ещё одного удара. Несмотря на невероятные характеристики Асаркатоса — ловкость, силу и выносливость, — его гигантские размеры делали его слишком неповоротливым, чтобы поймать юркого мага.

— Не можешь применять заклинания, да, ублюдок? — процедил Александр, внезапно появляясь рядом с епископом и пытаясь нанести решающий удар мечом. Лезвие стремительно неслось вперёд, покрываясь кровавыми волнами его техники, целясь прямо в голову врага.

— Медленно, — спокойно усмехнулся Гран‑Дуул, без труда отслеживая движение клинка.

В тот же миг что‑то тяжёлое и невероятно быстрое ударило Александра в спину, отправляя его в полёт на сотни километров — прямо к озеру возле огромного мирового дерева, где когда‑то кипели сражения с порождениями порчи.

Падая, он отчаянно пытался затормозить: использовал телекинез, толкая себя назад, и даже выпустил щупальца порчи из спины, цепляясь за деревья и выкорчёвывая камни. Но вода озера не приняла его, оттолкнув прочь, и он запрыгал по поверхности, словно брошенный ребёнком камешек, пока наконец не вылетел на жёлтый песчаный берег.