Перед ним лежали его последние накопления — 212 миллиардов. Почти все драгоценные камни он уже продал, оставив лишь те, что были нужны для создания меча. Сбережения из мира Альвхейма и вовсе истощились наполовину, и кристаллов едва хватало на ещё одно перемещение сквозь время.

Не желая тратить ни минуты впустую, Эдвард поднял правую руку, покрывая её порчей. Он сформировал заклинание массового подчинения и опустил ладонь к земле — по помещению прокатилась волна алого света.

По залу разнеслись крики: бандиты, лежавшие на полу, корчились от боли. На их телах проступали метки подчинения, и даже Эдварду становилось не по себе от вида этих пылающих знаков.

— Больно! Что происходит, чёрт возьми⁈ Помогите, парни! Этот ублюдок хочет нас убить! — завопил какой-то грузный мужчина, пытаясь ползти в сторону Эдварда. Но магия уже брала своё: его тело покрылось меткой, и он, потеряв волю, поднялся вместе с десятками других бандитов, теперь полностью покорных чужой воле.

В глазах молодого Эдварда мелькнула паника, но на нём самом не появилось ни одной магической метки. Медленно поднимаясь с пола, он с ужасом смотрел на разворачивающуюся сцену.

— Проваливай отсюда, мальчишка, — раздался голос Сани. Казалось, их связывало нечто большее, чем просто случайная встреча — возможно, сама судьба. — Не хочу больше иметь с тобой дел. Разбирайся со своей местью сам. Ты меня понял? Исчезни и больше не попадайся мне на глаза.

Молодой маг, решив, что перед ним один из адептов, узнавших в нём бывшего послушника, замер на мгновение. На его лице читалась благодарность. Схватив свои вещи, он выскочил через проход, оставив Эдварда наедине с толпой безвольных бандитов.

«Пора за работу», — подумал Эдвард. Теперь предстояло самое скучное: копаться в памяти этих головорезов в поисках хоть крупицы полезной информации.

Пару часов спустя.

До начала аукциона оставалось совсем немного времени. Проверив воспоминания оставшихся бандитов, Эдвард выяснил, что они были связаны с одним из адептов — предположительно, с жнецом. В груди снова закипала ярость, но он усилием воли заставил себя успокоиться. Ещё один фрагмент памяти, извлечённый из головы того самого грузного бандита, приоткрыл завесу тайны: все они охотились за какой-то невзрачной вазой с древними символами.

— Ваза? Серьёзно? — пробормотал он. — Ладно, разберёмся позже. Не понимаю, зачем она понадобилась адептам, но одно я знаю точно: они её не получат. Этого я не допущу.

Эдвард отправил нескольких подчинённых бандитов сопровождать алхимика — дополнительная защита не помешает. Остальным он приказал патрулировать город. Поднявшись на поверхность из подземного убежища, он направился к аукционному дому, чтобы выставить свои лоты на предстоящих торгах.

Город Рассвета.

Где-то в пятистах метрах под землёй, в центре огромной пентаграммы, стоял человек в капюшоне. Перед ним возвышался кристалл, а рядом виднелась застывшая морда древнего чудовища. Сосуд, стоявший в центре пентаграммы, был наполнен кровью.

Жнец недавно пытался заставить группу неудачников выполнить смертельно опасное задание, но связь с марионеткой Джонатана внезапно оборвалась. Причина оставалась для него загадкой, и это означало, что нападение на аукцион придётся отложить.

— Ничтожества! Как можно быть настолько бесполезными⁈ — взорвался он от гнева. Подозвав к себе одного из послушников, жнец передал ему срочное послание для доверенного лица. — Скажи ей: она обязана купить эту реликвию, если всё ещё хочет пройти просвещение. Передай мои слова, дитя.

Отправив ученика, жнец опустился на колени перед кристаллом, не отрывая взгляда от морды чудовища. В его воображении уже рисовались картины разрушений: город и все прилегающие территории превратятся в руины.

Подходя к аукционному дому, Эдвард заметил Бориса — тот выделялся деловым костюмом и маской тигра на лице. Узнать волшебника было несложно: они заранее договорились использовать маски после регистрации, ведь на таком масштабном аукционе анонимность ценилась превыше всего, особенно среди тех, кто оперировал огромными суммами кристаллов.

— Хорошо выглядишь, архимаг! Ты ещё не был на предаукционной выставке? — Борис крепко пожал руку Эдварда. — Наверное, ты был слишком занят. Я, пожалуй, единственный из нашей компании, кого интересуют не зелья и снаряжение, а произведения искусства.

— Рад видеть тебя, друг, — ответил Эдвард, направляясь ко входу. — Возможно, тебя так привлекли картины мастера Крафта или скульптуры Морриса? В этот раз у них отличные работы.

Борис покачал головой и показал Эдварду пару изображений на своём дисплее. На экранах мелькали откровенные картины с изображениями обнажённых женщин — находки из недавно раскопанных руин. Под маской Эдварда проступила ухмылка.

— Может, всё-таки найдёшь себе девушку? — покосившись на Бориса, он заметил, как тот недовольно поморщился. Они уже почти подошли ко входу аукционного дома.

Само здание внушало уважение: несколько уровней защиты, а у входа стояли металлические големы из адамантия 11-го ранга — явный признак того, что семья, проводящая аукцион, подготовилась на совесть.

— Вы ранее регистрировались, господа участники? — вежливо поинтересовался один из работников, преграждая им путь.

Аукцион был открытым, но взнос за обеспечение безопасности был обязательным. Эдвард и Борис уже заплатили по двести миллионов, так что приглашения у них имелись. Они сразу же показали документы проверяющему.

— Прошу прощения, господа, не сразу заметил, — работник, наконец, разглядел приглашения в руках Бориса. Им выдали номера для участия в торгах и пропустили в основной зал, который уже был переполнен гостями.

Проходя дальше, они встречали множество участников, не скрывавших свои лица под масками. Анонимность была делом добровольным, и многие представители знатных семей не стеснялись демонстрировать свою силу и статус.

В мире Владыки не было обычных людей: даже на улицах от обилия сильных аур (7-го ранга и выше) у кого-то могла закружиться голова. А в аукционном доме собрались настоящие сливки общества — представители разных рас. Здесь было полно великанов, эльфов, гномов и других участников, зарегистрированных на торги. Давление аур 9–11 рангов заставляло само пространство слегка колебаться — вместе с воздухом, светом и самой атмосферой зала.

Мимо проходила шумная компания невысоких существ — скорее всего, гномов. Один из рыцарей, сопровождавших молодого человека из семьи мастера-кузнеца, уставился на Эдварда. Рыцарь был настолько низким, что едва доставал ему до пояса. Заметив чёрную маску и ощутив кровожадную ауру, исходящую от Эдварда, рыцарь резко отпрянул, чем вызвал волну смешков у своих товарищей.

— Хватит смеяться, с кем не бывает, — буркнул молодой лидер компании, а затем, приглядевшись к маске Эдварда, тихо добавил: — Хмм… Какая сильная аура смерти!