— Порча снова подбирается к нашим границам, чувствуешь, Серафим? — Серхольм указал на странного мага, который с пугающей лёгкостью расправлялся с порождениями порчи. — Это дело рук появившегося странника. Он помог мне защитить древо. Ты ведь знаешь, я практически не могу оставлять Владыку, — страж перевёл взгляд на другую часть голограммы, где дерево уже начинало восстанавливаться. — Он искал тебя, сын мой. Даже говорил, что вы встречались там, в будущем.

Страж не решился вслух говорить о состоянии Владыки — и без слов было понятно, насколько всё серьёзно.

Выслушав рассказ отца о пророчестве апокалипсиса, которое пришло вместе со странником, оба мага переглянулись. Они понимали: напряжение на границах материального мира людей нарастает не просто так.

— Так значит, странник и правда появился? — Серафим всё ещё не мог до конца поверить. — После стольких лет предсказание Аврелиуса сбылось… — Он достал из‑за пазухи древний пергамент и развернул его перед отцом, указывая на дальние границы мира людей. — Смотри, отец, то место, которое мы искали всё это время, на самом деле существует.

Он перевернул пергамент, и, направив на него потоки маны, заставил проявиться скрытые символы — понятные лишь им двоим.

— Вот здесь, на обратной стороне, — пояснил Серафим. — Если светить потоками маны, появляются эти знаки. Тут есть описание про какой‑то ключ и особенный день, который случается всего дважды за каждое тысячелетие.

Два волшебника, вглядываясь в таинственные символы, приняли важное решение.

В голове Серафима роились смутные сомнения: слишком уж подозрительно совпали приход странника и появление гробницы в материальном мире. Не могло это быть простым совпадением.

— Так, значит, ты всё‑таки нашёл его, парень, — тихо произнёс Серхольм. — Я в тебе не сомневался. Но отправиться вместе с тобой… — он замолчал на секунду и тяжело вздохнул. — Я не смогу.

Надежда в глазах Серафима на мгновение померкла: обитель забытого Хроноса была слишком опасным местом для мага такого уровня, как Серхольм. Но страж тут же добавил:

— Дождёмся возвращения странника. Он ведь искал тебя, парень. Возможно, если к тому времени его силы будут достаточны, вы вместе сможете отправиться за книгой.

Серафим рассказал ещё немного о своих приключениях и о нескольких столкновениях с адептами, в которых он едва не лишился жизни. Наконец разговор подошёл к концу.

— Мне нужно продолжить ритуал, Серафим. Ступай, мальчик мой. Встретимся немного позже, — склонившись перед телом мёртвого бога, попрощался Серхольм.

Серафим не стал пока сообщать отцу, что за древней книгой из храма Хроноса охотятся люди Тёмного Легиона. Он просто кивнул и собрался возвращаться в свою академию магии — ведь на плечах директора лежало немало обязанностей.

Тем временем подготовка к аукциону шла полным ходом. Александр метался по городу, посещал разные места и продавал ресурсы, добытые на охоте. Ему нужно было собрать как можно больше средств: с одной стороны, чтобы помешать адептам заполучить реликвию, с другой — докупить недостающие кристаллы для создания меча Андаймонга.

Сейчас он добрался до частного сектора города, где временно обосновался приезжий алхимик — самый высококлассный специалист в этих краях.

Личные апартаменты алхимика выглядели внушительно: массивные ворота, защитные символы, скрытые под слоем иллюзорной магии. Едва Александр приблизился, к нему тут же направился охранник. Где‑то в окне мелькнуло недовольное лицо старика — алхимик хмуро разглядывал потемневшую пробирку с неудавшимся зельем.

— Прошу прощения, господин, — начал охранник, на секунду замявшись. Он попытался оценить духовную силу посетителя — и явно завис, не в силах скрыть удивление.

— Архимаг, — донёсся из окна ворчливый голос алхимика.

— Господин архимаг, к сожалению, хозяин приказал никого не впускать, — охранник вытер капельку пота со лба, явно чувствуя себя не в своей тарелке. — Но раз уж вы пришли, я могу сообщить о вашем прибытии.

Он уже собирался уйти, но на полпути замер, бросил взгляд в окно и, выдавив вымученную улыбку, снова повернулся к Александру.

— Простите, архимаг, мой хозяин сегодня никого не принимает, — повторил он, пожимая плечами и то и дело косясь в сторону окна.

Александр мельком глянул на алхимика: тот сидел с пробиркой, хмурый и раздражённый — будто весь мир сговорился отвлекать его в самый неподходящий момент.

«Спиридон, высший человек, 12‑й ранг, 55 лет (4867 по истинному возрасту), — пронеслось в голове Александра. — Состояние: подавленное, раздражённое».

— Вот как… Жаль, конечно. Придётся обратиться к другому алхимику, — Александр развернулся и сделал несколько шагов прочь, будто смирившись. И уже почти у самых ворот, словно невзначай, обронил: — Небесно‑кровавое зелье… Кто бы мог справиться с таким заказом, кроме алхимика 12‑го ранга?

Едва он успел дойти до выхода, как сзади раздался топот. Охранник, тяжело дыша, подбежал и затормозил прямо перед ним.

— Постойте, уважаемый архимаг! Господин алхимик сообщил, что желает встретиться с вами. Если вы, конечно, не против немного задержаться… — в его голосе слышалось облегчение пополам с изрядной долей нервозности.

Следуя за охранником, Александр оказался перед двухэтажным домом, густо усеянным скрытыми печатями и защитными символами. Его встретил дворецкий — высокий старик с длинной седой бородой и пронзительными, как у сокола, глазами. Пройдя по длинному коридору, они оказались в небольшой гостиной, где витал знакомый аромат чая.

Пожилой мужчина — сам Спиридон — сидел, уставившись куда‑то сквозь стол, будто видел не дерево и лак, а целые миры.

— Можешь оставить нас, Себастьян, — негромко произнёс алхимик. Затем, взглянув на Александра, жестом предложил присесть. С помощью телекинеза он налил чай в чашку и пододвинул её вперёд. В его жёлтых глазах мелькнул едва уловимый огонёк интереса.

Александр сделал глоток и тут же узнал вкус: специфическая горчинка, будоражащая потоки силы Ки.

— Как вам чай, архимаг? Бурлящие потоки Ки и эта приятная горчинка… Наверное, пробуете впервые?

— Трава великанов, да, — хмыкнул Александр, переглянувшись со Спиридоном. — Специфичный у вас вкус, уважаемый алхимик.

Достав из сумки одну из ягод, упакованных в специальный контейнер, он поставил её на стол и выжидающе посмотрел на алхимика.

Спиридон замер. Его глаза буквально засветились. Вся досада из‑за неудачного эксперимента мгновенно испарилась. Осторожно потянувшись к баночке, он приоткрыл крышку и втянул аромат.

— Какой приятный запах… Вы действительно нашли невероятное сокровище, уважаемый архимаг, — на лице алхимика расплылась улыбка.