Транати за два дня до назначенной вечеринки спрятал ловушку, над которой колдовал не один месяц. Действие своего капкана он без зазрения совести испытывал на своем фамильяре. Тинай верный своему подопечному, стойко выдерживал все испытания. И когда смешение магий достигло нужного эффекта, свидетельством чему стало бессознательное состояние Тиная, из которого тот выходил около суток, Транати начал действовать.

Ловушка надежно спрятана. Следующую ночь он отвел для того, чтобы облить усадьбу горючей смесью. Транати не скупился. Используя магию воздуха, он обрызгал все вокруг и закрыл запах отводящим заклинанием. Отсталость совсем немного, и рудник будет у него в руках.

Когда Юсфин поняла, что задумал брат, неизвестно. Но прибыв в усадьбу и распрощавшись с ним, она какое-то время предавалась веселью с подругами. Что дернуло ее подойти к окну, Транати не знал. Но сестра подошла как раз в тот момент, когда он поджег усадьбу. Дом, пропитанный горючей смесью, вспыхнул как спичка. Увидев, что творит брат, Юсфин вместо того, чтобы кинуться к подругам, бросилась к двери. Но Транати все предусмотрел. Он подпер выход большим поленом, отрезая все возможности к спасению. Дым наполнил дом быстро. Первой надышалась едкой гарью Юсфин. Ее опрометчивый поступок стоил ей жизни. Не бросься она к двери, а сообщи подругам, что сделал ее брат, может быть, план Транати провалился. Что двигало девушкой в тот момент, останется тайной навсегда. Может быть, страх и желание спастись. Может быть, она хотела остановить брата. Это навсегда осталось загадкой.

— Наверное, стоит закончить? — поинтересовался Транати голосом Кайлы. — Дальше здесь только его истерика из-за отказа Падрима отдать рудник. Но и о Маше еще.

— Что именно о Маше? — угрюмо поинтересовался Алтимар.

— Ну, он надеялся охмурить ее и попросить в качестве свадебного подарка вернуть рудник, — спокойно ответила кобра. — Маша, — она виновато обратилась к девушке, — ты ему действительно нравилась. Он надеялся совместить приятное с полезным.

— Мерзость какая-то, — Маша брезгливо передернула плечами и поморщилась.

— Действительно, мерзость, — тяжело вздохнул Алтимар. — Значит, на этом и закончим. Дантай, — обратился король к начальнику службы расследований, — уверен, что этого достаточно для вынесения приговора.

— Более чем, — спокойно ответил тот, закрывая объемную тетрадь.

Маша даже не заметила, что все, что говорил Транати, конспектировалось. Она осторожно покосилась в сторону начальника службы расследований, щелчком пальцев заставившего тетрадь с показаниями преступника исчезнуть, и незаметно хмыкнула.

— Ну-с, — с тяжелым вздохом проговорил Дантай, — думаю, нам стоит подняться в мой кабинет и обсудить некоторые детали. Мисс Мария, — он обратился к Маше, — мне необходимо задать вам пару вопросов, — и опережая недовольство короля, пояснил: — Это необходимо для ускорения судебного процесса. Уверен, Ваше Величество, что никто из нас не хочет затягивать суд из-за каких-нибудь неточностей и сомнений.

— К сожалению, ты прав, Дантай, — невесело кивнул Алтимар. — Покончим с этим сегодня. Не хотелось бы растягивать на несколько дней.

— Я никогда не подтвержу то, что вы выкачали из меня! — зло прошипел очнувшийся Транати.

— А нам и не надо ваше подтверждение, мистер Олидер, — спокойно ответил Дантай. — Показания взяты по всем правилам. Вы считаетесь особо опасным преступником, и допрос при помощи фамильяра короля в данном случае не требует особого разрешения верховной коллегии. Более того, весь допрос в данный момент находится у главного судьи. Ваш процесс займет дня два, не больше.

— И твой вожделенный рудник, Транати, перейдет королевству. Как и все имущество Олидеров, — угрюмо проговорил Падрим.

С этими словами советник взмахнул рукой, открывая проход, и вышел из камеры. Маша последовала за ним. Оставаться рядом с этим чудовищем, дышать с ним одним воздухом, было противно до тошноты.

Оказавшись в кабинете начальника службы расследований, расположенном на втором этаже тюрьмы, девушка наконец-то смогла вдохнуть полной грудью. Здесь было светло, свежо и не так мокро, как в камере. Без приглашения она буквально упала в мягкое кресло, стоящее в углу кабинета, и устало протянула ноги.

— Мисс Мария, — виновато обратился к ней Дантай, дождавшись пока король и Падрим также присядут на свободные места, — я постараюсь не занимать у вас много времени. Понимаю, что вы очень устали, но мне нужны подробности вашего расследования.

Тяжело вздохнув, Маша принялась рассказывать. Она старалась ничего не упустить, строго следя, чтобы не сболтнуть о своем истинном положении. Дантай внимательно слушал, кивал, хмурясь. Что-то ему явно не нравилось, особенно вовлеченность Кайлы, которая держала все в секрете даже от короля.

Начальник службы расследований не вмешивался в рассказ девушки. Он внимательно слушал, делая пометки. Единственное, он попросил подробнее описать вызволение Фентиша. Пожав плечами, Маша воссоздала в памяти первую встречу с котом, опуская некоторые детали, и поведала о ней Дантаю.

Когда допрос был окончен, начальник службы расследований, закрыв блокнот, посмотрел на девушку и с шумом выдохнув произнес:

— Мисс Мария, то же самое вам предстоит рассказать суду.

— Хорошо, — немного настороженно кивнула Маша.

— Не стоит пугаться, — улыбнулся Дантай. — Это всего лишь подтверждение ваших показаний. Судьи не будут спрашивать ничего лишнего.

— Твоя личность, Маша, засекречена по моему распоряжению, — вмешался Алтимар, прекрасно понимая, чего именно боится девушка. — Судьи не имеют права спрашивать тебя кто ты и откуда. Их будут интересовать детали расследования, которые ты озвучила только что. О том, что я нанял тебя, они знают. Большее им знать незачем.

Маша медленно кивнула. Алтимар зацепился за версию Падрима о ее личности. Наверное, это было правильно. Представлять ее как иномирку судьям глупо. Тем более глупо говорить, что она расследовала убийство Лайретта от скуки. Хотя нет. Она ввязалась в это дело ради Фентиша, чтобы наконец-то даровать ему покой. И ради Алтимара, чтобы боль в его сердце поутихла.

Суд проходил довольно быстро. Всего в два заседания, что, как пояснил Маше Падрим, в таких делах не встречалось никогда ни в одном государстве. Но собранных улик и показаний свидетелей было достаточно, чтобы судьи единогласно вынесли приговор. Да и громкость, и затянутость расследования тоже внесли свою лепту в быстрое решение судебных заседателей.

Как и в мире Маше, подсудимому здесь также полагался защитник. Но никто из именитых и опытных браться за это дело не хотел. И дело даже было не в стопроцентном проигрыше, а в самом преступлении. Из-за уважения к королю местные адвокаты все как один отказывались от защиты обвиняемого. Хотя Маша было подумала, что юристам финансово невыгодно браться за это дело. Но Падрим объяснил, что в этом случае королевство оплачивает услуги адвоката согласно его прейскуранту. То есть защитник получил бы свой гонорар независимо от того, есть деньги у его подзащитного или нет. Здесь действительно дело было в уважении к Алтимару и его горю.

В итоге к Транати прикрепили студента последнего курса юридической академии. И, как оказалось, заслужил молодой юрист это за плохое поведение и пренебрежительное отношение к учебе.

Само заседание заняло два дня, что весьма удивило девушку. Она ожидала, что будут вызывать свидетелей, следователи рассказывать об уликах, но ничего этого не было. Начальник службы расследований сухо зачитал главные положения расследования, уделяя особое внимание мотиву преступления и допросу Транати. О сестре преступника не было сказано ни слова. Маша знала, что Алтимар приказал засекретить участие Юсфин в этом деле. Вся это предосторожность была не ради репутации погибшей девушки, а ради советника короля. Репутация Падрима могла пострадать из-за его связи с Юсфин. Маша не очень понимала, как соучастие Юсфин может отразиться на карьере мистера Инглориона, но расспрашивать об этом никого не стала. В государственных интригах она мало что понимала. Вот пусть это так и останется.