Прикрыв глаза, Маша еле слышно произнесла:

— Я видела ее. В твоем кабинете висит ее портрет...

— Я знаю, что ты была в моем кабинете, — спокойно ответил он.

Маша вздрогнула.

— Откуда?.. — растерянно прошептала она. Но кое-что вспомнив, невесело хмыкнула: — Бутерброд... — Алтимар не глядя на нее, утвердительно кивнул. — Я оставила на столе бутерброд, когда разглядывала ее портрет, — немного помолчав, тихо добавила: — Она очень красива. Мне точно не конкурировать с ней.

— Прости, — прошептал он.

Алтимар поднялся, собрал свою одежду с пола. Быстро одевшись, он с грустью посмотрел на застывшую Машу и печально покрутив головой, вышел из ее комнаты.

Как только за ним закрылась дверь, девушка прикрыла глаза. Слезы заструились по щекам. Она знала, что так будет. Она знала, что он никогда не забудет свою Лайретту. Знала, но все равно не остановилась. И теперь, кроме себя самой, ей не кого винить в том, что ее сердце разбито вдребезги, и она уже его ни за что не соберет. Если только в совочек, чтобы выкинуть в мусорное ведро.

Она почувствовала шевеление в ногах. Приоткрыв глаза, Маша слабо улыбнулась Фентишу, устраивающемуся на одеяле.

— Ты все слышал? — прошептала Маша.

— Спи, — с тяжелым вздохом ответил кот. — Ты сегодня очень устала.

— Сегодня я потеряла свое сердце, — всхлипнула девушка.

— Значит, надо его найти, — улыбнулся Фентиш и повторил: — Спи, Маша. Как ты любишь говорить: утро вечера мудренее.

Выдавив из себя улыбку, Маша согласно кивнула и прикрыла глаза. На удивление, несмотря на душевную боль, она провалилась в сон практически мгновенно.

Тем временем Алтимар вошел в свою комнату, подошел к кровати и застыл. В том, что случилось сегодня между ним и Машей не было ничего особенного. Особенным было то, что творилось у него внутри. Он медленно опустился на пол и прислонившись спиной к кровати, прикрыл глаза.

— Алтимар... — начала было Кайла, материализовавшись в комнате.

— Кайла, оставь меня одного, пожалуйста, — устало прошептал король.

Кобра повиновалась. Он почувствовал, что остался один в комнате. Ему сейчас необходимо побыть наедине с самим собой. Унять эти чувства внутри. Их не должно быть...

Леди Хельджа, делая вид, что невозмутимо обедает, украдкой кидала взгляды на молчаливых Машу и сына. Она догадалась, что между этими двумя что-то произошло, и предполагала, что именно. Но предпочитала молчать. Хотя королева-мать намеревалась позвать девушку к себе в гости, надеясь, что и сын последует с ней, но видя напряжение, повисшее за столом, отказалась от своей затеи.

Эти двое очень упрямы. Упрямы в своей боли. Ни одна из сторон никак не хотела уступать. Королева искренне считала, что первый шаг должен был сделать ее сын. И не потому, что он мужчина. Потому что Маша никак не может биться с призраком погибшей возлюбленной в одиночку. Тем более, Алтимар не торопился помочь ей в этом.

Принимая приглашения сына вчера на балу пообедать с ним и Машей, королева искренне думала, что поможет этим двоим сблизиться. Но они и без нее, видимо, сблизились настолько, что теперь боятся посмотреть друг на друга.

— Мария, как вам бал? — нарушила молчание королева.

— Все было превосходно, — вымученно улыбнулась девушку, стараясь не смотреть на хмурого Алтимара.

— Как тебе Транати? — беспечно спросила леди Хельджа. — Я всегда считала его галантным мужчиной.

— Мистер Олидер показал мне дворцовый сад, — охотно поведала девушка, в душе радуясь, что королева решила завести хоть какой-то разговор. — А также поведал о своей нелегкой судьбе.

— Тяжелая судьба, — с тяжелым вздохом кивнула королева.

Алтимар молчал. Он будто был не в этой комнате. Он спокойно поглощал обед, не смотря на дам. Королева кинула на него быстрый взгляд, еле заметно улыбнулась краешком губ и невинно продолжила:

— Мария, тебе, думаю, уже порядком надоело сидеть в этом доме и совершать прогулки только по саду?

— Не то чтобы надоело, — сконфуженно проговорила девушка, — Но я бы хотела посмотреть город.

— Я вот что подумала, милая, — спокойно проговорила королева, — мой сын очень занят. Боюсь, что он не сможет показать тебе столицу. А вот Транати, — она задумчиво замолчала, украдкой посмотрела на короля, все так же продолжающего делать вид, что разговор дам ему неинтересен, и с легкой хитрой ухмылкой продолжила: — Мне почему-то кажется... Нет, я уверена, что он с удовольствием покажет тебе столицу, — она взглянула на сына и вежливо поинтересовалась у него: — Ты же не будешь против, Алтимар?

Он еле заметно вздрогнул. Король оторвался от еды, взглянул на мать и, улыбнувшись, спокойно ответил:

— Думаю, лучше меня экскурсию по столице Марие никто не проведет.

— Так почему ты не сделал этого до сих пор? — королева иронично подняла бровь, смотря на сына.

— Ты прекрасно знаешь, — беспечно хмыкнул он, — что шла подготовка к балу. К тому же на северной границе не очень спокойно. Драконы пока еще взволнованы...

— Драконы? — ошарашенно прошептала Маша, бесцеремонно перебив короля. — Самые настоящие?

Она впервые за все это время посмотрела на Алтимара. Новость о драконах настолько ее ошеломила, что девушка позабыла о неловкости и обиде. Она восторженно, словно маленькая девочка, смотрела на короля, ожидая ответа.

— Самые настоящие, — с улыбкой ответил Алтимар.

— Я очень хочу на них посмотреть, — с мольбой в голосе попросила Маша. — Если я их не увижу, никогда потом себе этого не прощу. Побывать в волшебном мире и не увидеть драконов...

Она заметила, как изменились лица короля и его матери. Алтимар раздраженно поиграл желваками. Леди Хельджа удрученно вздохнула, прикрыв глаза.

Маша специально сделал акцент на том, что она лишь гостья в этом мире. И это поняли и король, и его мать. Алтимар понимал, что обидел Машу сегодня очень сильно. Понимал, но ничего не мог с этим поделать. Он намеренно оттолкнул ее от себя, чтобы она не отдала ему свое сердце окончательно. И чтобы в его сердце не пустили корни чувства к Маше.

Леди Хельджа кинула уничтожающий взгляд на сына. Она немного помолчала и, пожав плечами, проговорила:

— В чем-то ты права, Мария. Побывать в магическом мире, где существуют драконы, и не увидеть их — это непростительно. Но, боюсь, что отправится туда ты сможешь только в сопровождении его величества. Если, конечно, он выкроит для этого время в своем плотном графике. А вот прогулять по Элдену, полюбоваться его красотами вполне возможно и в компании Транати, чтобы не отвлекать короля от дел. И если ты, Алтимар, — она холодно посмотрела на сына, — не против, я бы попросила его сегодня об этом.

— Я не против, мама, — спокойно проговорил Алтимар, но его желваки яростно заходили.

— Вот и договорились, — улыбнулась леди Хельджа. Она взглянула на Машу и улыбнулась ей: — После встречи с Падримом я свяжусь с Транати, дорогая, и попрошу его провести тебе экскурсию. Уверена, он будет только рад.

Дальше обед прошел в гнетущей тишине. Недовольство Алтимара и гнев его матери чувствовались физически. Ими, казалось, был пропитан воздух в комнате. Окончив трапезу первой, Маша поднялась со своего места и виновато обратилась к присутствующим:

— Прошу меня простить, но я хотела бы отправиться к себе. Ночь была длинной и насыщенной, — улыбнулась Маша. — Честно признаюсь, бал меня немного утомил.

— Конечно, дорогая, — леди Хельджа дружелюбно улыбаясь, протянула руки к девушке.

Маша подошла к ней и обняла. Они мило попрощались, девушка вежливо кивнула Алтимару и вышла из столовой. Идти в свою комнату не было сил. Ноги подкашивались, и, прикрыв дверь, Маша прислонилась к стене. Эта ночь действительно ее утомила. Она хотела уже пойти к себе, но в приоткрытую дверь услышала гневный голос королевы.

— Скажи мне честно, сын, зачем ты это делаешь?

— Мама, я не очень понимаю тебя? — удивленно ответил Алтимар.