Глядя на растерянную женщину, так и не дождавшись ответа, Алтимар склонился к супруге владыки и тихо проговорил:

— Скажите, неужели вы считаете меня настолько глупым, что были уверены, что я попадусь на эту уловку?

— Я не... — тихо проговорила Илиодора. — Вы не понимаете... — она тяжело вздохнула и покрутила головой.

— Я все прекрасно понимаю, — спокойно ответил Алтимар. — И знаете, мне уже все меньше нравится вести дела с вашим супругом. Я понимаю, что меня пригласили на празднование не только в качестве почетного гостя, но и как потенциального жениха одной из ваших дочерей. И я честно признаюсь вам, ехал и с этой целью тоже. Но чем дольше я пребываю в Кулафел, тем меньше хочу родниться с вашей семьей, — он взглянул в сторону Менения, беседующего с гостями и делающего вид, что не обращает внимания на разговор своей жены и короля Балреявела.

Илиодора вздрогнула и опустила глаза. Она изначально была против идеи мужа. Он всю неделю, что гости из Балреявела находились во дворце, уговаривал свою супругу обольстить короля. Илиодора пыталась сопротивляться, но владыка умел добиваться своего. Менений говорил о нуждах Кулафел и судьбах своих дочерей. Илиодора понимала, что муж хочет процветания своей стране. Союз с Алтимаром должен был принести новые вливания Кулафел. Но владыка понимал, что просто так, даже выдав замуж одну из своих дочерей за правителя Балреявела, не получит беспрепятственный доступ к Драконьим горам. Можно было договориться. Можно. Но тогда ему пришлось бы уступить ледник, а этого Менений делать не хотел. Весьма скудное приданное, которое он не пожалел бы дать за дочерей, по его мнению, вполне достаточно. Но владыка понимал, что Алтимару этого будет мало. Именно поэтому всю неделю он пытался хоть как-то скомпрометировать короля Балреявела, не пожалев для этого даже репутации своей супруги.

Тяжело вздохнув, Алтимар с сочувствием взглянул на Илиодору и тихо произнес:

— Предлагаю сделать вид, что ничего не было, — он вежливо улыбнулся. — А чтобы ваш супруг не выказывал вам своего недовольства провалом, позвольте пригласить вас на танец.

Илиодора с облегчением выдохнула и кивнула. Конечно, Менений будет недоволен, что его план провалился. Но он хотя бы увидит, что она честно пыталась исполнить его план.

Следующей на танец Алтимар пригласил младшую дочь Менения Амидар. Девушка показалась королю немного легкомысленной и глуповатой. Владыка наверняка не скупился на хорошее образование для своих дочерей, но почему-то все обучение будто прошло мимо младшей. Она совсем не могла поддержать разговор. На все вопросы Алтимара Амидар глупо хихикала. Младшая дочь Менения совершенно не знала истории своей династии. Либо искусно притворялась. Что, скорее всего, было ближе к истине. После всех выходок его отца Алтимар не мог поверить, что Амидар, получив прекрасное образование, ни капельки не осведомлена об истории своего рода. Зная традиции и нравы Кулафел этого просто не могло быть. Девушка играла роль глупышки. Видимо, Менений, не зная, какую именно спутницу хотел бы видеть рядом с собой король Балреявел, решил дать тому выбор.

И в пользу этой теории стал танец со старшей дочерью владыки. Зарима, внешне так похожая на сестру, по характеру была полной противоположностью той. Умная, сдержанная, она четко отвечала на все вопросы Алтимара не только об истории династии, но и об истории своего государства в целом.

— Вы так хорошо знаете историю Кулаел, — Алтимар искренне восхитился образованностью старшей дочерью Менения.

— Я очень люблю Кулафел, — спокойно ответила Зарима. — И буду всегда верна своей империи.

— Даже когда выйдете замуж и будете вынуждены покинуть Кулафел? — с легкой насмешкой поинтересовался Алтимар.

— Конечно, — девушка равнодушно пожала плечами.

— Интересно, — протянул король. — Насколько это верность будет сильной? И не повредит ли она тому государству, в котором вы будете жить?

Зарима вздрогнула. Намек Алтимара она прекрасно поняла. Но взяв себя в руки, девушка вежливо улыбнулась и ответила:

— Не думаю, что моя любовь к родине может хоть как-то помешать тому месту, где я буду жить.

— Главное, чтобы эта любовь не привела вас на эшафот, — спокойно парировал Алтимар. — Ни один правитель не потерпит предательства. Даже от собственной супруги.

Эти слова были предназначены не Зариме. Они предназначены ее отцу. Король Балреявела предупреждал владыку Кулафел, что шпионаж в его королевстве карается смертной казнью. И пощады не будет никому. Без исключений.

Танец закончился, и Алтимару показалось, что Зарима выдохнула с облегчением. Учтиво поклонившись партнеру. Как того требовал этикет, девушка подошла к матери. Король был уверен, что дочь передает его слова Илиодоре. И по тому, как супруга владыки удрученно покрутила головой, понял, что прав.

Менений удостоил Алтимара своим вниманием лишь ближе к концу празднования. С довольной улыбкой подойдя к гостю, владыка вежливо поинтересовался:

— Как вам бал?

— Все просто превосходно, — в тон ему ответил Алтимар.

— Я видел, вы танцевали с моими дочерями, — продолжил Менения. — Надеюсь, они не опозорили меня перед вами.

— Нет, владыка, — улыбнулся король Балреявела, — ваши дочери прекрасно воспитаны. К тому же они очень умны и красивы.

— Красота у них от матери, — владыка посмотрел в сторону своей супруги, стоящей чуть поодаль в компании придворных дам и старшей дочери, — а вот ум — это мое наследство, — он тихо рассмеялся. — Думаю, моим будущим зятьям будет приятно не только общаться со своими супругами, но они вполне могут попросить совета в том или ином деле.

— Уверен в этом, — согласно покивал Алтимар. — Главное, чтобы ваши дочери знали меру при вмешательстве в государственные дела. Но я уверен, что они будут осмотрительны.

— Не сомневайтесь, — улыбнулся Менений. — Мои дочери воспитаны в лучших традициях Кулафел, особенно что касается женских обязанностей. Они не будут досаждать своим супругам непрошеными советами. К тому же я даю за ними довольно неплохое приданное. Очень надеюсь, что мои зятья будут настолько же благосклонными.

— Уверен, что скупиться никто не будет, — спокойно ответил Алтимар. — И подарок вам от зятя будет равноценен приданному вашей дочери.

— Мне очень хотелось бы надеяться на это, Ваше Величество. Очень бы хотелось, — сокрушенно покрутил головой Менений.

Казалось бы, ничего не значащий разговор. Но это была попытка прощупать почву. Причем с обеих сторон. Владыка намеками интересовался намерениями Алтимара по поводу возможной женитьбы. В свою очередь, король Балреявел ясно дал понять правителю Кулафел условия брачного союза. И теперь обоим есть над чем подумать. Менению решить, насколько важен для него ледник, и сравнима ли его ценность с возможностью посещений Драконьих гор на особых условиях. Алтимару определиться с выбором: Зарима или Амидар. О самой женитьбе речь уже не велась. Король Балреявел все уже решил для себя на этот счет.

Пока Алтимар, находясь в Кулафел, принимал судьбоносные для себя решения, Маша тоже зря время не теряла. После посещения Драконьих гор на следующий же день с разрешения королевы Транати Олидер пригласил девушку в театр.

Маша сильно удивилась, что в этом мире есть театры. Как-то она даже не могла предположить, что маги тоже любят ходить на спектакли. Более того, для нее было настоящим открытием узнать, что театральные постановки, точно так же как и на земле, довольно бурно обсуждаются, что здесь существуют знаменитые актеры, за автографами которых идет настоящая охота, что труппы довольно много гастролируют по миру со своими представлениями, что существуют спектакли, билеты на которые просто не достать. И именно на одну из таких постановок Транати Олиер пригласил Машу.

От вида здания театра у девушки захватило дух. Величественное сооружение, стены которого были сотканы из переплетенных ветвей древних деревьев, а крыша покрыта материалом, напоминающим живые листья. У входа в театр стояли статуи непонятных существ, чем-то напоминающих аспидов. Маша взвизгнула от испуга и инстинктивно прижалась к мистеру Олидеру, когда статуи, как только они подошли к парадному входу, вдруг ожили и отвесили приветственный поклон.