— Зачем?

— Чтобы спасти Михаила.

Внутри сознания Михаил отозвался:

«Все обещают спасти меня».

— И каждый раз цена растёт, — ответил Сергей.

Молчанов услышал только его слова.

— Цена уже заплачена. Посмотрите в окно.

За пределами платформы жил Ротенбург.

Настоящий город отличался от будущего видения. Невысокие каменные дома стояли вдоль каналов. По улицам ходили электрические трамваи с искровыми дугами на крышах. Вместо эфирных фонарей горели стеклянные шары с тонкими угольными нитями. Фабричные трубы выбрасывали серый дым, а над ними вращались ветряные турбины.

Ротенбург развивался без привычной имперской энергии.

На вокзале работали механические часы, пневматическая почта и ременные транспортёры. Носильщики катили тележки вручную. На стенах висели плакаты:

«ПАМЯТЬ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ СОБСТВЕННОСТЬЮ ГОСУДАРСТВА».

«ЗАПРЕЩЕНО ХРАНЕНИЕ ЛИЧНОСТИ БЕЗ ПИСЬМЕННОГО СОГЛАСИЯ».

«ЭФИРНЫЕ ОТПЕЧАТКИ ПОДЛЕЖАТ ОСВОБОЖДЕНИЮ».

— У вас запрещены источники? — спросила Нина.

— Человеческие источники, — ответил Молчанов. — Машины работают на электричестве, паре, ветре и химическом топливе. Мы изучаем эфир, но не кормим им города.

— Пока, — сказал Александр.

Молодой инженер посмотрел на него с холодом.

— Александр Павлович. Человек, который помог Императорской лаборатории создать первый памятный контур, не должен читать мне нравоучения.

— Я пытался остановить проект.

— После того как доказал его возможность.

Александр не ответил.

Молчанов поднял ладонь.

Солдаты Нулевой стражи опустили оружие на один палец, не убирая его совсем.

— Вы можете оставаться в поезде и исчезнуть вместе с бурей. Или выйти и помочь предотвратить будущее, которое уже видели.

Воронцов посмотрел на огромные часы вокзала.

Стрелки двигались в обратную сторону.

— Что произойдёт через пятнадцать минут?

— Станция потеряет временную устойчивость. Чёрный путь выбросит поезд в ближайшую линию.

— Куда?

— Никто не знает.

— Вы уже изучали поезд?

— Шесть лет.

Зорич мгновенно оживился.

— У вас есть чертежи?

— Частичные.

— Измерения?

— Конечно.

— Какая природа тяги?

Игнат схватил его за плечо.

— Не продавай нас за чертежи.

— Я не продаю. Уточняю стоимость.

Сергей раскрыл часы проводника.

Циферблат показывал:

«ДО РАЗРУШЕНИЯ СТАНЦИИ: ЧЕТЫРНАДЦАТЬ МИНУТ».

Под стрелками появилась новая команда:

«ПРОВОДНИК НЕ НАЗНАЧЕН».

После слияния старшей версии с ним поезд остался без человека, который удерживал маршрут.

— Мы не сможем уехать, — сказал Сергей.

— Почему?

— Путь требует проводника.

— Ты получил его память, — напомнила Варвара.

— Но не функцию.

Чёрное сердце ударило под пальто.

На часах возникло:

«ДОПУСТИМЫЙ ПРОВОДНИК: НАСЛЕДНИК».

— Вот зачем Молчанову сердце, — сказал Александр.

— Без него поезд останется здесь.

— Или исчезнет.

Елена Павловна посмотрела на раненых.

Арсеньев нуждался в операции. Берестов терял кровь из обожжённой руки. Игнат был ранен в плечо. Воронцов едва двигал повреждённой рукой. Даже если бы состав мог продолжить путь, половина пассажиров могла не пережить следующую станцию.

— Мы выходим, — решила она.

Варвара повернулась.

— Мама.

— У нас нет лекарств, воды и безопасного маршрута. А там город, где врачи не лечат людей эфиром.

— Там Молчанов.

— Молодой.

— Это не делает его хорошим.

— И не делает виновным в том, чего он ещё не совершил.

Сергей посмотрел на инженера у двери.

Лицо было человеческим.

Но он помнил Молчанова в Нижнем источнике. Тот тоже когда-то говорил о победе над смертью и цене прогресса.

— Выйдем, но сердце останется у меня.

— Согласен, — сказал Молчанов слишком быстро.

Берестов усмехнулся.

— Значит, попытается взять позже.

— Я не спрашивал ваше мнение.

— Именно поэтому оно бесплатно.

Они вышли на платформу.

Нулевая зона ударила сразу.

Сергей почувствовал, как исчезает привычный второй ритм сознания.

— Михаил?

Тишина.

Он остановился.

— Миша!

Елена Павловна обернулась.

— Что?

— Я его не слышу.

Александр коснулся плеча Сергея.

Чёрный контур не светился.

— Нулевой кварц подавил распределённый узел.

— Он исчез?

— Нет. Заперт внутри тела.

Сергей попытался уступить управление.

Ничего.

Он впервые за долгое время остался в собственном сознании один.

Это должно было принести облегчение.

Вместо него пришла паника.

— Вывести нас из мёртвой зоны, — потребовала Варвара.

— За платформой поле слабее, — сказал Молчанов. — Но связь полностью вернётся только за городской стеной.

— Ваш город целиком построен на кварце.

— Не весь. Центральные кварталы защищены, промышленные окраины обычны.

Солдаты окружили группу.

Арсеньев увидел знаки на их белых шлемах.

— Это не армия федерации.

— Нулевая стража подчиняется Научному совету, — ответил Молчанов.

— Вы научный советник, а не канцлер.

Молодой инженер посмотрел на него.

— Откуда вы знаете моё будущее звание?

— Вы в нём нас встречали.

Молчанов едва заметно улыбнулся.

— Значит, я добился успеха.

— Не радуйтесь.

— Полковник, люди редко предупреждают об успехе с такой ненавистью.

Их провели через Центральный вокзал.

Горожане останавливались, рассматривая незнакомую одежду. Особенно выделялся Александр: рабочая рубаха, истлевшее пальто, лицо человека, недавно вышедшего из подземного источника. Но настоящее смятение вызывала Варвара. Несколько прохожих узнавали её.

Женщина с корзиной выронила хлеб.

— Госпожа комендант?

Варвара остановилась.

— Вы ошиблись.

Женщина перекрестилась по-западному — двумя пальцами к губам и сердцу.

— Вы не постарели.

Солдаты оттеснили её.

Через несколько шагов мальчик-газетчик закричал:

— Комендант Вяземская вернулась!

Толпа начала собираться.

— Почему они меня знают? — спросила Варвара.

Молчанов ускорил шаг.

— Не здесь.

— Ты обещал ответы.

— Я обещал лабораторию.

— Уже жалею, что не убила тебя на платформе.

— Судя по записям, вы жалели бы сильнее, если бы убили.

На фасаде вокзала висел портрет.

Женщина в белом мундире стояла на фоне городских башен. Она была старше Варвары лет на десять, носила короткие волосы и металлическую повязку на левом глазу.

Но это была она.

Под портретом шла надпись:

«ВАРВАРА ВЯЗЕМСКАЯ».

«ПЕРВАЯ КОМЕНДАНТКА НУЛЕВОЙ СТРАЖИ».

«ПРОПАЛА ПРИ ИСПЫТАНИИ ЧЁРНОГО ПУТИ ШЕСТЬ ЛЕТ НАЗАД».

Варвара подошла к изображению.

— Это не я.

— Одна из вас, — сказал Молчанов.

— Ты встретил версию?

— Она прибыла на незавершённой станции вместе с Сергеем и Михаилом.

— Где они?

— Сергей исчез во время запуска обратной передачи. Михаил умер. Варвара осталась и помогла основать стражу.

Сергей почувствовал холод.

— Вы сказали, она пропала.

— За шесть лет до вашего прибытия. Вошла в поезд и не вернулась.

— Значит, поезд уже был здесь.

— Он всегда уже был здесь.

Зорич тяжело вздохнул.

— Начинаю понимать, почему проводник отвечал загадками. Прямые ответы звучат ещё хуже.

На площади перед вокзалом стояли механические кареты. Вместо лошадей в их передней части работали шумные бензиновые двигатели.

Игнат осмотрел один.

— Это что?

— Самодвижущийся экипаж, — ответил Молчанов.

— Он взорвётся.

— Иногда.

— Зачем тогда ездить?

— Лошади тоже иногда убивают.

— Лошадь хотя бы не пахнет керосиновой лавкой.

Зорич уже заглядывал под капот.

— Два цилиндра. Жидкостное охлаждение. Передача цепная.