Я был уверен, что сбежать удалось именно императору и это говорило о том, что война будет развязана. Нужно бить первым и сильно, вот бы еще понять куда. Одно имя было известно, и именно этот индивид и вывел на меня на общение с императором. Овякян был тем человеком, с которым нужно было встретиться как можно скорее.

- Лапа, - обратился я к начальнику охраны. – Нужно срочно взять Овякяна, усилить охрану отца и матери. Выявить, кто такой этот Романов, и с каким соусом можно его съесть.

- Понял, Мажор, - начальник охраны решил обратиться ко мне по армейскому позывному, может быть, хотел подчеркнуть, что я в группе, и признан спецами, может еще что, но сейчас важно иное – скорость принятия решений.

Дальше нужно было решить, как не допустить проблем с полицией из-за стрельбы в городе. Пусть часть выстрелов и были приглушены, но трупы…

- Алло! Товарищ подполковник, приветствую Вас! – поздоровался я с Матюшкиным. – По сводкам уже прошло недоразумение в ресторане Галактика?

- Мирный это ты там хулиганишь? – просил полковник и не дожидаясь ответа, продолжил. – К вам СОБР выдвинулся, остановить?

Вопрос прозвучал по принципу «а ты мне что?».

- Будьте любезны, - ответил я.

- Ты понимаешь, Станислав, что это, мягко говоря, не корректно? – спросил Матюшкин.

- Думается мне, товарищ подполковник, что вы все прекрасно поняли. Вот только можно было, товарищ подполковник, подстраховать своего партнера, - высказал я в телефон претензии.

Уверен, что Матюшкин знает кто такой этот «император» и о моих проблемах так же.

Вся ночь прошла в ожиданиях и докладах. Овякяна взяли с перестрелкой в его доме, армянин был уверен, что он в безопасности и император все решит, но что-то пошло не так. Уже со связанными руками, но без кляпа, армянин сыпал проклятиями и демонстрировал «академическое» владение русского матерного. Только, когда выдохшегося от злобы и ненависти Барсега Овякяна привезли на базу, с ним начали работать всерьез.

Да, как некий штаб и координационный центр в этой войне я выбрал именно место грандиозной стройки. Тут уже были несколько административных строений, стена в три метра. Помповые ружья и даже арбалеты в малых количествах тут уже были, серьезное оружие было припрятано. Чего я боялся, хоть как то, но вооружаясь? Ну, скорее всего, опасался. Я почти уверен с учетом анализа, огромных сумм денег и всего этого приправленного вопящей интуицией, что император будет использовать армянскую общину, как лавину. Вероятен и штурм. И лучшего места для обороны, чем строящаяся база, я не знал. Да и склады стоят не пустыми и по расчетам уже могли бы прокормить в течение года уже до ста шестидесяти человек.

После начала этой войны получилось мобилизовать двадцать два человека. Это были подготовленные бойцы, которые стоили многих, но они не могли обеспечить полную безопасность, не говоря уже о некой победе.

- Барсег, прошу Вас, не артачьтесь – ответьте на все вопросы, что я задам и останетесь при всех своих частях тела и сознании. Предупреждаю, что и сам не побрезгую сломать Вашу волю, и специалисты найдутся, - говорил я, как только армянина привезли на базу, я прибыл сюда десятью минутами ранее.

- Что ты хочешь? Понимаешь все риски? – прошипел Овакян, но было видно, что его стойкость лишь показательная, он явно боялся.

- Зачем вы начали атаку на «Мяскон»? – спокойно спросил я.

- Это не атака, а плата за безопасность, - ответил армянин.

- Ты понимаешь, что сейчас тема безопасности работает в обе стороны? Что предпримут твои подельники? – я показательно перешел на «ты».

Можно было оставаться вежливым, плести словесные кружева, но после, когда начнется нормальный информативный разговор.

- Надо - и штурмом возьмут, и это место, и твои предприятия, да и родственнички твои под серьезным вопросом, - осклабился Барсег и получил в свое ухмыляющееся морда-лицо прямой удар.

- Займитесь! – сказал я двум своим людям, указывая на гордого сына страны горы Арарат.

Отец и мать должны были быть уже в пути. Еще из ресторана я связался с начальником отцовской охраны и кратко обрисовал картину. Получил в ответ много нелицеприятного, однако эвакуацию родных спровоцировал, как и кратное увеличение охраны на предприятиях. Все охранники были вызваны из выходных, получали электрошокеры, кто имел разрешение, даже вооружились. Прежде всего, ожидали рейдерские захваты.

Я вышел из комнаты, которая превратилась в допросную, и сразу же зазвонил телефон:

- Да, слушаю! – ответил я Аслану – некогда моему тренеру. – Рад слышать тебя.

- Тут в городе суета какая-то началась, на Миткова выходили, ко мне уже обращались. Твою голову отбитую требуют, но менты условие выдвинули, чтобы без стрельбы, - послышалось в динамике.

А не поспешил ли я решать проблему кардинально? Уже выставлены два крупнокалиберных пулемета, бойцы снаряжаются в боевую экипировку, а можно кулаки почесать. Это все армейка! Оппоненты же работают крайне быстро. Только часа два прошло с момента перестрелки в ресторане, а они уже набирают «мясо». Знать бы еще конкретно, зачем. И, к сожалению, Аслан не располагал такой информацией.

- Твои действия? – сухо спросил я приятеля, с которым поддерживал отношения, даже пару раз его спортсменам давал мастер-класс по уничтожению противника подручными предметами, чему сам научился в Центре переподготовки.

- Деньги хорошие и ребята бьют копытом, Мага помогает их сдержать, чтобы поодиночке не стали вербоваться, но это ненадолго, - сказал Аслан с жирным таким намеком.

- Плачу столько же с двадцатью процентами сверху и твои парни едут ко мне на базу, Парням Миткова такие же условия, - принял решение я, как только узнал о предполагаемой оплате со стороны противника.

Аслан явно обрадовался, видимо, ему не хотелось воевать против меня, но обстоятельства могли быть сильнее. Я же задумался о другом, - если позвонили Миткову и Аслану, то могли и других «спортиков» нанять.

Я набрал номер Матюшкина.

- Григорий Васильевич?.. – начал было я строить витиеватую фразу, как меня перебили.

- Ты куда влез? Где Колядин? Мне в городе локальные войны не нужны. Охренел, Мирный, мало в детстве пороли? Начальство в ярости, на меня решение проблемы повесили, – подполковник был явно не в духе.

- Меня пытались убить. И взрывчатку под машину подложили и стреляли на поражение. И после этого я буду в бирюльки играть? Нет. Вы, как я понял, занимаете нейтральную позицию, так как люди там серьезные и Вам с ними работать? Против меня, надеюсь, не поедете? – сказал я, повышая голос.

- Ты на меня не рычи, сам понимаешь ситуацию, но будет небольшая помощь с моей стороны. У моего сына, как ты наверняка знаешь, есть некоторые связи среди городской спортивной шантрапы, - сказал Матюшкин и сделал паузу, ожидая вопросов, но я молчал. – На них вышли твои обидчики и предложили денег за некоторые услуги и пока «спортики» размышляют.

- Плюс двадцать процентов от предложенной суммы от меня всем, кто станет на мою сторону. Сбор на моей базе в четырех километрах от Северного участка кольцевой рядом с заводом сельской техники, там гравийная дорога проложена, – озвучил я условия, которые предлагал и Аслану.

- Добро. Эта база – твоя собственность? – спросил полковник.

- Да, я понял, разборки только на частной собственности, сам открыто не полезу, двухсотить специально не будем, но всякое возможно. И еще, товарищ подполковник, если есть еще какое знакомое «мясо», пусть присоединяется. Денег хватит, - сказал я и, дождавшись утвердительного ответа от Матюшкина, закончил разговор.

Пришлось посадить на телефон человека, когда стало понятно, что против меня собирают армию, и я могу в этом деле отставать, человек нужен был для координации сбора моей армии наемников.

- Алло! Привет, Жека, - позвонил я своему старому приятелю, который в иной реальности меня же и убил, а сейчас получил внеочередной отпуск перед заключением контракта с армией.