Вчера, наконец, я нашел нужную статью, в которой буквально в нескольких абзацах описываются события, связанные с жестоким изнасилованием и избиением Инги, у которой, оказывается, фамилия Боровко. И вот часть ночи и сегодняшнее утро я трачу для сбора информации о тех тварях, что испортили жизнь девочке. Они должны прочувствовать все возможные муки. Пять совершеннолетних скотов, включая и того, кого Инга звала «своим парнем» всю ночь насиловали и били девочку. Находясь под препаратами, они приковали ее наручниками к батарее и измывались.

А потом… Наше общество проявило «солидарность и заботу», путем психологического давления на неокрепшую девичью психику. Ведь ничто так не привлекает внимание и возбуждает интерес, как горе человека. Кто-то ее демонстративно жалел: «Ай, девочка, детей не будет, мужика нормального не будет, так-то испортили», - кто за глаза, но, не стесняясь, громко, утверждал, что сама виновата, что нормальные парни сейчас из-за потаскухи срок мотают. Были даже покушения на девочку, когда друзья и родственники осужденных ее били. Тогда окончательно и уснула девочка Инга и проснулась боец Афина, пусть еще не на службе, но с характером и жизненным выбором. Инга смогла отбиться от прямых нападок, расквасив ни один нос обидчикам, но психологически больше стала уходить в себя. Всех не побьешь, в школе девушку ровесники избегали и не общались, кто боялся, кто порицал, а кто и осуждал.

Я хотел вернуть девочку к жизни, поговорить с мамой Инги, которая одна воспитывала дочь и винила именно что ее в своих неудачах, подливая масла в и так уже зарево горя. Нужно было, пока не стало поздно увозить девочку, выдернуть ее из окружения, чтобы не было ни одного человека, кто знает о трагедии, уехать от родственников тех уродов, которые по-любому будут винить всех, но не своих детей. Пусть будущая община и потеряет Афину, но, будем надеяться, приобретет Ингу, а с ее характером, балластом для любого общества она не станет.

Ну а что касается моих чувств к Инге, то тут есть растерянность. Почитав посты девочки в социальных сетях, посмотрев ее видео, я не могу ручаться, что у нас может быть будущее, по крайней мере, в ближайшей перспективе. Я полюбил Афину, которая лишь в последние дни моей прежней жизни стала Ингой. Сейчас же я видел другого человека, пусть она уже в эти годы была прекрасно сложена и даже милее, но не за внешность я тогда полюбил командира первой отдельной разведывательно-диверсионной группы общины, за что-то большее, не осознанное. Это необъяснимое и сейчас говорит мне о невозможности отношений иных, чем дружба и то вряд ли, слишком разные мы. Да и возрастные различия.

Но девочке помогу. Кем там мама работает? Кассир в магазине, а подрабатывает сетевым маркетингом в косметической компании, так как основная активность матери Инги Маргариты Викторовны в социальных сетях заключается в рекламе продукции той самой «лучшей» косметической компании.

- Значит, она должна понадобиться компании в нашем городе, так сказать с повышением. И во сколько это мне обойдется? – озвучил вслух я свои мысли, радуясь найденному решению проблемы, что постоянно подтачивала меня.

А вот Асобиста я найти в соцсетях не смог, что не удивительно. Представляю блог, типа «привет, я подполковник ФСБ и сегодня я буду готовить пиццу». Но найти фото, или хотя бы сотрудника с именем Вадим – все, что я знаю об Асобисте – на правоохранительных и областных сайтах, наивно надеялся. Оставался один шанс встретиться со своим наставником – прямой. Просто прийти в Областное Управление ФСБ. Правда, при использовании такого подхода Асобист никогда не поверит в то, что я был когда-то его учеником, раз не могу придумать нелинейный ход. Но я уже пробовал что-то придумать, даже периодически вел наблюдение за зданием ФСБ, но не видел там того, кто взял или еще возьмет на себя бремя руководства общиной и может стать моим союзником уже в этом мире.

Я очень хорошо знал своего учителя, не смущало даже то, что фамилия и отчество, как и адрес проживания до катастрофы, оставались под секретом. Почему так? Не знаю, но факт. Но зато я знал многое другое – знал о дочери Вадима, которую он не смог вылечить от лейкемии еще до Апокалипсиса. Асобисту ничего человеческого не было чуждым, и он мог выпить лишком, тогда и рассказывал истории из своей жизни, но, в основном, о младшей дочери, меньше - о сыне-летчике и дочери, которая вышла замуж и уехала с мужем-офицером по месту службы того на Дальний Восток. Вся семья служивых. Но вот Дашу – самую младшую не спас.

К оправданию Асобиста следует сказать, что он долго не знал о самом существовании Даши, так как ее мать не собиралась врываться в жизнь человека, которого любила и лишь однажды смогла остаться с ним на ночь. Они тогда работали вместе, женщина была старшим лейтенантом, а он уже стал майором с переводом на новое место службы. И когда семья уже обживалась в другом городе, Вадим собрал коллег для прощальной пьянки. Тогда и произошло. Утром, она уехала. Через два месяца ушла из органов, а еще через семь родила девочку.

Сейчас же, судя по времени, Асобист даже не знает о существовании дочери, что будет козырем в моем рассказе, чтобы поверил. Но при детальном анализе развития разговора, пусть даже и удастся подобраться к Вадиму, все летело в пропасть. Не строилась логическая цепочка повествования. Думал даже оставить замысел с втягиванием Асобиста в идею спасения, однако, чем больше я пытался вникнуть в проблему своего пребывания в этом мире, тем больше ощущал потребность в союзнике, а может и понимал, что один не вытяну ни по какому варианту. Чем еще можно сразу завладеть вниманием Асобиста? Можно еще говорить о его присказках, словах паразитах, почесывание мизинцем правой руки левой брови и таких мелочей достаточно.

На вторник, через почти месяц после моего попадания в это время, я запланировал поход в ФСБ, ну только в том случае, если удастся решить проблему с переездом Инги. Есть риск, что я могу задержаться в «застенках кровавой гэбни», тот же Асобист всегда так называл свое место работы, и помощь девчонки будет с большим опозданием.

- Алло! – мои размышления прервал телефонный звонок. – Слушай, а ты меня реально задолбал уже вторую жизнь мозг выносишь… Ну, приезжай, раз телефон раздобыл, адрес скину.

Надеюсь, сказанное в сердцах про вторую жизнь не наведет ни на какие размышления у ревнивого, влюбленного в стервозную даму, Жеку.

Да именно Жека и звонил, жаждая встречи. Не могу сказать, что тон ревнивца излучал агрессию, но его настойчивость напрягает. Тем более, что справиться с ним в случае еще одной стычки вряд ли получится – величайшим спортсменом, насколько я знаю, Евгений Стылов не стал, но кандидатом в мастера спорта по боксу, точно был, да и стрельбой увлекался, а в армии вообще стал волкодавом. Недаром потом, будучи наемником, брал только высокооплачиваемые контракты. Впрочем, Лене и этого не хватало. Но тут вопрос не о заработке, а о тратах.

- Ну, проходи, - я пригласил войти в квартиру Жеку, после того, как тот через полчаса был у меня под дверью, причем проходил охрану жилого комплекса чуть ли не половину этого времени.

Точно вычислил, где живу и находился рядом с жилым комплексом.

Рослый черноволосый короткостриженый парень прошел в квартиру, не стесняясь, осматривая ее, крутя головой по сторонам.

- Ты, это… спасибо, что перед ментами похлопотал, мне сын того подпола – Вениамин сказал, что всю ситуацию на меня бы свалили. Он барчук, тот Веня, ментовский сынок, а я так... - Женя замолчал.

- Ну, допустим, что я замял, был виноватым в том, что не спросил о наличие парня у Лены, но и она промолчала. И вообще, прекращай ко мне цепляться – вон даже выследил, где живу, - сказал я, чтобы посмотреть на реакцию парня, но тот, будто и не услышал. – Але, Евгений, ты как маньяк преследуешь меня, резонный вопрос – почему?

- Лена… - начал было говорить Жека, но я его перебил.

- Да что ты зациклился на ней, ты же нормальный парень, учишься, спортсмен. Она всю жизнь тебе испортит, но… - я замолчал, прикидывая расклады. – Твое дело. А я к ней больше не подступлюсь и, если избавишься от нее, приходи, могут быть общие дела, а пока – уходи!