Краем глаза я заметила движение. Сначала внимание привлекла походка мужчины, то, как он двигался. Он шел по тротуару так, словно тот принадлежал ему, не сводя с меня глаз. И в них была одна ненависть.

Сердце забилось о ребра. Я могла убежать, поспешить обратно в магазин и спрятаться в подсобке, пока он не уйдет. Но я не стану прятаться. Только не от Иэна Кемпера.

Он остановился всего в шаге от меня, раздувая ноздри и оглядывая меня с ног до головы.

Я подавила дрожь, когда в памяти вспыхнули события многолетней давности и недавнее нападение. Но осталась на месте и выдержала его взгляд. Я не отступлю.

Иэн стиснул челюсть. — Ты его убила. Ты и моя сучка-сестра. Из-за вас он сдох в той дыре. Даже до больницы не довезли.

Я просто смотрела на него, не говоря ни слова. Никакие мои слова не заставят Иэна понять, что его отец сам виноват в своей смерти. Каждое сказанное слово отдавало им еще частичку меня, а Иэн и его отец и без того забрали слишком много.

Подошедший к Иэну мужчина насмешливо фыркнул. — Слышал, у нее с головой не все в порядке. Даже говорить не может.

Я прищурилась, разглядывая его. Он был старше Иэна, скорее всего, ближе к пятидесяти. Выше и шире в плечах. Но глаза у него были пустыми. Запавшими и безжизненными.

Иэн наклонился ко мне. — Ты никогда не была такой, какой он тебя считал. Никакой особенной. Ты просто ничтожество.

В стены, которые я возвела в своем сознании, ударили образы, воспоминания о всепоглощающем ужасе. Я заставила их отступить и посмотрела Иэну прямо в глаза. — Единственное ничтожество здесь — ты.

— Ты даже того бутерброда не стоила, которым он пытался тебя накормить, чтобы ты не сдохла. Надо было вывести тебя за дом и пристрелить, когда у меня был шанс.

Кровь загрохотала в ушах. — Этот шанс ты упустил. Теперь я даю сдачи.

Мужчина рядом с ним подавился смешком. — Черт, а девчонка-то с характером. Может, Ховард все-таки не ошибался на ее счет.

От проблеска одобрения в его глазах к горлу подступила желчь. Мне нужно было уйти. Немедленно.

Я поспешила обойти их, но Иэн резко схватил меня за руку. Я среагировала инстинктивно. Вскинула ладонь и основанием со всей силы ударила его в нос.

Иэн отпустил меня и выругался, когда кровь хлынула по его лицу.

Я не стала ждать и перешла на бег. Пробежав половину квартала и даже не понимая, куда направляюсь, я вытащила телефон из кармана. Нажала на имя Рэмси еще до того, как осознала, что решила ему позвонить.

Он ответил после второго гудка. — Уже вышла из магазина кормов?

— Я… я столкнулась с Иэном и еще каким-то мужчиной.

— Где ты? Они тебя трогали?

— Он схватил меня за руку, а я ударила его по лицу. Со мной все хорошо. Мне просто нужно было… — Мне нужен был Рэмси. Услышать его голос. Почувствовать, как рядом с ним становится спокойнее.

— Иди прямо в управление шерифа. Нигде не останавливайся, пока не окажешься там.

Я огляделась и поняла, что уже иду в ту сторону. — Я иду.

— Я уже еду. Не клади трубку, пока не доберешься туда.

— Хорошо. — Голос сорвался на этом слове, и я ненавидела себя за эту слабость.

— Шайло?

Когда адреналин начал отступать, меня затрясло. — Да?

— Ты не одна.

Рэмси

Шины взвизгнули, когда я влетел на парковочное место у управления шерифа. Я выдернул ключи из замка зажигания. Руки дрожали, но я едва успел осознать бушующую внутри ярость, потому что уже бежал по ступеням к входу.

Чудо, что я вообще добрался сюда целым. Большую часть дороги я не помнил. Знал только, что крикнул Эйдану что-то невнятное и рванул к пикапу.

Распахнув дверь, я ворвался внутрь.

— Хейз?

Это прозвучало скорее как требование. Молодой полицейский за стойкой небрежно положил руку на рукоять табельного оружия в кобуре.

— У вас назначена встреча?

Интересно, он выстрелит, если я направлюсь к двери, которая, скорее всего, вела в кабинеты? Мы и так теряли слишком много времени.

Дверь распахнулась, и оттуда вышла женщина с черными как смоль волосами и чертами лица, выдававшими коренные американские корни.

— Я разберусь, Смит. — Она кивком велела мне следовать за ней.

Я не стал медлить.

Она провела меня между рядами столов, примерно две трети которых были заняты. Одни полицейские не обращали на нас внимания, другие откровенно глазели.

— С Шайло все в порядке. Рука, возможно, немного побаливает, но и только.

Я ничего не ответил, но ярость вспыхнула с новой силой. Она разгоняла кровь по венам, обжигала изнутри и сжимала сердце.

Полицейская постучала в дверь с табличкой «Шериф Истон».

— Войдите, — отозвался Хейз.

Она открыла дверь, но сама внутрь не пошла, лишь отступила, пропуская меня.

Я быстро вошел и сразу нашел взглядом Шайло. Она повернула голову ко мне, и эти ледяные голубые глаза будто ударили под дых. Только не как обычно, когда мне приходилось бороться с влечением.

На этот раз мне захотелось убить.

В ее глазах был страх. Я узнал его так же легко, как у лошадей, попадавших ко мне после самых страшных испытаний.

И этот страх туда вложил Иэн Кемпер.

Я действовал инстинктивно, плевать, что мы находились в кабинете ее брата. Подхватил Шайло на руки и усадил к себе на колени. Мне нужно было держать ее. Убедиться, что с ней все хорошо.

Я ожидал, что она устроит мне разнос, но вместо этого Шайло прижалась ко мне и спрятала лицо у меня на шее.

Я крепко обнял ее.

— Ты в порядке.

— Я знаю.

Эти слова я сказал скорее для себя, чем для нее. Провел ладонью вверх и вниз по ее спине, ощущая под пальцами выступающие позвонки. На мгновение закрыл глаза и сосредоточился на ее дыхании. На том, как грудь поднимается и опускается у моей.

Она здесь.

Целая.

Когда я открыл глаза, Хейз пристально смотрел на меня, оценивая.

Я не отвел взгляда. Пусть видит все, что ему нужно. Я не стану скрывать свои чувства к Шайло. Пусть я еще не дал им имени, но уже знал: оставленный ими ожог изменит меня навсегда.

Через минуту Шайло заерзала. Мне не хотелось ее отпускать. Потребовалась вся сила воли, чтобы разжать руки и позволить ей пересесть на соседний стул.

Я обхватил ее лицо ладонями.

— Ты точно в порядке?

Она прижалась лбом к моему.

— Меня это выбило из колеи.

Эти три слова что-то надломили глубоко внутри меня.

Обычно Шайло никогда бы не призналась в подобном. Но она пыталась. С братом. Со мной.

Я провел большими пальцами по ее щекам.

— Конечно, выбило. Ты же человек.

Шайло выпрямилась. Когда я убрал руки, она переплела свои пальцы с моими и сжала их.

Хейз прочистил горло.

— Можешь рассказать все по порядку? Мне нужно составить отчет.

Я проглотил ругательство, которое так и просилось наружу. Хейз всего лишь делал свою работу.

Шайло кивнула и начала рассказывать. Сначала медленно, потом все быстрее. С каждой новой подробностью ярость внутри меня разгоралась сильнее. Свободной рукой я вцепился в подлокотник, когда Шайло рассказала, как Иэн схватил ее.

Хейз поднял глаза от блокнота. На лице снова была привычная непроницаемая маска.

— Это мог быть он и вчера вечером. Ты поняла, тот же человек тебя схватил или нет?

Шайло покачала головой. На ее лице отразилось раздражение.

— Мог быть он, но я не могу сказать наверняка.

Хейз кивнул.

— А второго мужчину ты не узнала?

— Я никогда его раньше не видела. Он был старше. Может, лет сорока-пятидесяти. Мертвые глаза.

По спине пробежал холодок.

Глаза Хейза вспыхнули.

— Подожди.

Он начал рыться в стопке бумаг на столе, вытащил папку, быстро пролистал ее и достал фотографию. Затем развернул снимок к Шайло.

Она резко втянула воздух.

— Это он. Откуда у тебя его фотография?

Шайло была права. У мужчины действительно были мертвые глаза. Пустые настолько, что невольно задумываешься, есть ли у такого человека душа.