Он узрел истинную Ауру тысячелетнего палача.

В глазах вымогателя перед ним пылал колоссальный, пропитанный болью легионов столп абсолютной, концентрированной тьмы. За спиной исполина медленно разворачивались черные, засасывающие свет крылья из вакуума. А вместо человеческого лица на бандита скалилась тысячелетняя, голодная бездна, полная корчащихся душ, жаждущих затянуть его внутрь. Кафельный пол мгновенно превратился в пульсирующее, живое месиво.

— Не надо! Не ешь мою душу! — истошно вопил авторитет, с грохотом рухнув на пол и судорожно закрывая голову руками.

Мужчина отчаянно пытался отползти от невозмутимого мясника, сдирая ногти о жесткую плитку.

— Черви! ОНИ ПОЛЗАЮТ ПОД КОЖЕЙ! — хрипел криминальный элемент, катаясь в пролитом томатном соусе. — Пощади, Темный Владыка! Я отдам всё, только убери щупальца! Не бросайте меня в колодец плоти!

Крупный, битый жизнью лидер ОПГ рыдал в голос, оставляя на полу мокрые следы собственного физиологического позора. Изо рта рэкетира обильно пошла густая белая пена. Жесточайшие галлюцинации полностью уничтожили его воровскую волю, превратив здорового мужика в пускающего слюни параноика.

Двое верных подручных, ставшие свидетелями этого необъяснимого, стремительного грехопадения своего несокрушимого лидера, окаменели у дверного проема.

В их примитивной криминальной картине мира просто не нашлось шаблонов для обработки подобной информации. Никакой стрельбы, никаких бейсбольных бит или жестокой поножовщины. Главарь проглотил кусок сырого мяса и мгновенно, прямо на глазах, утратил связь с реальностью, превратившись в воющего, катающегося по полу безумца. А огромный мужик в черном фартуке стоял и смотрел на бьющееся тело с пугающим, академическим спокойствием патологоанатома.

Животный, первобытный ужас оказался невероятно заразен.

Переглянувшись, «торпеды» синхронно сглотнули. От невозмутимого Мясника, который даже не соизволил стереть вежливую ухмылку с губ, явственно тянуло могильным холодом. Бандиты, не сговариваясь, подхватили пускающего пену, бьющегося в истерике авторитета под руки. Кабан отчаянно сопротивлялся, сучил ногами по кафелю и продолжал надрывно, срывающимся голосом умолять невидимых монстров о пощаде.

— Мы… мы больше не придем, — дрожащим фальцетом пискнул один из вымогателей, пятясь к выходу. — Извиняйте за беспокойство, Михалыч. Бес попутал.

Братки с удивительной для своих габаритов проворностью поволокли рыдающего босса через весь зал. Ошарашенные клиенты в VIP-зоне провожали процессию полными изумления взглядами. Хлопнула тяжелая входная дверь, на парковке истерично взвизгнули покрышки внедорожника, и проблема неправомерных поборов навсегда исчезла в омском тумане.

На кухне ресторана повисла мертвая, звенящая тишина. Слышно было лишь тихое бульканье говяжьего бульона в огромной кастрюле.

Шеф-повар, белый как свежевыстиранная скатерть, медленно, механически перекрестился. Кулинарный диктатор перевел потрясенный взгляд на пятно томатного соуса, оставшееся после визита рэкетиров, а затем на своего немого сотрудника.

— Виктор… — благоговейным, дрожащим шепотом произнес Михалыч, с трудом фокусируя взгляд на суровом подчиненном. — Я не знаю, какими шаманскими мухоморами ты нафаршировал этого изюбря… но с сегодняшнего дня ты официально назначаешься начальником службы безопасности заведения. С двойным окладом. Зал твой. Охраняй. Если заявится пожарный инспектор с наездом — накормишь его тем же самым.

Ветеран Бездны лишь недовольно поморщился, смахнув невидимую пылинку с резинового фартука.

— Вы переоцениваете значимость произошедшего, — глухо, с нотками искренней досады проворчал тактик, поднимая с пола брошенный кусок вырезки. — Никакой пользы. Только перевели зря отборную, высококалорийную порцию. Этот биоматериал мог пойти на ужин платежеспособным гостям. Местные совершенно не ценят ресурсы, сплошные убытки в вашей экономике.

Ада, стоявшая у ближайшей плиты, молниеносно включилась в игру, спасая легенду прикрытия.

— Тайга, Михалыч! Я же говорила! — девушка выразительно покрутила пальцем у виска. — Брат у нас парень простой, но конкретный. У сибирских староверов свои методы. Нажал на нужную точку на шее, перекрыл кислород мозгу… ну и припугнул. Он же медведя-шатуна завалил, что ему бандит в кожанке?

Этим же вечером, в тесной омской хрущевке, подведение итогов рабочего дня приняло неожиданный, сюрреалистичный оборот.

Архилич Кел-Моран, которому су-шеф в мельчайших красках пересказала кухонный инцидент, пришел в состояние абсолютного, неописуемого восторга.

Костяной маг, водруженный на почетное место в центре кухонного стола между солонкой и банкой с адскими батарейками, требовательно лязгал челюстью. Пришелец, скрепя сердце и тяжело вздыхая, послушно выводил каллиграфические буквы в тетради с розовым котенком.

— Записывай, фиксируй дословно! — гнусавил череп, и зеленоватая аура пульсировала в такт словам. — Это гениальная, эталонная стратегия! Ты не просто отразил нападение низших гоблинов. Ты наглядно продемонстрировал доминирование через инициацию химического ужаса! Это классическая тактика из третьего сезона сериала про ментов.

Некромант сделал многозначительную паузу, собираясь с мыслями, и авторитетно, с видом профессора уголовного права, выдал заключение:

— В рамках земных криминальных понятий, которые я тщательно анализирую через информационный канал НТВ, ты проявил высшую степень авторитета. Ты виртуозно осадил бакланов! Не достал перо, не пошел по беспределу, а аккуратно опустил фраера на самое дно пищевой цепи. Я оцениваю эту стрелку на десять из десяти возможных баллов. Ты настоящий смотрящий за общепитом! Пиши заголовок: «Искусство бескровного рэкета».

Бывший генерал лишь закатил глаза, но продолжил аккуратно конспектировать бредни тысячелетнего артефакта, окончательно поехавшего кукушкой на почве российского кинематографа. Главное — стабильный доход был надежно защищен.

Пока в спальном районе праздновали маленькую тактическую победу, в самом центре мегаполиса, в уютной кофейне с панорамными окнами, разворачивалась иная игра.

Ирэн Гаджа сидела за угловым столиком. Журналистка, облаченная в безупречный бежевый тренч, изящно отпила горячий, пенный капучино. Биологическая оболочка требовала регулярной подпитки углеводами, и синеглазый демон методично, хоть и с отвращением, удовлетворял низменные потребности сосуда.

Тонкие пальцы уверенно скользили по сенсорному экрану дорогого ультрабука. Ищейка продолжала байт за байтом анализировать закрытые полицейские базы данных, доступ к которым был любезно предоставлен очарованным капитаном пресс-службы УВД.

Утренняя экспедиция к гаражам дала палачу Бездны четкое понимание ситуации. Искать магический фон Гримуара напрямую — бессмысленная трата времени. Маскировка артефакта оказалась идеальной.

Цель охоты кардинально изменилась. Если невозможно обнаружить саму Книгу Судеб, значит, требуется найти тех, кто принес реликвию через разлом. Беглецы нуждались в пище, крове и ресурсах. Рано или поздно инфернальная природа чужаков должна была вызвать рябь на гладкой поверхности земной реальности.

Безжалостный, холодный интеллект сканировал сотни рапортов, отсеивая бытовые драки, кражи телефонов и пьяные дебоши. Монстр искал аномалии. Искал проявления сверхсилы, случаи массового психоза или необъяснимую жестокость.

Внезапно взгляд синих глаз остановился. На экране высветилась свежая, загруженная буквально полчаса назад сводка патрульно-постовой службы.

В рапорте, написанном сухим канцелярским языком, сообщалось о вопиющем происшествии. Экипаж ППС был вызван бригадой скорой психиатрической помощи. Прибывшие на место сержанты обнаружили троих известных криминальных авторитетов. Двое находились в состоянии глубочайшего шока, а вот главарь группировки…

Журналистка внимательно, смакуя каждое напечатанное слово, перечитала показания задержанных. Лидер ОПГ находился в тяжелейшем психотическом припадке. Пациент рвал на себе одежду, кричал о тысячеглазых червях и умолял защитить от щупалец Темного Владыки. Бедолагу увезли в закрытое отделение дурдома с подозрением на острое отравление неизвестными галлюциногенами.