Да, я бы предпочла языком, но до сладкого места добираются пальцы Таира.

А Аделя еще пожалеет, что трогала то, что ей не принадлежит.

Два года спустя

— Ты перестанешь нервничать, в конце-то концов? — спрашивает София, демонстративно разглядывая свои ногти.

— Я не нервничаю! — рявкаю я, отшвыривая в сторону фату.

— Ну да… Просто завела Таира так, что он на всех рычит.

— Сам виноват! Он не пускает меня проверить банкетный зал! Я уверена, что они там облажались!

— Алсу, это твоя свадьба, тебе надо заняться не салфетками, а своим внешним видом…

Закатываю глаза.

И эта стерва мне еще что-то говорит! Сидит с ненакрашенной физиономией и поучает.

— Я безупречна! Само совершенство, а они…

— Твоя команда точно знает, кому делает праздник. Они прекрасно понимают, что ты всех расчленишь, если что-то пойдет не так. Жить хотят — сделают все по высшему разряду. Ты и так на всех этапах все контролировала.

— А теперь все взялась контролировать мама!

Вот чего бойся.

Поначалу мама скандалировала из-за моей работы, потом после папиного вмешательства постаралась вникнуть. И втянулась. И естественно к моей свадьбе протянула свои руки.

— Как вы меня все бесите! — я с чувством пинаю туфлю, валяющуюся рядом на ковре.

— А ты нам даже очень нравишься, — заглядывает родительница Таира. — Но Таир реально на взводе.

— Еще бы, — хмыкает София. — С какого раза предложение руки и сердца было принято? С пятого?

Плюхаюсь на пуфик и складываю руки на груди. Машина в ЗАГС через сорок минут, я с ума сойду за это время. Еще там полчаса-час. От катаний по городу я отказалась, но все равно в ресторан я попаду не раньше чем через два часа. За это время можно испортить абсолютно все! Катюха присылала мне фотку цветочной арки и спалилась, что стоит в футболке с Микки-Маусом!

— Формально с четвертого, — бурчу я. — А с седьмого мы назначили дату. И нечего на меня так укоризненно смотреть!

Сначала я и в самом деле была уверена, что это все временно. Ну так. Чисто показать Таиру, что я его идеал и заставить его это признать. Потом я отказывалась из вредности, потому что Нарыков так и не признался нормально в любви. Слова «я люблю тебя, ты меня достала» я отказываюсь считать нормальным признанием. Даже все то, что он сделал сразу после, было и то лучше, хотя совать в меня член каждый раз, когда я объясняю ему, как он не прав — это такое… Теперь иной раз приходится взвешивать: высказываться или у меня сейчас нет времени на последствия.

А вот четвертое предложение пришлось обдумать всерьез, потому что Таир подключил тяжелую артиллерию — маму. Мою маму, которая и так все это время провела на низком старте со свадебным каталогом в зубах.

Зато потом у меня просто не было времени. Заказы валили один за другим, и свободна я была только в сезоны, когда мне и самой свадьбу проводить не хотелось. Штат моих помощников расширился, мы зарегистрировали ООО, а работы все прибавлялось. Таир еще дважды спрашивал, мы точно женимся, или он может спокойно увезти меня в какой-нибудь аул, прежде чем окончательно потерял терпение.

При воспоминании о том, к каким решительным мерам он прибегнул, мне становится жарко. Альпинист чертов, обвязки он хранит, доморощенный поклонник шибари. После того раза, когда он вынудил меня назвать дату, я поклялась, что выброшу всю его снарягу к чертовой матери, а сама прибрала в коробку и положила на видное место. На полку, которую повесили над зеркалом, которое я заказала сразу же, как только в берлогу Таира переехала моя косметичка.

— Честно говоря, не думала, что вы так далеко зайдете, — тянет София.

У нас по-прежнему вооруженный нейтралитет, но если она опять купит платье, похожее на мое, я ей все-таки вырву клок волос.

— Почему? — удивляется мама Таира. — Они идеальная пара.

Я смотрю на нее с таким же удивлением, как и родная дочь. Да даже я не думала, что мы окажемся в этом моменте, и даже когда дату назначала, надеялась, что пронесет. А потом Таир сказал, что знает фирму по организации торжеств, и все. Дальше черная пелена. Очнулась, когда уже командовала парадом.

— Мы вообще друг другу не подходим! — возмущаюсь я.

— Деточка, только такой терпеливый человек, как мой сын, способен ужиться с ураганом в юбке, не пытаясь его сломать, и самому не сломаться. И он привык жить в эпицентре, никакая спокойная девочка вроде Адели ему бы не подошла. То есть жениться он такой мог бы, но ему было бы душно.

— Зато теперь свежий воздух постоянно бьет ему лицо, — ржет София. — Так, все, время. Пошли вниз. Пора двигать.

Вздыхая, я обуваю туфли.

— Но с Аделей ты так зря, — качает головой будущая свекровь. — Жалко девочку.

— Вы ее всей семьей жалели, поэтому она и решила, что у нее все в кармане. Еще поноет и продавит Таира, — шиплю я.

— Но то, что ты устроила ей на гендер-пати у Амины, — это слишком, — мама Таира пытается выглядеть укоризненно, но, видно, что ей смешно. Походу, ее Аделя тоже достала.

— Ничего такого я ей не сделала, чтобы рыдать два часа кряду в туалете.

Подумаешь, устроила игру «Запрещенные слова»: это когда при каждом употреблении запретного слова ты складываешь купюру в копилку — на подарок ребенку, разумеется. У каждого гостя свой список. Так вот у Адели было столько слов, что она сначала разорилась, а потом молчала. Просто у Аделе случайно достались «Таир», «мы с детства», «твоя семья», «я лучше знаю» и «раньше все было иначе».

А вот с командировочной телкой были разборки серьезнее. Хоть Таир и утверждал, что он чист, и никого у него нет, я решила проверить. И нашла! За год до нашей встречи у него были отношения с одной лахудрой. Неважно, что не сейчас, но ведь было же!

И мелочи, что я сначала обозналась. Со второго раза попала по адресу.

— Все взяли? — несчастно спрашиваю я.

Чертов ЗАГС, ну зачем Нарыкову все надо было портить?

— Я все собрала, — отзывается София.

Мы спускаемся в холл гостиницы, где я сняла номер для подготовки к празднику. Краем глаза вижу, как в лобби отпаивается коньяком Климов, который еще час назад делал мне макияж и покинул меня после этого нервной дергающейся походкой, приговаривая: «Дал же бог такую внешность лютой стерве». Ничего, утешится.

Таир ждет меня в холле. Критически оцениваю его внешний вид. И с чего все взяли, что он на взводе. Свирепая решимость во взгляде сопутствует Нарыкову все то время, что мы вместе. Может, ему еще посочувствовать? Не нравилось бы, он бы здесь не стоял. И вообще, он сам все это затеял. Внезапно я успокаиваюсь.

Просто перестаю нервничать.

Зато волноваться начинает кое-кто другой.

— Алсу, ты что-то задумала? — напрягается Таир.

— С чего ты взял? — удивляюсь я.

— С того, что ты обещала мне отомстить за то, что я заставил тебя назначить дату.

Пф… Как маленький. Мстить я обязательно буду, но размениваться на мелкие выходки не стану. Я приготовила ему настоящий сюрприз. Сама узнала три дня назад. До чего дошел прогресс — пол ребенка можно узнать на десятой неделе.

А у меня ближайшие полгода расписаны по часам.

Так что за меня и за то, что сегодня мне можно только один глоток шампанского, отомстит наша дочка. Надеюсь, она пойдет в маму. Такая же красивая, умная, терпеливая…

— Алсу?

— Дорогой, я профессионал. Я проведу свадьбу идеально, даже если придется ради этого выйти замуж!