А в кафетерии бариста девушка. Смазливая. И бесячая.

— Для Таира? — с придыханием спрашивает она. — А вы что, его новый секретарь? Горячий, да?

Поджимаю губы.

— Если вы про кофе, то да, горячий, если это возможно.

— Да-да. Он без сливок пьет, и без сахара. Крепкий… — И мечтательно зависает, как будто крепкий не напиток, а что-то другое.

В общем, я пять минут слушаю охи и вздохи и, как только получаю кофе навынос, покидаю кафетерий на восьмой космической. Залетаю опять за угол — и, мама моя, что я вижу.

Таир сидит на стуле и читает что-то с телефона, ослепляя окружающих своим торсом. Из окружающих две девчонки — сотрудницы химчистки. Одна хотя бы пытается сделать вид, что не пялится, а вторая вовсю облизывается на чужое.

Так.

Я врываюсь за порог.

Ты посмотри на него!

Сидит.

Бицуху демонстрирует.

И грудь.

В меру волосатую, совсем как мне нравится.

Низкий ход, конечно, но эффективный.

Так и быть. Дам несчастному шанс реабилитироваться.

Подхожу к Таиру, который еще не знает, что вселенная к нему сегодня благоволит.

— На, — протягиваю я ему стакан. — И давай расставим все точки над i.

— А? — Нарыков почти правдоподобно симулирует, что не понимает, о чем я, и весь такой занятой какой-то фигней в телефоне.

— Твой кофе.

И, видимо, что-то есть в моем голосе, что заставляет его оторваться наконец от мобильника. Взгляд Таира меняется с задумчивого на настороженный.

— Ты туда плюнула? — спрашивает, принимая напиток с выражением лица человека, ожидающего, что внутри стакана бомба.

Ну как маленький, ей-богу. Я на такие мелочи не размениваюсь.

— В общем, так, — откидываю волосы за плечи, — вот это все, — я взглядом окидываю полуголые смуглые просторы, — на меня не действует. Я не какая-то там легкомысленная особа, которую можно взять экстерьером. Но так и быть. За настойчивость в достижении цели партия готова тебя отметить.

Нарыков напрягается:

— Надеюсь, почетной грамотой?

— Лучше, — радую я счастливчика, и он слегка вздрагивает от восторга. — У тебя есть время до вечера придумать, как пригласить меня на свидание, чтобы я согласилась. Сразу говорю: варианты с прогулками под луной, рыбалкой, походом в горы и всем, что связано с ориентированием на местности — провальные.

Лицо Таира вытягивается.

— До вечера. А если не придумаю, то что?

— Лучше тебе поднапрячься, — советую я. — Эта красота, — я провожу рукой вдоль тела, — не будет ждать, пока ты бездарно тратишь шанс. Ясно?

Таир застрял глазами в районе моего бедра, которое я эффектно выставила, и молчит.

— Ясно? — По-моему, мы теряем клиента.

— Да. — Поднимает он на меня взгляд, и сейчас глаза Таира излучают нечто другое. Совсем приятное для моего самолюбия. Ему определенно нравится оффер, но это мы еще посмотрим, как он справится с задачей.

У меня звонит телефон — кошусь на экран.

Ага, Зарина. Наверное, хочет узнать, как прошла встреча и последние сплетни.

— И нечего меня задерживать, — строго говорю я Таиру. — У меня масса дел, я не могу тратить на тебя столько времени.

Нарыков делает глубокий вдох, но не перечит. Молодец.

Папа тоже так вздыхает, когда мама его о чем-нибудь предупреждает.

Удовлетворившись тем, что Таир снова пялится на мои ноги, я грациозно, отточенным движением поворачиваюсь к нему не менее выгодным ракурсом. Бросаю взгляд через плечо: ха! Кто-то пялится на мою задницу! Еще бы! Я столько приседов сделала ради подобного эффекта!

Окидываю замерших слюнопускательниц победным взором.

И нечего мне тут!

Покачивая бедрами, выхожу из химчистки. На пороге оглядываюсь на Таира и вижу, что он сидит, уткнувшись лицом в ладони. Плечи его подрагивают.

Ну надо же, как его проняло! Разнервничался.

Трудно с этими влюбленными мужиками… Они такие ранимые.

Что ж, у меня и правда много дел.

По дороге домой заезжаю за едой. Готовой, разумеется. Специально беру то, что Дан ни под каким соусом жрать не станет. Изначально делаю заказ из расчета, что вечером меня позовут на свидание, но потом призадумываюсь.

Я ведь не сказала, что звать надо сегодня. А Таир был настолько вне себя от счастья, что даже не уточнил, когда у меня есть время. Вдруг не сообразит?

Ладно, если что, сам виноват.

Но на всякий случай беру и на ужин.

На самом деле, готовить я умею. С моей-то мамой попробуй не научиться, но я не люблю этим заниматься. В основном потому, что ты стоишь у плиты два часа, а потом приходят некоторые, швыряют шлем в прихожей и сжирают все прямо со сковороды.

Это какой-то порочный круг.

На этот случай мама давала совет: «Готовь вкусно, но не слишком, чтобы твоя жизнь не превратилась в пост у кастрюли». Хотя сама она, конечно, своему совету не следует. Мамино азу… Я его до сих пор оплакиваю. Прокля́тый Дан!

Дома я с энтузиазмом приступаю к разбору накиданных с Аминой планов, начинаю обзванивать потенциальных поставщиков, чтобы прицениться. Я начинающий гений, связей у меня пока наработанных нет, так что придется повертеться. Заодно разглядываю все доступные в интернете фото со свадеб знаменитостей. Чаще всего там безвкусица, но бывают и сто́ящие идеи.

Радую бывшую одногруппницу фактом, что она моя помощница в этом бизнес-проекте, и озадачиваю ее поиском еще одной жертвы. Нам понадобится кое-кто еще, но это не первостепенно.

И тут до меня доходит, что ресторан, бронь в котором осталась за Аминой, я живьем не видела. Я там даже не была, хотя он открылся год назад. Надо бы метнуться и прикинуть на местности, что может пойти не так и как с этим разбираться. А то помню я чудесную свадьбу младшей дочери сестры подруги папиного двоюродного племянника. Торжество на открытом воздухе, столы в беседке с красивыми резными стенами и потолком, через который лился дождь прямо в закуски.

Решаю не откладывать на потом такое ответственное дело. Прыгаю за руль и мчу за город, по пути делая пометки, что надо бы приглашенным какой-то путеводитель организовать. Амина говорила, что часть гостей приедет из других городов.

Так, ну хотя бы парковка у ресторана просторная. И свадебному лимузину будет где развернуться, и подъезд для такси отдельный, и десять — пятнадцать крупных авто тоже разместятся. Вон как тот гелик.

К которому вместе с девушкой, смахивающей на администратора зала, идет Нарыков в свежевыстиранной рубашке.

Это уже становится подозрительным.

Ну не может же Таир вычислять мои передвижения телепатически? Значит, как-то он за мной следит.

Ну каковы шансы, что встреча — вторая за день и третья меньше чем за сутки — случайна? Не нулевые, конечно. Город у нас хоть и миллионник, но все же не Москва. И все равно что-то как-то…

Стоп!

Так это Нарыков готовится к свиданию!

И как я сразу не догадалась? Все сходится. Ему выпал шанс на миллион, и он решил все сделать идеально. В самом деле, у меня в соцсетях до сих пор нет ни единой фоточки из этого места, а кухню тут хвалят.

Посмотрев в зеркало заднего вида, проверяю, идеально ли лежит помада, щиплю себя за щеки, чтоб румянец был ярче, а то я всего один день работаю, а уже побледнела. Так и подурнеть недолго.

Выхожу из своей ласточки и иду прямиком к Таиру.

Обрывки разговора, долетающие до меня, убеждают меня в верности предположений.

— … за оформление отвечает другой подрядчик, — устало подтверждает Таир.

— Хорошо, поняла, а с букетом?

— Только не лилии.

— Это я уже пометила…

Ну точно, все сходится. Старается. Одобряю, может, даже позволю поцеловать себя в щечку.

— Вы уже закончили? — спрашиваю я.

Таир переводит взгляд на меня, и я вижу шок в его глазах. Понимаю, что он хотел устроить сюрприз, ну тут уж ничего не поделать.

— Насчет лилий ты абсолютно прав, можно тебя на минуточку? — я вцепляюсь в его предплечье и оттаскиваю в сторону, туда, где как раз оборудована живая фотозона для посетителей.