Заеду к рыжей за браслетами, и все.

Отличный план был, вот и не стоило от него отклоняться!

К Маринке еду на такси, в последний момент вспомнив про огурцовую угрозу. Не то чтобы я нуждалась в огурцах, но, судя по голосу, рыжая серьезно настроена от них избавиться, а я уважаю чужую решительность.

Если Марат меня не заберет, то с меня и взятки гладки. Не попру же я сама ведро? Тяжело, да и к моему наряду не подходит. А если все-таки доставка будет, то прожорливый младший брат у меня будет получать только салатик.

Да, я не могу простить ему сожранный казан азу.

Вот кого надо замуж отдавать.

Сплошной ущерб семейному бюджету и моим нервным клеткам.

Это ж надо в нашей семье уродиться таким бесчувственным!

Абсолютно бестактный придурок.

Ой все!

Открывшая мне дверь Марина выглядит лучше, чем это можно было предположить по телефону, даже круги под глазами у нее какие-то неугнетающие, но что меня действительно впечатляет, так это не она, а то самое ведро.

— Твою ж налево, — присвистываю я под паскудное хихиканье кудрявой, — у меня таких больших еще никогда не было… Что за сорт-то? Бабушке покажу, она умрет от зависти…

— Не помню, — ржет Марина. — «Изумрудное что-то там». Пашка называет их «Девичьи грезы».

Да уж. Это прям опытная дева должна быть. Сантиметров тридцать пять в длину.

Мое ухо улавливает мужское имя.

То-то Маринка выглядит прям помятой.

— Кто есть Пашка? — интересуюсь я, но ответ получаю скучный.

— Брат.

Хм, а может, и не скучный. Я теперь девушка свободная.

— Красивый?

— Почти женатый. — Топчет мои надежды кудрявая.

Вот и ей не повезло с родственником, а ведь мог бы составить мое счастье. Я-то, понятное дело, награда для любого мужчины.

Кстати, об особях…

— Ты не помнишь, чего я чудила?

— Не, а с чего ты решила, что чудила? — Пожимает плечами Марина.

— С того, что сегодня мне написывает какой-то Таир, говорит, я обещала ему любовь до гроба, — ворчу я, в данный момент готовая организовать ему только конечный пункт жизненного пути. — Где я взяла этого Таира?

Как я и думала, Маринка была абсолютно невнимательна ко мне в тот вечер и признается, что была неудачным свидетелем. Хорошо, что мне Костик хотя бы что-то рассказал, от рыжей толку никакого, она еще и подначивает:

— А вдруг он твоя судьба?

Я вспоминаю плечи. А вдруг?

Потом вспоминаю переписку. Ну уж нет!

— А вдруг он маньяк? — достаю я свой пыльный аргумент. Хотя товарищ, скорее, душнила. Ну вот понятно уже, что ключи от тачки — так себе повод для продолжения знакомства, даже если я сразила его в самое сердце, а он все не меняет тактику.

— Паспорт проси, заодно на фотку посмотришь.

Да уж, дождешься от него. Я вспоминаю присланные мне права. Обломщик высшей категории.

— Он прислал. — Морщусь я. — Таир Нарыков.

— О! Князья такие были! Алсу Нарыкова — звучит!

Еще одна! Почему чуть что меня все сразу замуж отдают?

Я была согласна только за Мишу, а он…

Черт, никак нормально пострадать не получается, никто не утешает. Да что там утешает? Хотя бы отнеслись с пониманием к моему горю!

От Маринки сочувствия тоже не дождешься, ну хоть посплетничаем.

Я выкладываю ей всю историю падения Миши, заодно прохожусь по страстям, кипящим в жизни брата, и мне немного легчает. Еще лучше я себя чувствую, когда таки удается припахать Марата к извозу. Ну а что? Он старший брат. Зачем еще нужны старшие братья? Беречь меня, дарить подарки и забирать от подруг.

Именно потому, что Марат честно выполняет свой братский долг, я ему и прощаю то, как он глумливо проходится по нашей попойке.

Уже сидя в салоне его машины, я лезу в сумочку за блеском для губ и на самом дне нащупываю брелок от машины.

Не поняла.

Я же точно оставляла ключи на тумбочке.

Достаю и пристально разглядываю.

Так.

На ладони лежат не мои ключи, но с точно таким же брелоком, как у меня.

Хотите сказать, что мужик будет добровольно таскать фиговину из блестяшек?

— Марат, вот скажи мне, — задумчиво спрашиваю я, — ты бы такое на брелок повесил?

Я показываю ему находку.

— Нет, конечно. — Пожимает плечами брат, у которого салон машины отделан в леопардовой гамме. Действительно, что это я.

— Ни при каких обстоятельствах? — уточняю на всякий случай.

— Да ни за что!

Так я и думала.

Это выходит, что?

У Таира есть какая-то телка, которая подарила ему этот брелочек? Телка действующая, иначе он бы уже избавился от позорной штучки. И при этом он клеится ко мне?

Вот мерзавец!

Сколько натикало?

Семь сорок пять.

Марат везет меня домой, а значит, в сторону «Амандины».

— Вот тут поверни, — командую я.

— Зачем?

— Мне надо в бар.

— Решила взять выпивки на всю закусь? — ржет брат, кивая в сторону ведра.

— Нет, огурцы оставь себе, — разрешаю я. — Высади меня у «Амандины».

Марат закатывает глаза, но не спорит. Сразу видно, не ценит он мгновения в обществе младшей сестры.

— Надеюсь, ждать тебя не надо?

— Нет. — Я уже стучу копытом, и, когда мы тормозим на парковке, я вылетаю и первым делом оглядываюсь. Машин немного. Я жму на кнопку, и мне пиликаньем откликается брутальный гелик.

Все ясно с тобой, Таир.

Сейчас мы тебе бороду проредим, чтобы к приличным девочкам не подкатывал!

Я стремительным шагом врываюсь в пока еще полупустой бар, нахожу взглядом самые широкие плечи и, откинув волосы назад, направляюсь к ним.

Таир сидит за дальним столиком, уткнувшись в телефон с выражением лица «что ж я маленьким не сдох», и я полна решимости усугубить это состояние.

Словно предчувствуя недоброе, он поднимает глаза, и я бросаю взгляд на зеркальную стену, чтобы с ходу оценить, как выгляжу.

Богиня! Богиня возмездия!

При моем приближении Таир встает, но хорошие манеры ему вряд ли зачтутся. Правда, он оказывается еще выше, чем я предполагала, и смотрит на меня сверху вниз. Даже в этом бесит. Ну надо же таким родиться, а? Ничего нормально не может сделать! Метра два, наверное, роста. Как мне снизу его стыдить?

— Добрый вечер, — с ироничным намеком здоровается он, когда я опускаюсь на стул напротив него. А вот это урчащее «р» не надо ко мне применять. Не работает. Не надо мне таких козлов-изменщиков, подцепляющих в барах пьяных невинных и робких девушек.

— Не уверена, — отрезаю я. — Я пришла расставить все точки над i.

— О как, — Таир следует моему примеру и садится, но все равно видно, что он очень высокий, и взгляд его падает строго на ложбинку, которую видно в вырезе комбинезона.

— Вот об этом, — я расправляю плечи, — и пойдет речь.

— А я думал, ты просто вернешь мне ключи, и мы посмеемся над позавчерашним вечером…

— Я так и поняла, — фыркаю я. — Это ты хитро придумал: подсунуть мне ключи, чтобы был повод встретиться, потом посмеяться, подпоить, затем ужин, переходящий в завтрак в постели. А потом вроде бы как бы все уже произошло, и можно и повторить… Так вот — я не такая!

У Таира вытягивается лицо.

— Так далеко я не планировал, — говорит он, — но раз ты все так замечательно придумала…

— Облезешь. — Вздергиваю я подбородок. — Еще скажи, что я неправильно все поняла!

— Что-то мне кажется, что все, что я скажу, будет использовано против меня, — хмыкает наглый товарищ, не думающий устыдиться, когда его припирают к стенке. — Так что я готов действовать по твоему плану...

Нет, ты посмотри на него!

Готов он!

Я и сама знаю, что готов.

— Ничего у тебя не выйдет, Казанова. Я не верю, что это, — изящным жестом я достаю ключи из сумочки и покачиваю ими на пальце, — то, за чем ты не уследил. Ясно? Я понимаю, что хороша настолько, что ты ради меня можешь и без тачки пару дней провести, но ты прокололся! Пикаперам и бабникам со мной ничего не светит!