Я с отвращением смотрю на экран мобильника.

Какой такой Таир?

Аватарки нет. Что за дикость?

Откуда он взялся?

Ничего не помню.

Это все кудрявая виновата.

Позавчера было просто хреново и мутило, а сегодня еще и стыдно.

Тот факт, что зачинщица беспредела тоже после этой поросячьей попойки страдала от жестокого похмелья, не приносит мне облегчения. И неважно, что я первая заказала набор шотов текилы. В том, что все так позорно закончилось, виновата только Маринка.

Ну кто ж знал, что попытки ее перепить можно было остановить намного раньше?

Я вспоминаю, как в разгар соревнования кудрявая стерва собирается в дамскую комнату, но ноги ее подводят.

«Наконец-то! Я тебя уделала! Ты в стельку!» — Я исполняю то, что должно выглядеть как победный танец со скидкой на суровый градус и проблемы с координацией.

«Да я давно, почти сразу практически, у меня по лицу не видно просто, — сопит цепляющаяся за бортик барной стойки Марина, которую покачивает, как осинку на ветру. — Я мастерски умею делать серьезное выражение. Ты не представляешь, какую дичь я слушаю на планерке…»

То есть можно было ограничиться десятью шотами? Коза.

«Ты кто?» — отбиваю я наглому парнише.

Можно, конечно, было накидать на себя пуха, типа я все помню и не горю желанием продолжать общение, но любопытство, мать его.

Кто это такой дерзкий, что пишет мне в девять утра?

Фу, сегодня мне уже лучше, но все-таки нехорошо. Надо как-то привести себя в человеческий вид. Еще и Дан топает, как слон. Дверцами хлопает будто назло мне. Господи, когда ж он уже съедет? Видела я, что за дизайн он творит в купленной ему квартире. Такая гадость. Маринке бы понравилось.

Омерзительный писк телефона, сигнализирующего о том, что мне ответили, бесит прям не по-детски. И главное, как все мужчины, не может целую фразу выдать! Пишет чуть ли не по одному слову. Отчего пиликанье раздражает еще сильнее.

Я сначала перевожу мобильник в режим вибрации, пялюсь в потолок, пытаясь определить, будет ли второй день после пьянки лучше первого или как, и только потом читаю сообщение:

«Даже не знаю, что именно тебе ответить, чтобы твой детектор сработал. Я шест, я самец, я мерзавец, а еще я вроде бы наглая морда. Стоп. Я еще — ух ты!»

Я икаю.

Волнения о здоровье физическом отходят на задний план.

Я усиленно шевелю извилиной, но сквозь мутную пелену алкогольных паров вспоминается только, что мы с Маринкой что-то писали Юдину. Или звонили. И вот там фигурировал козел. Про шест я ничего не помню, и ума не приложу, в каком контексте я назвала так этого противного товарища, который смеет мне напоминать, что я не эфемерная воздушная фея, а девица, которая может наклюкаться до потери памяти.

Вот все мужики такие. С гнильцой.

Все-то им не дает покоя чужое совершенство.

Вечно надо все испортить.

И то, что мне вчера рассказал брат о моем любимом, это только доказывает. Я очень тяжело восприняла информацию. Он мне изменил! И неважно, что мы еще не были вместе. Я все уже решила. Мише оставалось только осознать, что я самое прекрасное, что может быть в его жизни.

В трагедию всей моей жизни мне не удается погрузиться полностью, потому что телефон жужжит в моей руке.

Ну вот. Свин. Никакого понимания. Я в глубокой драме, а он бесчувственно наяривает.

«Ты опять ушла в астрал?»

Фу, как я только подцепила его? Нет, то, что он от меня потерял голову, это понятно, но вот как я согласилась дать ему свой номер телефона? И главное — сразу начал надоедать.

«Такт тебе не знаком?» — злобно отбиваю я.

«Я считаю: дать тебе сутки проспаться — это верх тактичности».

Ой все.

Засовываю телефон под подушку. Я всегда так делаю, когда мне не нравится переписка. Вроде как я не вижу, и нормально.

Марат говорит: это детский сад.

А я считаю — женская непредсказуемость.

Я еще немного лежу, радуясь, что не надо в универ. Как удачно, что я неделю назад защитилась, а работу еще не нашла.

То есть мама мне работу нашла, но я туда не хочу!

В смысле, не на работу, а в то конкретное место, куда меня готовы запихнуть.

Вздыхаю. Я ведь уже придумала, как классно будет работать с Мишей. И неважно, что он против, Юдин просто счастья своего не понимает. С другой стороны, еще до вчерашнего дня я думала, что ему не отвертеться. Мой старший брат — его партнер, я бы дожала Марата. В конце концов, он всегда сдается, когда я начинаю петь.

Но все мои мечты остались осколками во вчерашнем дне. Всех любовниц Юдина я распугала, но что мне делать с беременной невестой? Это как-то сразу пахнет алиментами. Нет. Пусть страдает. Скоро Миша поймет, кого потерял. И тогда я приду к нему на свадьбу вся в белом и буду смотреть на него, как на чужого человека…

И ведь на кого променял? Я воскрешаю в памяти фото этой Насти. Ну моль же. Маринка хоть соперницей была, а эта…

Вырывая меня из пафосных страданий, под подушкой снова вибрирует мобильник.

Так, этот тип меня достал!

Даже и не думаю, смотреть, что он там мне строчит.

Встаю с постели. Сегодня подъем происходит без эксцессов, но зеркало, встроенное в дверцу шкафа, не радует. Надо что-то делать. Масочки, спа, да хоть огурец прилепить. Я должна гордо нести свое знамя самой красивой девушки в мире. Так папа говорит. Папа врать не будет. Поэтому хорошо, что они с мамой позавчера уехали на свою фазенду.

Плохо, что прошли те времена, когда они могли забрать младшенького.

Прямо в эту секунду брательник врубает на всю катушку дядю Оззи.

Бесчувственная дылда.

— Дан! — рявкаю я. Дома можно. Дома ни у кого нет иллюзий по поводу меня.

Ну кроме папы, разумеется.

В ответ на мой рык Дан только врубает музыку громче, мешая мне предаваться тоске. У меня, между прочим, сердце разбито! Он бы еще «The Killers» включил!

Никакого сочувствия. Он же вчера скалился на тему того, что Миши мне не видать как своих ушей. Типа сестра друга — это табу. Ну, я ему и сказала, что у меня столько же шансов, сколько и у него с его крашем. Ритка — заноза и младшая сестра его приятеля Рэма. Думал, я не в курсе, из-за кого у него вчера была заварушка в баре?

Как вытянулась рожа братца.

Прям бальзам на мое раненое сердце.

Теперь он со мной не разговаривает, но подло мстит.

Прям бесит!

— Дан! — Я добавляю в голос угрозы, но гаденыш добавляет децибел.

Ну погоди! Ты разбудил во мне фурию!

На несколько секунд музыка замолкает, будто брат услышал мои мысли и устрашился. В этот момент отчетливо слышно жужжание из-под подушки.

И этот успокоиться никак не может.

Подлетаю к кровати, выковыриваю телефон, чтобы выключить, и в то же мгновение на немыслимой громкости в звуковое пространство снова врывается музыка.

От бешенства топаю ногами.

Все. Надо хоть кого-то поставить на место.

Даже не читая, что мне там натекстил «шестомерзавец», накатываю ему, что у мужчины должна быть гордость, что я видеть и слышать его не желаю, и вообще пусть прекращает меня преследовать!

Я уверена, что после такой отповеди он ко мне больше не сунется.

Однако я ошибаюсь.

Ответ приходит сразу же.

Да еще и в голосовом формате.

«Да бога ради! Ты только ключи от моей тачки верни!»

Голос ввергает меня в транс, я даже несколько раз переслушиваю аудио, не вникая в его суть.

Шикарный, бархатистый — это «р» в начале, как урчание недовольного зверя.

И как такому гаду достался будоражащий баритон?

Наверное, это логично. Природа должна была как-то компенсировать свинский характер. Сто пудов, невзрачненький и плюгавенький. Так всегда и бывает.

Миша, конечно, исключение, но он беременный своей Настей. Не уберег свой цветочек… Грусть-тоска, а я уже придумала, как у нас свадьба пройдет. Если я в чем и разбираюсь, так это в свадьбах. Папина родня регулярно нас зовет на эти мероприятия, напоминающие ассамблею.