Я в шоке от того, что невеста, простите, уже жена, абсолютно равнодушна к тому, что на ее глазах муж обжимается с любовницей. Новобрачную волнует только макияж и стремянка…
— Да-да, но ты же снимешь масика оттуда? Я только на тебя могу положиться…
У меня дергается веко.
— Масика? Я?
— Ну придумай что-нибудь… Если он упадет и сломает позвоночник, я его, конечно, все равно любить буду, но мы так долго репетировали танец… И он согласился надеть костюм, который ты одобрила…
Танец. Костюм. Масик.
Я буквально слышу, как с противным скрежетом и жужжанием вертятся колесики в моей голове, пытаясь перемолоть поступающую информацию и усвоить ее.
— А Масик у нас кто?
Амина смотрит на меня с сочувствием.
— Масик — это мой муж. — Она сует мне под нос руку, показывая кольцо на безымянном пальце. — Ильдар Шагитов.
— Не Нарыков?
У Амины даже рот приоткрывается:
— Вариант, когда муж берет фамилию жены после росписи, мы не рассматривали…
Я перевожу остекленевший взгляд на Таира.
Он, конечно, старается держать лицо нейтральным, но в его глазах такой триумф! И именно это победное выражение на бородатой морде вынуждает меня осознать очевидное.
Меня обманули!
Сознательно ввели в заблуждение!
Нарыков все знал и не рассказал! А мне неоткуда было взять информацию! Жених на встречи приходить отказывался, шлялся по своим гадким командировкам, приглашения отпечатали еще до меня, сценарий с именами главных действующих лиц отправляли сразу тамаде, у меня в рассадке муж обозначен как «М», а жена как «Ж». Мне даже ролик не дали досмотреть!
Видимо, у меня на лице отражаются все эмоции, и Таир тоже уже не выглядит таким злорадным. Он нехило так напрягается, и есть из-за чего. Хана тебе, дорогой! Нашелся мне тут памятник молчанию! Раз ты свободен, то я покажу тебе, как правильно со мной себя вести!
Мне кажется, или скулы Нарыкова слегка бледнеют.
Кстати, я перевожу взгляд ниже, туда, где на белой рубашке лежит ладонь Адели. Ярость вскипает с утроенной силой.
— Алсу! — отвлекает меня Амина. — Масик… Надо что-то делать…
Транслируя глазами Таиру, что дни его сочтены, я поворачиваюсь к ней.
— Сейчас мы снимем масика. Только скажи мне, что он делает на дереве?
— Сказал, что полез снимать застрявшего там младшего сына двоюродной сестры…
Я делаю глубокий вдох и устремляюсь на улицу, уговаривая себя, что это благородный поступок, и за него не нужно убивать.
Или нужно. Как говорится, истина глаголет устами младенца.
— Правда, он крутой? — захлебываясь от восторга, спрашивает меня какой-то мелкий пацан лет семи, пока я стою под деревом и прикидываю, где взять лестницу такой высоты и кого потом назначить виновным. Очевидно же, что для подрезки этих деревьев приглашают ландшафтников со спецтехникой.
— Ну… — я не знаю, вправе ли я разрушать героический ореол главного мужчины на празднике.
— А я не поверил, когда Ильдар сказал, что долезет до самой верхней ветки. Я только до нижней смог…
У меня снова дергается глаз.
— Надо же… А брат говорил, что как бизнес-партнер Ильдар вполне адекватен, — задумчиво тянет рядом откуда-то нарисовавшаяся София. Стерва с такими же сережками, как у меня. И с помадой такого же тона.
— Не упоминай при мне Таира, — шиплю я.
— А что? Вы все-таки расстались? — радостно спрашивает она.
Мы и не встречались! Так… полежали рядом чуть-чуть…
— Я ему жизнь отравлю! — обещаю я, припомнив и как лежали, и как сидели…
— То есть не расстались… — скучнеет София.
Это какой-то цирк! Мне сейчас испортят боевое крещение! Если я провалю первое же мероприятие, то буду убивать всех по списку, и я уже знаю, с кого начну.
— Ой, София, — вклинивается в нашу великосветскую беседу какая-то тетенька с фужером шампанского в руке. — А я думала, сестры всего четыре… Познакомь меня с пятой…
— Мы не сестры! — рявкаем в один голос.
— А так похожи…
Я смериваю взглядом жалкую копию неповторимого оригинала. Ничего общего вообще!
— Сколько весит масик? — сквозь зубы спрашиваю я.
Мне снизу не видно настоящих габаритов, частично скрытых в кроне.
— Понятия не имею, — пожимает плечами София. — Ростом как… Таир… — и склабится. — Весом… качок как Таир… — продолжает она меня бесить. — Только мышечнее, чем Таир…
А ей я вырву волосы.
— То есть на тент прыгать бесполезно, — прихожу я к логичному выводу. — Где невеста? Не нужно, чтобы она нервничала...
— Ее забрал Климов. Как ты его уговорила вообще?
— Я профессионал, — огрызаюсь я. — И фотографу скажите, чтобы этот артхаус снимали издалека. Никаких крупных планов. Или я его убью…
Я уже прикидываю, что, походу, надо звонить в МЧС или искать ландшафтников с автовышкой, но пока они доедут…
— Таир! — верещит знакомый писклявый голос. — Это опасно!
Что?
Перестаю пялиться на верхушку дерева и опускаю взгляд. Отмахиваясь от Адели, Нарыков снимает пиджак и отдает его Венере, разувается…
Вашу ж мать! Я не заказывала свадьбу с двумя мужиками на дереве!
Глава 58
— Ты! — шиплю я, подлетев к Нарыкову. — Хочешь, чтобы мы все переехали праздновать в травмпункт? Так я там ничего не бронировала!
Но бородатый самоубийца меня игнорирует, будто не слышит.
Ну, конечно! Все мужики такие. Если они решили откуда-то упасть, то ничто их не остановит. Вон, один уже кукует с верхней ветки что-то вроде «если мне поднимут шампанское, то мне и тут неплохо». Да если надо, я сейчас МЧС с вертолетом добуду, но от танца с женой он не отвертится!
— Не смей меня игнорировать! — дергаю я его за рукав.
— Не нравится, когда так делают? Правда, бесит? — прищуривается на меня Таир.
О как!
Заговорил!
Ты погляди, он еще и оскорбился! Это из-за того, что я трубку не брала? Сам заварил кашу, и теперь чем-то недоволен! Рано обиделся, вот сначала я отомщу, а потом можно будет.
— Слушай ты, Золушка, — выговариваю я, стараясь, чтобы больше меня никто не услышал. — Натягивай обратно свои черевички и…
Меня прерывает появление Лейсан, которая протягивает Таиру рюкзак.
Мы обе пристально смотрим, как Нарыков достает из него моток не то веревки, не то троса.
— Это чтобы повеситься? — грозно спрашиваю я.
— Зачем тебе в багажнике снаряга? — уточняет Лейсан. — То есть, зачем ты ее на свадьбу взял?
Таир бросает косой взгляд на меня:
— У меня был заготовлен сюрприз, но Ильдара я уже не переплюну…
Воистину. Еще одного сюрприза я могу и не вынести. Минуточку…
— А что это за снаряга? — спрашиваю я у Лейсан с нехорошим предчувствием, припомнив ремни, которыми меня во время экскурсии привязывали к кровати.
— Да Таир в универе увлекался альпинизмом, даже промальпом подрабатывал по каким-то трубам и фасадам лазил — ему по работе надо было. Ну вот он недавно сказал, что хорошо, что у него осталась обвязка, хвалился, что она какая-то суперпрочная… Я тогда еще подумала, почему хорошо? Оказывается, правда пригодилась.
Я стараюсь сосредоточиться на полезной информации, которая не сократит кое-кому жизнь.
— То есть он вот сейчас знает, что делает? — уточняю я.
— Абсолютно, — уверенно кивает Лейсан.
И я успокаиваюсь. Сразу.
Ну а чего нервничать. Жениха снимут, Таир останется живой, и я смогу ему долго и со вкусом мстить. Уже без всякой жалости и оглядки.
— Ляся, я могу чем-то помочь? — врывается писклявый голос в мой временный дзен.
Я оборачиваюсь к Аделе, которая смотрит на Лейсан, заламывая руки.
— Венера унесла пиджак, но ты можешь посторожить туфли Таира, — предлагаю я.
Нет, сил моих не хватает на эту девицу, которая лапала то, что ей не принадлежит. Это слишком серьезное испытание — видеть ее и не позволять себе оторваться по полной. Разворачиваюсь и иду к тому парню из безопасности, у которого при виде меня начинаются проблемы с дыханием.
