Но только я закладываюсь в ванну, чтобы немного покайфовать, пока Дана нет дома, как звонит Юсупова. Мне немного стыдно, что я проигнорировала ее вчерашний звонок, но в тот момент я была еще злее и не определилась, считать ли Маринку предательницей или жертвой.

Но сейчас ей требуется помощь. И не какая-то там, а практически по моему профилю.

Кто лучше меня поможет Юсуповой выбрать платье на свадьбу, чтоб и невесту не затмить, и чтоб всех остальных девок корежило?

Так что мой батискаф поднимается на поверхность. Бесит, что я не за рулем, а Маринка ждет меня на железном коне. Увы, ласточка временно превратилась в недвижимость. У меня есть запасной комплект ключей, только он у мамы. А мама на даче…

Стоп. Если у меня есть дубликат своих ключей, значит, и у Таира он тоже есть.

Так какого лешего он тряс их с меня, будто без них он навеки пешеход?

Ну ясно. Я так и знала, что он все специально провернул.

И не пишет.

Мерзавец.

С Маринкой путного шоппинга не получается. Она торопится, да и торговый центр скоро закроется, так что мне удается чудом всучить ей нормальное платье. Белое, как я люблю. Ну а что? Невеста в желтом, значит, можно.

Юсупова уносится на всех парах домой, чтобы отпарить обновку, а я заворачиваю в отдел тканей. Раз уж судьба сама меня привела сюда, куплю ленты сегодня. Видимо, в качестве компенсации за истрепанные нервы я сразу нахожу то, что мне нужно. И метража хватает, и качество нормальное, и цена не конская. Только вот какая-то чернявая девица стоит рядом и тоже целится на мою добычу!

Ага. Как же. Я снимаю весь моток с держателя под ее возмущенным взглядом и иду к консультанту.

Она меня догоняет:

— Девушка, подождите! Мне надо отсюда десять метров…

— А мне нужно пятьдесят, и для вас там ничего не останется! — фыркаю я.

— Ну войдите в мое положение! Именно этот цвет необходим! Мне на свадьбу…

— И мне на свадьбу. Найдите себе другие десять метров или закажите у продавца.

— Девушка… — В голосе звучит угроза.

И ровно в этот момент из-за стеллажа выходит мужчина, уткнувшийся в телефон.

— София, я устал. Только с дороги, поехали домой…

Я вздрагиваю. Я вчера утром слышала этот голос. И обладатель его лежал на одной со мной подушке.

— Таир… — жалостливо начинает девица.

Перевожу взгляд на эту Софию. О да, вот она выглядит как человек, который купит сверкающий брелок.

— Ну ты и мерзавец!

— Я так и знала! — Я обличающе указываю на Таира пальцем. — Ты негодяй и обманщик!

От стыда он закрывает не только глаза, но и лицо руками.

— Дамочка, вы что себе позволяете! — встревает София.

Эта-то чего защищает кобеля? Окидываю ее презрительным взглядом. Вот сразу она мне не понравилась: смазливая, чернявая, все в перламутровом беже и звенящих цацках. Какой кошмар! Такое только мне идет! Еще и физиономия наглая. Научилась правильно стрелки рисовать? Теперь учись держать парня при себе.

Она должна узнать, что ее тюбик вытворяет!

— Это к ней ты убежал утром из моей постели? — грозно вопрошаю я, специально строя фразу так, чтобы было ясно, что мы там не просто лежали. Ну а что? Уж больно самодовольная физиономия у этой Софочки.

София, разумеется, вскипает:

— Так это из-за нее ты опоздал на встречу? Таир? Скажи что-нибудь!

— Зачем? — отвечает Нарыков сдавленно в ладони. Плечи его трясутся. Плачет, что ли, уже? — У вас и без меня отлично получается.

Как это? Так дело не пойдет.

Я поворачиваюсь к Софии и указываю на брелок автомобильных ключей, свисающих с мизинца Таира:

— Ты подарила, да?

— А что? — вскидывается она.

— То! А ты мне врал! Я не позволю делать из себя дуру!

У Софии наконец включается мозг, чтобы задать логичный вопрос:

— Таир, кто это?

— Да! — вторю я, уперев руки в боки и не забывая встать так, чтобы было видно, что у меня и грудь выше, и ноги длиннее. — Кто я? Скажи. Мне вот интересно, совпадет ли вечерняя версия с утренней. И вообще, ты же говорил, что тебя до пятницы не будет!

Нарыков отнимает ладони от лица, вытирает костяшками пальцев внешние уголки миндалевидных глаз, по любимой привычке немного созерцает потолок, но не спешит ничего говорить. Понимает, гад. Все, что он скажет, будет использовано против него.

— А какая была утренняя версия? — требует ответа уже от меня София.

— Да он моим братьям обещал на мне чуть ли не жениться! Неделю прохода не дает!

Таир все же вздыхает:

— София, я же говорил, тебе надо поехать в магазин с мужем…

У меня отвисает челюсть.

С мужем? Он в курсе? У них ТАКИЕ отношения?

Чернявая, вдруг успокоившись, усмехается:

— Жениться? Вот уж вряд ли в свете последних событий. Но если Таир делится с тобой планами на неделю, то ты, можно сказать, член семьи…

— Ну уж нет! Я не такая! И в семью, где делятся членами, я не пойду. И вообще я в ближайшее время замуж не собираюсь! Так что, — я уже обращаюсь к Нарыкову, — прекрати меня преследовать!

— Теперь я понимаю, почему ты всю неделю такой нервный, — задумчиво тянет София.

— Ты-то чего зубоскалишь? — поднимает брови Таир. — Сама до свадьбы вела себя точно так же.

Это у них давно тянется? Какой кошмар!

Все это, конечно, кошмарно, отвратительно, возмутительно, но интересно. Я развешиваю уши, ненадолго задвинув планы красиво страдать в машине под «Арктик и Асти», гоняя по ночному городу. В любом случае, до машины еще надо дойти, а до этого отобрать ключи у Нарыкова.

— Послушайте, — не выдерживаю я, — я могу понять, почему женщина изменяет: ну муж так себе получился, а нового пока на горизонте нет. Могу понять, почему Таир согласен на замужнюю любовницу: все обязательства по боку, никаких претензий. И даже, скрепя сердце, могу предположить, что твоему мужу просто по барабану. Я другого понять не могу…

У Софии на протяжении озвучивания моих рассуждений брови ползут все выше и выше.

— И что же тебе непонятно? — спрашивает она.

— Тебе зачем муж, которому все равно, что ты ему изменяешь?

София закашливается. Кашель переходит в хохот, а потом София знакомым жестом вытирает выступившие слезы костяшками пальцев.

— Дело в том, — вклинивается в нашу душевную беседу Таир, — что София — моя сестра.

— Да хватит уже, — отмахиваюсь я. — Два раза прокатило, ты и в третий раз пытаешься спастись подобным способом. Я понимаю, что ей, — киваю на икающую Софию, — выгодно тебе подыграть, но я не куплюсь. Ну одна сестра. Ну две. Но три! Сколько их может быть?

— Четверо, — вспыхивает «сестра». — Нас в семье четверо. Мамой клянусь.

Какой ужас!

У меня даже в груди похолодело, когда я представила, что утром в одной квартире собираются по своим делам три девочки-подростка и одна взрослая женщина. Это тот случай, когда выживает сильнейший.

Словно прочитав мои мысли, София добавляет:

— Поэтому Таир такой терпеливый, его женской истерикой не пробьешь.

С осуждением смотрю на Нарыкова. Вот так и знала, что бракованный. Что делать с мужчиной, на которого не действуют истерики? И как с ним разговаривать? Да с ним жить невозможно! Жуткий стресс!

Стоп. Жить с Таиром я точно не собираюсь.

— В любом случае, факт, что ты говорил, будто вернешься только в пятницу, а сам в городе, говорит сам за себя!

— Как скажешь, — разводит руками он.

Я же вижу, что Таир едва сдерживается, чтобы не заржать. Надо мной. А меня бесит, когда за мой счет развлекаются. Все равно скрывать наличие трех сестер — это гадко. Сначала сестры, потом любовницы, а дальше что? Гарем?

— Значит, жениться обещал? — переспрашивает София.

— Не совсем, — поясняет Нарыков.

Слышал бы его Дан!

— Все равно смело. А что на это скажет Ам…

— Я сам с этим разберусь, — резко обрубает Таир. — Все. Вызывай мужа, пусть он забирает тебя, а я отвезу Алсу…

— Никуда я с тобой не поеду! Верни мне мои ключи!