— Дэниел, тебе придется принимать решения порасторопнее, — посоветовал ему Леопольд. Его глубокий и хриплый голос дрожал от сдерживаемого смеха. — Ты вечно слишком медлительный, сын мой.

«Как Дэниел умудряется не убить своего отца — это не поддается никаким законам логики», — подумал Кристофер. И всё же было ясно, что он его ненавидел. А ненависть, когда она не взаимна, ранит так же сильно, как и любовь. Это было неизбежно, потому что Леопольд не ненавидел Дэниела. Он его и не любил. На самом деле, казалось, что он вообще не испытывал к нему никаких чувств.

— Ах да, Девенпорт, — добавил Леопольд. — Мне нужно будет позже обсудить с вами одно дело.

«Пора, папочка». Он почувствовал, как бешено заколотилось сердце, и понадеялся, что не выдал никаких эмоций. Ему это удалось, и не потому, что он был хладнокровен, а потому, что научился им притворяться.

— Можно и сейчас, сэр.

— О нет, не сейчас. — Он повернулся к Анне, которая слегка вздрогнула под его взглядом. — Сейчас я хочу иметь честь потанцевать с вашей очаровательной женой. Окажете ли вы мне эту честь, миссис Девенпорт?

(Что ты об этом думаешь, Кристофер?)

Он перестал дышать — вот что он об этом думал. Рядом с ним Анна, казалось, запаниковала. Ее отвращение к Леопольду было настолько очевидным, что Кристофер испугался, как бы это не было написано у нее прямо на лбу. «Черт. Черт. Черт!» Он повернулся к ней, и его жена ахнула. На мгновение показалось, что они вернулись в былые дни: на ее лице отразился первобытный страх, а в глазах блеснули подступающие слезы. Она поняла, чего от нее хотел муж.

(Ты хорошо ее приручил, Кристофер. Ты доволен?)

— Конечно, мистер ДеМерси, — сдавшись, ответила она.

Леопольд кивнул.

— Ты ведь не против, сынок?

«Сынок». Проскользнуло несколько мгновений тишины.

— Конечно нет, ДеМерси, — наконец ответил Кристофер.

Леопольд улыбнулся.

— Видишь, как это делается, Дэниел? Это не так уж сложно.

Анна стояла напряженно, с трудом переводя дыхание. Анна, с ее проклятым вспыльчивым нравом, способная навредить ему, если впадет в ярость на танцполе, согласилась на танец с Леопольдом! Он придвинулся губами к ее уху.

— Веди себя безупречно, — прошипел он. — Иначе…

Он оставил фразу незаконченной. Она опустила лицо и не стала протестовать, но ее губы изогнулись в горестной улыбке, и она пару раз моргнула.

Вот-вот должна была начаться музыка, и Мэттью взял Люси под руку. Леопольд сделал то же самое с Анной, чье лицо вдруг стало совершенно бледным.

Кристофер и Дэниел остались одни. «Это невозможно, — подумал он. — Этот вечер уже не может стать еще хуже». Он направился было прочь.

— Девенпорт, мне нужно с вами поговорить, — останавливая его, сказал Дэниел тоном, в котором звучала покорность судьбе.

— Разве это необходимо? — спросил Кристофер. Его жена дошла до танцпола с Леопольдом и стояла лицом к нему. Она держала голову опущенной, не глядя на него.

— Да, необходимо.

— ДеМерси, я уже говорил вам не совать нос в мои дела, если речь об этом.

Заиграла музыка, и пальцы Леопольда коснулись его новобрачной.

— Нет. Честно говоря, я хотел… прояснить… кое-что из того, что наговорил вам на днях в кабинете моего отца. — Он набрал в грудь воздуха и продолжил: — Похоже, ваша жена питает к вам нежные чувства, вопреки тому, что я думал.

Кристофер отвёл взгляд от танцпола. «Моя жена ушла бы от меня завтра же, если бы у неё не было больного отца и брата с сестрой под моим опекунством».

— Очевидно, — сказал он. Он посмотрел на своего сводного брата с улыбкой, исполненной высокомерия. «Может быть, сегодня вечером что-то всё-таки пойдет по-моему». — Но дайте мне понять, ДеМерси: вы приносите мне извинения?

— Я бы не назвал это… О, ладно. — Его младший братец был совсем не рад, а смущение, наполнившее его глаза, было весьма приятным зрелищем для Кристофера. — Но только за те слова о вашей жене, Девенпорт. В остальном же вы по-прежнему мерзавец, и вы это знаете.

Улыбка Кристофера стала шире.

— Что ж, тогда я принимаю ваши скромные извинения, — насмешливо ответил он. — И раз уж вы закончили… — Он снова попытался уйти, переведя взгляд обратно на танцпол.

— Подождите, — сказал Дэниел, останавливая его. — У меня к вам просьба. Надеюсь, вы не будете возражать, если мы с Анной останемся друзьями. Мы давно знакомы — можно сказать, годами. И даже если между нами с вами есть разногласия…

«Забудь об этом».

— Я могу это допустить. Между вами двумя существует формальное знакомство, но не более того. И моя жена, — сказал он, бросив на него надменный взгляд, — будет уважать мои желания, будьте уверены. — Он посмотрел на нее; она не смотрела на Леопольда, а оглядывалась по сторонам, избегая его прикосновений и взгляда.

Дэниел медленно выдохнул, прежде чем ответить.

— Ваша ревность неуместна, Девенпорт, — с раздражением ответил он. — Этим нелепым поведением вы оскорбляете свою жену.

— Вас это не должно касаться. Живите своей жизнью и перестаньте лезть в мою. — «Послушай слова того, кто женился лишь для того, чтобы увести у тебя невесту».

— О, с превеликим удовольствием, но вы постоянно возникаете у меня на пути, как трава в поле.

Леопольд со смехом сказал что-то Анне, и она, казалось, побледнела от гнева.

— Знаете, ДеМерси, ваш голос и правда визгливый — бьет мне по барабанным перепонкам.

— Я заставляю себя говорить с вами только ради Анны, потому что уверяю вас, каждое слово, сказанное мной в ваш адрес, кажется мне непростительной тратой воздуха.

— Вы закончили? Ваш отец прав, когда говорит, что вы ноете, как баба.

— Очевидно, вы очень высоко цените моего отца, — саркастически ответил Дэниел. — Наверное, поэтому вы кажетесь самим воплощением радости теперь, когда он танцует с вашей женой.

«Врезать бы ему еще раз? Может, навсегда изменить его голос — и половую жизнь», — подумал Кристофер, яростно уставившись на него. Наконец, он резко развернулся и внезапно ушел, ничего не ответив.

Она впервые танцевала с Леопольдом ДеМерси и искренне надеялась, что в последний раз.

— Вы прекрасно выглядите сегодня вечером, миссис Девенпорт.

Анна вздохнула. Неужели ей действительно обязательно разговаривать?

— Благодарю вас, сэр.

— И как вам в роли новобрачной?

«Слишком личный вопрос, вам не кажется? И разве улыбка этого джентльмена не казалась слегка… двусмысленной?»

— Очень хорошо, сэр.

— Анна… я могу называть вас Анной, не так ли?

«Абсолютно нет». Тот ужасный взгляд, который бросил на нее Кристофер совсем недавно, заставил ее вспомнить, что даже собственное имя ей больше не принадлежит.

— Конечно, сэр.

Леопольд рассмеялся.

— О, позвольте заметить, Анна, что вас эта перспектива не особо радует, — с весельем сказал он. — Но прошу, не стесняйтесь говорить со мной откровенно. Какое-то время ведь казалось, что мы с вами станем родственниками, не так ли?

Анна была потрясена: зачем ворошить эту старую историю? И разве он не держит её слишком крепко, выходя за рамки дозволенного этикетом? Она не ответила, отстраняясь от него, и попыталась сосредоточиться на других мыслях. Например, на Люси. На том, какой несчастной она выглядела недавно, когда Дэниел замялся, прежде чем пригласить её. «Неужели возможно, что?..»

— Я недооценил вас, Анна.

(Игнорируй его. Игнорируй его.)

Анна продолжала следовать за ходом своих мыслей. Люси демонстрировала чересчур уж наигранное равнодушие, когда говорила о Дэниеле. Но за пару минут до того удрученного взгляда — который на этот раз она не смогла скрыть за светской маской — там действительно было…

— Мне почти жаль, что я так противился браку между вами и моим сыном, — продолжил Леопольд. — Возможно, вам удалось бы выжать хоть каплю крови из этой репы.