Ну, я не совсем вломилась, поскольку у меня есть ключ, но, учитывая, что у меня был ключ с тех пор, как я начал учиться в Университете Блэкуотер, и я ни разу им не воспользовалась, думаю, что и в этот раз ничего не изменилось. Я всегда беспокоилась о том, на что наткнусь, если все же воспользуюсь им, но моя потребность увидеть Ноа была сильнее любого другого беспокойства, которое у меня было.

Я поднимаю глаза и вздрагиваю, обнаружив, что он смотрит на меня сверху вниз.

— Ты смотрел, как я сплю? — бормочу я хриплым голосом, и он хихикает.

— Конечно, смотрел.

Я хмыкаю, прежде чем пробормотать. — Доброе утро.

Он улыбается мне сверху вниз, его взгляд полон такой любви и удовлетворения, что у меня щемит сердце и горят щеки. — Доброе утро, любимая.

— Как долго ты не спишь? — Спрашиваю я со стоном и прячу голову у него на груди. Он слишком чертовски красив, чтобы только что проснуться.

Его руки сжимаются вокруг меня, прежде чем я внезапно перекатываюсь, и открываю глаза, обнаруживая, что мы оба лежим лицом к лицу.

Ну, я прижимаюсь лицом к его груди, но он наклоняется, пока наши глаза не оказываются лицом к лицу.

— Я проснулся около часа назад, но ты была такой умиротворенной, что я не хотел тебя будить.

Я слегка улыбаюсь ему, прежде чем перевернуться на спину и уставиться в потолок.

— Так что, Коул сорвался? — Спрашиваю я, на самом деле не желая знать ответ, но все равно нуждаясь в нем.

Он издает смешок. — Не совсем. Я ожидал, что все будет намного хуже, но, думаю, Лане, Логану и Харли удалось образумить его. Он произнес мне целую речь «Если ты причинишь ей боль, я убью тебя», но это всегда должно было случиться.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Значит, все будет хорошо? — Спрашиваю я, и он медленно кивает.

— Думаю, да, — бормочет он и протягивает руку, поглаживая пальцем мою щеку. — Ты выглядишь такой чертовски красивой по утрам.

Я закатываю глаза. — Я, наверное, выгляжу полумертвой, я удивлена, что мой вид не отпугнул тебя.

— Никогда. Я люблю в тебе все, Грейси. Включая то, какой сварливой и очаровательной ты становишься первым делом по утрам.

Мое сердце бешено колотится, когда до меня доходят его слова, и у меня перехватывает дыхание.

Я знала, что он влюблен в меня, это очевидно по всему, что он делает, но на самом деле он никогда раньше не произносил таких слов.

До сих пор.

Он, должно быть, уловил мое молчание, потому что спрашивает. — Что случилось?

— Ты любишь меня, — заявляю я, и он в замешательстве хмурит брови.

— Разве это не было очевидно?

Я медленно качаю головой. — Я знала, что это так, но ты никогда не произносил этих слов.

Его глаза расширяются, и он обхватывает ладонями мою щеку. — Я люблю тебя, Грейси. Черт возьми, я люблю тебя так чертовски сильно, что мое сердце может разорваться от этого. Ты моя любовь, моя одержимость, моя жизнь, мое гребаное все.

По моей щеке скатывается слеза, и он смахивает ее большим пальцем. Этот жест такой чертовски милый, такой трогательный, что мне приходится проглотить комок в горле.

— Я тоже тебя люблю, — шепчу я, слова едва слышны, но он, должно быть, слышит их, потому что его глаза комично расширяются, прежде чем он прижимается своим ртом к моему.

Мы представляем собой мешанину языков, губ и зубов, поскольку наши тела притягиваются друг к другу, как, кажется, всегда. Когда я пришла прошлой ночью, я разделась только до трусиков и майки — слава Богу, — так что у Ноа есть легкий доступ, когда его рука сжимает мою задницу и притягивает меня еще ближе к нему.

Наши рты не разнимаются, пока мы быстро раздеваемся ниже пояса. Я не думаю о таких вещах, как утреннее дыхание, хотя и стараюсь вести себя тихо, поскольку последнее, что нам нужно, — это чтобы нас подслушали.

Ноа легко проникает в меня, и мы трахаемся в медленном, неторопливом темпе, растворяясь друг в друге и просто чувствуя.

Мы прижимаемся друг к другу, ни один из нас не произносит ни слова, пока мы оба мчимся к краю пропасти, а затем мы оба падаем, достигая кульминации в унисон и тяжело дыша, пытаясь перевести дух, цепляясь друг за друга.

— Я люблю тебя, — бормочу я, когда мое дыхание наконец приходит в норму.

— Люблю тебя, — шепчет он в ответ, и я отстраняюсь от него и встаю с кровати.

Он хмуро смотрит на меня. — Куда ты идешь?

— Ну, сначала я схожу в ванную, а потом мне нужен кофе, — говорю я, заставляя его усмехнуться.

— Конечно, прости, что заставил тебя так долго ждать, — говорит он, подмигивая, когда я направляюсь в его ванную.

Как только я одеваюсь — или вроде как одеваюсь — в одну из рубашек Ноа, доходящую до середины бедра, поскольку мне действительно не хочется надевать вчерашние джинсы, я бросаю взгляд на Ноа, чтобы он поторопился.

Мне действительно нужен кофе, но я также не хочу покидать эту комнату без него.

Будет достаточно плохо встретиться лицом к лицу с другими, но делать это в одиночку? К черту это.

— Иду, иду, — бормочет он, прежде чем открыть мне дверь.

Я вывожу нас обоих, и мы бок о бок заходим на кухню, где Логан и Харли сидят за кухонным островком и завтракают.

— Это странно, — бормочет Харли, когда замечает нас. Логан просто кивает, прежде чем вернуться к своей еде.

Я сажусь, пока Ноа занят приготовлением нам обоим чашек кофе, прежде чем поставить мою передо мной. Вместо того чтобы сесть рядом со мной, он предпочитает встать, прислонившись бедром к моему боку, как будто не может вынести ни секунды, чтобы не прикоснуться ко мне.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, и он улыбается, прежде чем быстро поцеловать меня в губы. Харли издает звук, похожий на писк, как раз в тот момент, когда кто-то прочищает горло в дверном проеме. Я поднимаю глаза и вижу стоящих там Коула и Лану, их взгляды прикованы к нам.

На лице Ланы озорная улыбка, в то время как мой брат выглядит физически обиженным.

— Серьезно? — стонет он. — Мне не нужно видеть это дерьмо.

— О, успокойся. Я видела, как вы с Ланой поступали гораздо хуже, так что тебе просто придется смириться с этим.

— Да, и она собирается бывать здесь гораздо чаще, — добавляет Ноа. — Итак, тебе придется найти способ справиться с этим.

Я собираюсь упрекнуть Ноа за то, что он намеренно раздражает моего брата, когда взгляд Коула переключается на меня, но в его глазах появляется огонек, которого раньше не было. — Ты будешь бывать здесь чаще, да? Значит ли это, что ты, наконец, собираешься согласиться переехать?

Я открываю рот, чтобы возразить, но Логан опережает меня. — Ты уверен, что хочешь этого? Ты же понимаешь, что если Джи переедет, то, без сомнения, в комнату Ноа… которая находится прямо рядом с твоей.

Это заставляет Коула застыть, выражение крайнего отвращения искажает его лицо, прежде чем он удрученно садится напротив меня. Рука Ноа обнимает меня за плечи, и я наклоняюсь навстречу его прикосновению, прежде чем сделать глоток кофе.

Эти ребята — моя семья, и ничто и никогда не казалось мне более правильным, чем сейчас, когда я сижу с ними и слушаю, как они препираются. Я шлю безмолвную благодарность тому, кто помог мне в точности осознать, что у меня есть.

Я не знаю, как я так долго не видела Ноа таким, каким вижу сейчас, но я не сожалею о действиях, которые мы оба совершили и которые свели нас вместе.

Ноа прав, мы идеально подходим друг другу, и я думаю, что все получилось именно так, как задумывалось.

Мы с ним вместе.

ЭПИЛОГ

Грейси

Я смеюсь, когда Лана рассказывает нам историю о том, как Коул взбесился, обнаружив летом паука в их гостиничном номере.

Я уже слышала эту историю, но ее подруга, Саванна слышит ее впервые, и слушать ее сейчас так же забавно, как и в прошлый, когда Лана впервые рассказала мне, что произошло.