Я вздыхаю и направляюсь к кухонному островку, присаживаясь на один из табуретов. — Я отвечу на все твои вопросы, только спроси.

— Ты и Грейси? Чувак, я этого не предвидел, — заявляет Харли, и Лана фыркает.

— Я думаю, вы с Коулом были единственными, кто этого не предвидел, — говорит она, и Логан кивает.

— Ты тоже знал? — Спрашивает Коул Логана, и тот безропотно кивает.

— Нужно быть слепым, чтобы не знать, что этот парень был влюблен в нее много лет. Честно говоря, я удивлен, что ты не заметил этого раньше.

— Ты влюблен в нее? — Спрашивает Харли с выражением задумчивости на лице, и я молча киваю.

— Подождите, что? — Спрашивает Коул, и мы все поворачиваемся к нему лицом. Я выгибаю бровь, когда он больше ничего не говорит, и он свирепо смотрит на меня, на всем его лице написано убийство.

— Если ты любил ее много лет, тогда какого черта ты так долго ждал, и почему я не узнал об этом раньше? И почему ты был с другими девушками, если ты так влюблен в нее? И какого черта ты прислал мне ее фотографию, где она привязана к кровати?

Тут нужно ответить на множество вопросов, но один бросается в глаза больше остальных, и я поднимаю голову. — Когда ты видел, чтобы я был с кем-то еще? — Спрашиваю я, поскольку, похоже, все, кого я знаю, сегодня узнают о моей чертовой девственности.

На мгновение все замолкают, явно вспоминая прошлое, и я вижу, как на их лицах появляется понимание. Всякий раз, когда ребята рассказывали о своих похождениях, я всегда молчал. Я обращался к ним, когда им нужен был совет и тому подобное, но сам я ни разу не рассказывал о каком-либо опыте.

— Срань господня, — выпаливает Харли, и я ухмыляюсь ему.

Меня не смущает тот факт, что у меня ни с кем не было отношений до Грейси. С чего бы мне смущаться? Я не куплюсь на всю эту мачо-чушь о том, что нужно переспать со столькими девушками или парнями, сколько сможешь.

Я всегда знал, что Грейси — идеальный человек для меня, и я никогда ни на кого не смотрел так, как на нее. Я знал, что никто не сравнится.

— Срань господня, — бормочет Коул, повторяя предыдущее заявление Харли, и Логан просто понимающе кивает. Я смотрю, как Лана отступает от кухни, по-видимому, давая нам немного пространства теперь, когда она знает, что Коул не собирается выходить из себя. Мы с легкостью приняли ее в команду, и я ни в малейшей степени не возражаю против ее присутствия здесь, но приятно, что она чувствует необходимость дать нам четверым немного времени.

Коул сглатывает и садится напротив меня. — Что на счет фотографии? — Спрашивает он, свирепо глядя на меня, и я съеживаюсь.

Не самый лучший момент для меня.

— У нас с Грейси произошло... недопонимание. Прости, что отправил тебе ее, это было неприемлемо. В тот момент я был не в себе, и в то время это казалось лучшим вариантом. — Я пожимаю плечами, не зная, что еще можно сказать.

— Мне не нравится мысль о вас двоих... вместе? Подожди, вы вместе, или ты просто трахаешь мою младшую сестру, прежде чем бросить ее? — Его голос снова стал жестким, и я снова немного раздраженно закатываю глаза.

— Она моя, — заявляю я, поскольку на самом деле ему не обязательно знать все тонкости моих отношений с Грейси. Хотя я почти уверен, что мы вместе, нам все еще нужно кое-что уладить, и я не собираюсь все это ему объяснять.

— Мне это не нравится, — бормочет он.

— У тебя нет права голоса, — ворчит Логан, вставая на мою сторону. — Если кто-то и может позаботиться о Грейси и сделать ее счастливой, так это Ноа.

Харли кивает, соглашаясь со словами Логана. — Это правда. Если бы это был кто-то другой, я бы отнесся к этому скептически, но мы все знаем Ноа, и мы знаем, что он никогда бы не сделал ничего, что могло бы навредить нашей Джи.

Почему, черт возьми, они все, кажется, думают, что имеют право голоса в моих отношениях с Грейси в первую очередь?

Не поймите меня неправильно, я рад, что Харли и Логан прикрывают мою спину, но никто не имеет права голоса, кроме нас.

— Если ты хоть как-нибудь причинишь ей боль, я, блядь, убью тебя. Лучший друг или нет, Грейси всегда будет для меня на первом месте, и я без колебаний сдеру кожу с твоего тела.

Я киваю. — Я знаю, и я был бы рад этому. Я никогда не причиню ей вреда.

— Хорошо, — бурчит Коул, прежде чем бросить на меня последний взгляд и встать. Он выходит из кухни, без сомнения, собираясь найти Лану, и тогда остаются только Харли, Логан и я.

— Ты и Грейси, — шепчет Харли, качая головой, как будто не может поверить, что не заметил этого раньше.

В этом нет ничего удивительного.

Все считают Харли легкомысленным, но раньше он таким не был. Кое-что случилось летом, перед тем как мы поступили в колледж, и он никогда не говорил об этом — даже нам, — но что бы ни случилось, это изменило его.

Он вернулся из семейного отпуска и с тех пор стал совсем другим.

Он не сломлен, и я не думаю, что с ним обязательно случилось что-то плохое, просто он чаще всего погружен в свои мысли и часто отключается, явно думая о чем-то другом.

Он быстро занимает оборонительную позицию всякий раз, когда мы поднимаем этот вопрос, так что в конце концов мы перестали спрашивать, просто надеясь, что однажды он нам расскажет.

— Вы все чертовски слепы, — бормочет Логан, и я фыркаю, прежде чем встать. Я бросаю на них последний взгляд, прежде чем оставить на кухне, и направляюсь в свою комнату.

Больше всего на свете я хочу поехать к Грейси, но уже поздно, и последнее, чего я хочу, — это расстраивать ее, будя после того, как мы наконец добрались до места, где, я думаю, у нас все может быть в порядке.

Я раздеваюсь и принимаю душ, смывая с себя дневную усталость, а потом ложусь спать в надежде хорошо выспаться, чтобы завтра быть бодрым и готовым увидеться с Грейси.

Мы еще не строили никаких планов, но мне нужно ее увидеть.

Только я ворочаюсь с боку на бок, не в силах отключить свой мозг, когда мысли о последних сорока восьми часах вторгаются в мой разум. Конечно, это был хреновый поворот событий, но я не могу не радоваться, что теперь все открыто. Мы с Грейси можем открыто исследовать наши отношения, между нами нет секретов, и я никогда не перестану быть благодарен за это.

Даже если это был сумасшедший поворот событий, который привел нас сюда.

Я снова ерзаю на кровати, всерьез раздумывая, не встать ли и не спуститься в подвал — который, по сути, представляет собой переоборудованный тренажерный зал, которым никто из нас на самом деле не пользуется, — чтобы, надеюсь, сбросить часть энергии, которой, кажется, переполняет мое тело, но открывающаяся дверь спальни заставляет меня замереть.

Что за черт? Никто никогда не заходит в комнаты друг друга, не постучав предварительно.

Я сажусь, щурясь в темноту, и мое сердце замирает на мгновение, прежде чем подпрыгнуть, когда я понимаю, кто позволяет себе войти в мою комнату.

— Грейси? — Шепчу я, и она шикает на меня.

Она немного двигается, и мне требуется мгновение, чтобы понять, что она раздевается, прежде чем она, наконец, скользит в кровать рядом со мной.

— Я не могла уснуть, — бормочет она в темноту, и я притягиваю ее в свои объятия, целуя в волосы, пока мы устраиваемся так, чтобы она была спиной ко мне.

— Я тоже, но, думаю, теперь мы оба прекрасно выспимся.

Я еще раз целую ее в плечо, прежде чем вздохнуть и расслабиться в постели.

Это было именно то, что мне было нужно, чтобы успокоить свой мозг: она в моей постели, мои руки обнимают ее.

Ничто не может быть более совершенным, чем это.

Грейси

Меня окружает тепло, и я, моргнув, открываю глаза и обнаруживаю, что практически лежу на Ноа. События последних нескольких дней захлестывают меня, включая тот факт, что, когда я не могла уснуть прошлой ночью, я направилась сюда и вломилась, поскольку Ноа делал это со мной так много раз.