Боже, как бы я хотела увидеть его лицо. Посмотреть, как приоткрывается его рот, когда он тяжело дышит, как сжимаются его челюсти, когда он борется за контроль.

Я хотела бы поцеловать его, и это самая ужасающая мысль, которая у меня когда-либо была, потому что поцелуй с ним не привел бы ни к чему, кроме опасности.

— Черт, Грейси, — хрипит он, его голос звучит еще более искаженно, чем обычно, и мои глаза закатываются, когда его член попадает именно туда, куда мне нужно. Он отпускает мои волосы и наклоняется, чтобы прижать большой палец к моему клитору. — Мне нужно, чтобы ты кончила для меня, детка. — Он делает медленные круги большим пальцем, нажим правильный, именно то, что мне нужно, чтобы достичь цели. — Мне нужно почувствовать это, любимая. Ты будешь вести себя хорошо и дашь мне то, что мне нужно?

Я всхлипываю, моя голова наклоняется вперед теперь, когда его рука не в моих волосах, чтобы поддержать меня, и я прижимаюсь лбом к его лбу. Маска прохладная на моей коже, и я чувствую, как он тяжело дышит.

Осознание того, что он сейчас так же близок, как и я, заводит меня еще больше.

— Так хорошо, — шепчу я. — Так приятно.

— Да, это так, — стонет он. — Черт, ты так крепко обнимаешь меня.

Он сжимает мой клитор большим и указательным пальцами и каким-то образом делает это так, что его член одновременно попадает в мою точку G. Это заставляет меня вскрикивать, когда меня захлестывает оргазм.

В глазах у меня белеет, мной овладевает туманное чувство, эйфория разливается по венам, и я кончаю так сильно, что почти теряю сознание. Я смутно осознаю, что мой преследователь ругается, его бедра покачиваются, прежде чем он напрягается и стонет, кончая одновременно со мной.

Я несколько раз моргаю, медленно возвращаясь в настоящее. Он тяжело дышит, все его тело прижато к моему, а голова уткнулась в мою шею. Я почти могу представить нас такими, но в фантастической версии, где маска снята, и он покрывает поцелуями мою шею, прежде чем приблизить свои губы к моим.

От этого образа у меня внутри все сжимается. Мы этого не допустим, потому что это слишком чертовски неправильно, чтобы из этого что-то могло получиться.

Он вздыхает и отстраняется, чтобы посмотреть на меня.

— Ты потрясающая, любимая, — шепчет он, прежде чем выйти из меня и поставить на ноги.

Как только он убирает свой член, меня охватывает холодок, когда я осознаю, насколько тупыми мы оба были. Я ни разу не заметила, что он не остановился, чтобы надеть презерватив. Даже когда он вышел из меня, и мы стояли там обнаженные всего несколько минут назад, я не думала об этом, и только сейчас, когда его сперма буквально вытекает из меня, я осознаю реальность.

— Мы не пользовались презервативом, — выдыхаю я, меня охватывает ужас.

Он небрежно пожимает плечами, прежде чем спрятаться. — Я знаю.

Я знаю.

Он, блядь, серьезно сейчас?

Он знал, и ему просто было все равно.

Он сделал это нарочно?

Я принимаю противозачаточные, так что защищена от беременности, но он этого не знал.

И кто знает, со сколькими людьми он был. Он чист? Или мне нужно сдать анализы? Я имею в виду… Я все равно пройду тестирование, потому что я так не рискую, но все же!

— Ты знал? — Я практически визжу, натягивая леггинсы и пытаясь привести себя в хоть какой-то презентабельный вид. — Для тебя это какая-то игра? Что это на этот раз, попытка обрюхатить меня и заманить в ловушку? Знаешь, я знала, что ты сумасшедший, но я подумала, что, возможно, на каком-то уровне я тебе небезразлична. Очевидно, что тебе наплевать, что ты делаешь и кому причиняешь боль, пока это соответствует твоим планам.

Он вздыхает, и это долгий страдальческий звук, прежде чем он делает несколько шагов назад. — Ты принимаешь таблетки, и мы оба чисты. Я бы никогда не стал рисковать тобой и подвергать опасности. Несмотря на то, что ты, кажется, думаешь, я всегда ставил и буду ставить твои потребности выше своих и чьих-либо еще, но если тебе станет легче от того, что ты разозлишься на меня, тогда сделай это. Я здесь для всего, что тебе нужно.

Я даже не могу осмыслить то, что он говорит прямо сейчас. Солнце начинает садиться, и моя семья, наверное, начинает задаваться вопросом, где я нахожусь, поэтому я заставляю себя сделать шаг, потом другой. Он остается на месте, и я бросаю последний взгляд в его сторону, прежде чем убегаю.

Ноа

Я постукиваю краешком телефона по мраморной столешнице, мои нервы на пределе после всего, что произошло вчера.

Я бы с удовольствием сказал, что там, в лесу, ситуация вышла из-под контроля и что я бы не позволил этому случиться снова, но это было бы ложью.

Грейси раскрывает все самые лучшие и худшие стороны меня, и то, что я провожу так много времени рядом с ней в последнее время, означает, что мой контроль летит ко всем чертям. Я просто не могу сдерживаться, когда мы находимся в таком моменте, каком были вчера.

Все зашло немного слишком далеко, но я также думаю, что то, что произошло, было одним из лучших событий, которые могли произойти с нами.

Вчера у нас впервые состоялся настоящий разговор, когда на мне была маска, отличный от насмешек и ночи в клубе. Грейси, казалось, поняла, насколько серьезно я к ней отношусь, и мне удалось лучше понять, как она ко всему относилась.

Но потом я все испортил, наплевав на презерватив. Лично я не вижу, почему это так важно, поскольку я, очевидно, никогда не подвергал ее опасности подхватить что-нибудь, я знал, что она чиста и принимает таблетки. Если бы это было не так, я бы никогда не сделал того, что сделал. Возможно, это эгоистично с моей стороны, но я пока не хочу делить ее с ребенком, я хочу оставить ее себе на некоторое время, прежде чем у нас будет семья.

Очевидно, она не воспринимала это как несущественную проблему, как я, потому что потеряла свой вечно любящий разум и в конце концов сбежала от меня. Я не преследовал ее, зная, что ей нужно время, чтобы все обдумать, но я написал ей со своего обычного номера, чтобы проверить, как она, поскольку я знал, что она пойдет на прогулку, и, очевидно, я просто беспокоился о том, что она была в лесу одна.

Но что меня беспокоит, так это то, что она не ответила мне. Я знаю, что она вернулась домой, но с чего бы ей избегать меня?

Меня, как Ноа. Не меня, как парня в маске.

Я уверен, что она этого не поняла, так по какой причине она не отвечает мне? Я не могу понять этого.

Я вздыхаю и перестаю сжимать телефон, пока не разбил его вдребезги. Я не знаю, ответит ли она, и не могу найти ее контактную информацию. С моей стороны было бы разумно позвонить ей и проверить, все ли в порядке? Я просто беспокоюсь за нее и хочу убедиться, что с ней все в порядке, ведь вчера она ушла гулять одна и с тех пор от нее нет вестей.

Приняв решение, я нажимаю кнопку вызова и задерживаю дыхание, когда звонит телефон. Она берет трубку после пятого гудка, и воздух со свистом покидает меня, когда из динамика доносится ее голос.

— Привет, — говорит она, и мое тело расслабляется.

— Привет, малышка, — бормочу я. — Ты в порядке? Ты не перезвонила мне вчера после того, как ты сказала, что идешь гулять, и я забеспокоился. С тобой все в порядке?

Она тихо чертыхается себе под нос, и это вызывает улыбку на моем лице. — Прости, Ноа. Я не хотела игнорировать тебя, я просто была погружена в свои мысли и не поняла, что не ответила.

В свои мысли? — Значит ли это, что она была слишком занята мыслями обо мне в маске, чтобы думать обо мне как о друге? Почему это меня бесит?

Я внутренне усмехаюсь над собой, прежде чем заставляю себя вернуться к тому, что она говорит.

— Просто у меня было о чем подумать, вот и все. Прости, что я тебя побеспокоила.

— Все в порядке, — быстро говорю я, не желая, чтобы она чувствовала себя неловко. — Я просто рад, что с тобой все в порядке. Это снова он? Ты что-нибудь слышала о нем? — Спрашиваю я, гадая, собирается ли она снова мне солгать.