— Вот и все, детка, — шепчет он мне в рот. — Используй меня, чтобы кончить.

Затем его рот атакует мой, его язык проводит по моей нижней губе, прежде чем погрузиться в мой рот, и я наклоняюсь к нему, нуждаясь в большем, когда двигаюсь навстречу ему.

Его тело так крепко прижато к моему, и мне так чертовски приятно, когда я трусь об него.

Он отрывает свой рот, и я всхлипываю, но прежде чем я успеваю упрекнуть его в поддразнивании, его голова опускается, и он начинает покрывать поцелуями мою шею, отчего мое тело словно горит.

В прошлый раз, когда мы были вместе, все произошло в спешке. Я не была уверена в том, что мы делаем, поскольку из всех людей я была больше сосредоточена на том, чтобы делать это с Ноа, но теперь, когда иллюзия исчезла, все, что я могу делать, — это чувствовать.

Чувствую его горячее дыхание на своей коже, и мне так чертовски приятно быть с ним без маски между нами.

— Ноа, — стону я, и звук его имени на моих губах заставляет его застонать.

— Вот и все, детка. Продолжай. — Его язык скользит вверх по моей шее, прежде чем он снова прижимается губами к моим в обжигающем поцелуе и шепчет мне в рот. — Кончи для меня, Грейси.

И я кончаю.

Я не в силах остановиться, когда он двигается против меня, все мое тело горит, когда меня охватывает раскаленное добела наслаждение, и я поддаюсь оргазму. Его рот все еще прижат к моему, но мы оба тяжело дышим, вдыхая друг друга.

Как только я, наконец, прихожу в себя, моя рука тянется расстегнуть его брюки, чтобы я могла отплатить ему тем же, но он отстраняется раньше, чем я успеваю, качая головой, и я хмурюсь.

— Тебе нужно идти на занятия, малышка, — говорит он, подмигивая, прежде чем провести пальцами по моим волосам, как будто пытается придать мне хотя бы немного презентабельный вид, открывает дверь и бросает на меня взгляд, говорящий что я должна выйти.

Что ж, это был неожиданный поворот в моей жизни.

Ноа

Я на седьмом небе от счастья, когда захожу в коттедж с неизменной улыбкой на лице.

Сегодня мы сделали шаг, который я считал невозможным всего несколько месяцев назад.

Грейси позволила мне поцеловать ее, прикоснуться к ней, заставить ее кончить.

И это было не из-за страсти момента, она хотела этого, и это делает его еще более особенным.

Мы ходили на свидания неделями, но в них всегда были какие-то аспекты, которые казались немного платоническими, но сегодня все было не так.

Ну, я бы не назвал то, что я затащил ее в кладовку в здании колледжа, свиданием, но все же.

Я не мог не увести ее куда-нибудь подальше от посторонних глаз.

Особенно после того, как прошлой ночью она прошептала мое имя во сне.

Я думал, что уже люблю ее всем сердцем, но каждый новый день с ней заставляет меня влюбляться все сильнее и глубже.

Она… ну, она для меня все.

— Ты выдашь себя, если будешь продолжать ходить с этой жуткой улыбкой на лице. — Голос Ланы вырывает меня из моих размышлений, и я поднимаю глаза, чтобы увидеть, что она сидит за кухонным столиком с ноутбуком перед собой.

Я оглядываюсь по сторонам, желая убедиться, что она обращается ко мне. — Мы одни, не волнуйся, — говорит она, пренебрежительно отмахиваясь, поэтому я сажусь напротив нее, пристально смотрю на нее и жду, когда она скажет мне, о чем, черт возьми, она говорит.

Она смотрит в ответ, и когда я ничего не говорю, она вздыхает и закрывает ноутбук.

— Как жизнь, Ноа?

Мои губы кривятся. — Хорошо. Как твоя жизнь, Лана?

— Прекрасно, — ворчит она. — Когда ты планируешь сказать Коулу, что на самом деле Грейси встречается с тобой?

На мгновение мир вращается вокруг своей оси, в то время как мое сердце угрожает выскочить из груди. Я чувствую, как кровь отливает от моего лица, когда я смотрю на девушку передо мной.

— Ты знаешь? — Спрашиваю я хриплым голосом.

Лана фыркает. — Я уже давно подозревала, и ты только что подтвердил это.

— Как? — Спрашиваю я.

Я был так осторожен, так чертовски осторожен, что мне трудно с этим смириться.

Она пожимает плечами, как будто все это не имеет большого значения. Как будто ее знание не могло взорвать всю мою жизнь.

— Я наблюдательна. И я пару раз видела, как ты заходил в ее дом, когда я выходила на пробежку. Кстати, надеть маску посреди парковки — верный способ заставить людей задавать вопросы, — говорит она с запинкой.

Я делаю глубокий вдох и зажимаю переносицу, пытаясь не сорваться.

Как только я, наконец, чувствую подобие спокойствия, я сосредотачиваю все свое внимание на ней.

— Ты собираешься рассказать Коулу?

Она смотрит на меня, ее глаза сверлят мои, и мне приходится заставить себя не ерзать.

— Не-а, — говорит она, и от нахлынувшего на меня облегчения у меня почти кружится голова, пока она не бормочет: — Я думаю, что тебе следует рассказать ему, и как можно скорее. — Она пронзает меня свирепым взглядом, и по этому взгляду я могу сказать, что она не шутит. Если я буду ждать слишком долго, чтобы рассказать Коулу, она скажет ему сама.

Я медленно выдыхаю, и мне в голову приходит мысль. — Это ты оставляешь мне записки и пишешь смс с неизвестного номера? — Спрашиваю я, решив, что лучше спросить ее прямо.

На ее лице появляется замешательство, и она хмурится. — Нет, если бы я хотела сделать что-то подобное, я была бы гораздо изобретательнее. О чем говорится в сообщениях?

Я вздыхаю, потому что часть меня действительно надеялась, что это дело рук Ланы, но поскольку она, кажется, знает все, что здесь происходит, поговорить с ней об этом не повредит. — Пишет, что, по моему мнению, сделал бы Коул, если бы узнал обо мне и своей младшей сестре... О том, что сделал бы Коул, если бы узнал, что я навещал ее в маске. На данный момент я беспокоюсь даже не о Коуле, а о Грейси.

Лана моргает, потом еще раз. — Что ты имеешь в виду, говоря, что ты беспокоишься о Грейси? — спрашивает она, и я хмурюсь.

— Ну и что будет, когда она поймет, что за маской скрываюсь я?

Ее рот открывается, а глаза расширяются, и я думаю, что это первый раз, когда я вижу шок на ее лице. — Ты хочешь сказать, что Грейси не знает, что это ты в маске? Я думала, это просто какой-то ваш с ней общий интерес, о котором она знала.

Я фыркаю, радуясь, что смог удивить ее хотя бы чем-то, но я также внутренне ругаю себя за то, что только что раскрыл ей секрет, который не уверен, что хочу, чтобы она знала.

Что ж, теперь пути назад нет.

— Она понятия не имеет, но все становится немного... запутанным. Мы начали встречаться с настоящим мной, но потом она стала отвечать и на мои сообщения как преследователя, и теперь я чертовски сбит с толку. Добавь сюда записки, которые я получал, и все это пиздец. Я понятия не имею, что происходит, все, что я знаю, это то, что мысль о том, что Грейси узнает правду и бросит меня... — Я замолкаю, не желая даже думать о такой возможности.

Лана явно считает мою боль забавной, потому что она разражается смехом, а я свирепо смотрю на нее.

— Прости, — говорит она, все еще немного хрипя. — Но это чертовски круто. Боже мой.

— Я рад, что ты находишь мои проблемы забавными, — сухо говорю я, продолжая хмуро смотреть на нее.

— Хочешь мой совет? — спрашивает она, когда, наконец, успокаивается, и я киваю.

Не уверен, насколько хорошим будет ее совет, потому что, ну… это Лана, но я думаю, услышать то, что она хочет сказать, не повредит. Я уже раскрыл гораздо больше, чем следовало, так что я могу также посмотреть, смогу ли я извлечь какие-либо выгоды из всего этого дерьмового шоу.

— Тебе следует рассказать все Грейси, а потом признаться во всем Коулу. Тот, кто оставляет тебе записки и отправляет сообщения, явно пытается настроить против тебя Коула, и ты будешь ходить по кругу, пытаясь скрыть свою ложь. Лучше просто во всем признаться и будь что будет. Думаю, Грейси разозлится из-за того, что ты ей солгала, а Коул в любом случае будет в ярости, но вы сможете все уладить. Чем дольше ты хранишь свои секреты, тем страшнее будет предательство. Просто подумай об этом, — говорит она и встает, хватая свой ноутбук, прежде чем отправиться обратно в ее с Коулом комнату, оставляя меня обдумывать ее слова.