‘ Я тебя знаю! ’ безрезультатно выпаливает Тали. Ее большие светло-карие глаза расширяются.

Что ж, отлично.

Я размазываю по лицу маску счастья и лучезарно смотрю на свою дочь. ‘Tal! И Дженни. Я встречаюсь с сестрой широко раскрытыми глазами. - Что привело вас сюда, ребята?

‘ Ребекка сказала мне, что в городе появилась новая знаменитость по лакроссу, которая остановилась у нее дома? Дженни переключает свое внимание на солнечную Иорданию, и Тали следует ее примеру.

- Джордан. - Джордан протягивает руку, и моя сестра только смеется.

‘ В этой семье мы любим обниматься. Можно я тебя обниму, Джордан? - Спрашивает Дженни. Джордан, конечно, весело кивает, и они обнимаются, как старые приятели. Дженни она понравится. Хотя в "Нью-Хейвен Сурки", моей профессиональной команде по лакроссу, меня знают как вечного оптимиста, мне нравится думать, что я занимаю золотую середину, когда дело доходит до энтузиазма. Женевьева Уилсон, с другой стороны, представляет собой сгусток энергии, готовый взорваться.

‘ Я Женевьева. Сестра этого дурака, одна из двух, ’ говорит Дженни Джордану, поправляя свою толстую белую повязку на голове. У Дженни мамины каштановые волосы, и она, как обычно, забирает их наверх, заколкой в виде когтей, в сочетании с тем, что, как я узнаю, является ее рабочим комбинезоном, джинсовой тканью с короткими рукавами и поношенными ботинками.

- Рад с тобой познакомиться. - Джордан улыбается, затем присаживается на корточки рядом с Тали. Тали никогда не была робкой, обычно стремилась познакомиться с новыми людьми, и магнетизм Джордан творит с ней дополнительные чудеса, как и с нашими туристами. ‘Ты тоже! Но ты прав. Мне кажется, я тебя знаю. Tali?’

‘ Ага. ’ Детское личико Тали расплывается в широкой улыбке, губы посинели от того, что определенно было одним из домашних соков Дженни. При следующих словах она морщит свой слегка веснушчатый носик. - Знаешь, папочка сказал, что тебе следует быть в Оклахоме!

‘ О, неужели он? Я наблюдаю, как брови Джордан ползут вверх по ее лбу, и она бросает на меня удивленный взгляд через плечо. Возвращаясь к Тали, она прижимает руку к груди. - Ну, меня зовут Джордан, и я думал, что сейчас буду в Оклахоме, но этим летом я работаю у твоего отца.

Когда Джордан и Тали умчались прочь, Дженни толкнула меня в плечо и драматично прочистила горло. - Перестань пялиться на задницу этой женщины, Родни.

‘ Что? Я усмехаюсь, но мой голос предательски срывается. - Я не пялюсь ни на какую женскую задницу.

‘ Говори за себя. Я думаю, у нее замечательная задница. Я думаю, она замечательная.

-Дженни, заткнись.

‘ О-о-о! Она притворно удрученно вздыхает. ‘ Разве я не могу время от времени беспокоить своего младшего брата? Тебя давно не было. От Ребекки я узнал об этом событии. Знаешь, ты могла бы написать мне.

- Я понятия не имел, - бормочу я сквозь стиснутые зубы, - что она будет здесь.

‘ О Боже мой. Следующие слова Женевьева буквально произносит трелью. - Ты снова положил глаз на женщину.

—Женевьева...

- Ты делаешь! - она практически шепчет- кричит. ‘ Наконец-то! Ты знаешь...

Прежде чем моя сестра успевает закричать на весь мир, что я влюблен, как гребаный школьник, Джордан спасает нас. ‘ Извините, мне пора идти. Она застенчиво улыбается. - У меня виртуальная встреча со Жнецами, на которую мне нужно успеть, но было так приятно познакомиться с вами, Женевьева и Тали.

‘ Еще увидимся, милая! Дженни машет Джордан на прощание, когда та направляется к своей машине. Затем, обращаясь ко мне и, возможно, к Тали: ‘О, она мне нравится. Этим летом у нее все будет фантастически".

‘ Она мне тоже нравится, ’ щебечет Тали, хватая меня за пустую руку. Другой рукой я перекидываю сумку через плечо, и мы направляемся к моему минивэну. Я знаю, я вожу минивэн. Смейся сколько хочешь. Я уступил свой грузовик Дженни, чтобы использовать его для ее коневодческой фермы, когда родилась Тали, и мы поняли, что нам нужно что-то более безопасное, чем пассажирское сиденье Silverado.

Голос Дженни практически эхом отдается у меня в голове всю обратную дорогу. Я не смотрю на женщину. Я определенно не смотрю на Джордан. ‘Большие шансы на хорошие отношения’ Джордан. Ну и что, что она самый непосредственный человек, которого я когда-либо встречал? Ну и что, что у нее просто потрясающее тело? Ну и что с того, что я не могу решить, вызывает ли у меня желание переломить свой табельный планшет о колено или посмотреть ей прямо в глаза, притянуть ее к себе за эту идеальную талию и...

- Ну что, Родди.

Очевидно, мы добрались до машины, потому что Тали выжидающе тянет меня за рукав. Дженни ухмыляется, скрещивая руки на груди. - Попомни мои слова, наконец-то на твоей сварливой роже появилось то, чего я не видел годами.

‘Папа, ты ходил во сне?’ Тали интонирует с нахальная рука на бедре. Она определенно унаследовала это от Уилсона.

Криво усмехнувшись, я открываю дверь микроавтобуса, сажаю Тали в ее бустер и помогаю пристегнуть ремень.

Словно подтверждая мою точку зрения о дерзости Тали Уилсон, Дженни добавляет: "Итак, во что ты играешь?"

‘ Я не знаю, что это такое, чувак. Она примерно на пять уровней выше меня по энергии. Она практически излучает свет семь часов подряд. Я не знаю, что происходит с моей головой. Я даже не уверен, что это она с ней возится. Я понятия не имею, чего хочу. Это действительно так глубоко, Джен?’ Я вздыхаю, закрывая дверь. Лжец. Ты чертовски уверен, что понимаешь, чего хочешь.

‘ Нет. Это не обязательно должно быть настолько глубоко. Все, что я хочу сказать, - она поднимает бровь, - это то, что иногда можно повеселиться. Позволь себе хотеть чего-то ради самого желания. Знаешь, никто не собирается наказывать тебя за то, что ты вернулся туда. Меньше всего в этом городе.

Неопытный

Иордания

T

грязь прилипает к моим ладоням, когда я опускаю семена в землю, достаточно мелко, чтобы они лежали поверх слоя почвы. Лаванда - тонкое искусство. Мне достаточно повезло, что Ребекка посадила мне грядку в своем саду, но все дело в технике, в любви, с которой вы ее сажаете. Чем с большей любовью вы его сажаете, тем сильнее его аромат, когда оно вырастет.

Улыбка расплывается по моему лицу, когда солнце начинает паливать, а на лбу выступают капельки пота. Песня Зака Брайана и Ноя Кахана ‘Sara's Place’ звучит из динамика на брелке, прикрепленном к моей садовой сумке сзади меня. Мне достаточно повезло, что благодаря всей работе, которую я выполнял на ранчо и ферме, на которых вырос, я научился выполнять эти задачи, не слишком задумываясь. Это позволяет мне наслаждаться ими намного больше, чем если бы я была чрезмерно сосредоточена на каждом семени, которое сажаю в землю, когда яиду по ряду, шлифую почву и добавляю

семена.

- Когда я могу ожидать результатов?

Голос ребекки привлекает мое внимание. Я поднимаю взгляд с усмешкой. - Надеюсь, недели через две они прорастут.

‘ Разве это не прекрасно? Ребекка упирает руки в бедра, звеня сегодняшним набором разноцветных браслетов. Она с удовлетворением оглядывает свой сад. ‘ Следующим летом будет награда, подожди. И эта лаванда. … Джордан, где, черт возьми, ты научился так вести хозяйство?

Я с довольным вздохом сажусь на корточки, отряхивая грязь с рук. ‘ Домой, мэм. У меня был дом в сто с чем-то квадратных футов. Это было практически все, что мы обрабатывали, потому что кроме этого, это были земли ранчо, лошади и крупный рогатый скот. Это терапия, в перерывах между работой, спортом и школой. Посадил его только для себя, и потом это приносило дополнительные деньги, когда туристы приезжали за покупками ".

‘ От Оклахомы до Массачусетса, ’ замечает Ребекка, присаживаясь на корточки и растирая землю между пальцами. "Добавляя песок, вот как я понял, что ты серьезно относишься к этим вещам".