Набравшись смелости, слегка выдуваю живот. Потом ещё и ещё... Представляю, что однажды он будет вот такой, а внутри будет полноценно ощущаться человек.

Я буду свободна к тому времени?

А от чувств к нему когда я стану свободной? Буду искать в ребенке его? Встречу после... Нормального? Смогу когда-то... Без боли, унижения, страха, что всё повторится?

По телу идет дрожь, но я не знаю, это мои мысли или резко врывающаяся в ванную реальность.

Не успеваю одернуть от живота руку, прикрыться или даже отвернуться, когда дверь открывается с толчком, занося внутрь вихрь холодного воздуха и не считающего нужным стучаться Руслана.

Глава 15

Лолита

Немая сцена длится всего несколько секунд и растягивается в целую вечность.

Я забываю, как дышать. Моргнуть не могу, не то, что пошевелиться.

Руслан тоже замирает, как будто толкнулся лбом в стекло. Его взгляд скатывается по телу. Я вспыхиваю. Дергаюсь.

Он уводит в сторону.

Тянется к крючку, снимает чистое полотенце и протягивает, сверля взглядом стену.

Я быстро заматываюсь, но всё равно отмечаю, как его взгляд скользит уже по отражению где-то в районе ягодиц. Прячу их. Всю себя прячу.

Он же там не стоял? Не смотрел? Ворвался просто?

Он же не видел ничего?

– Извини. – Его голос звучит глухо. Просьба простить – не сказать, чтобы сильно сокрушительно.

Я зачем-то киваю, отступая. Смотрю вокруг. Чувствую, как под коленом бьет кошачий хвост.

Это все из-за тебя, зараза!

Злюсь на нее адски. И смотрю тоже на ней. Лучше на Сафиру, чем на Руслана. Но кошка, как издеваясь, трется о мои ноги и мяукнув что-то Руслану, просачивается прочь через ту же щель.

А он не уходит.

Его присутствие ощущается с каждой секундой яснее. Примешиваются запах и тепло. Он слишком большой... М-м-м... Объект, чтобы остаться посреди маленькой ванной незаметным или незначительным.

– Можно не врываться. Стучать, например. – Заставляю себя посмотреть Руслану в глаза, пряча дикое смущение под претензией.

Считаю секунды про себя, но это не помогает сохранять самообладание.

В ответ он смотрит спокойно. Уже расслабленно. Ему взять себя в руки проще. Может быть, потому что в отличие от меня он одет. А может быть, потому что в отличие от меня ничего лишнего не чувствует.

Изменился ли? Не сильно. В глаза бросается обновленная стрижка: виски сделаны коротко. Ему красиво. Да и вообще выглядит он хорошо. Одет неброско, но безупречно. Гладко выбрит. Наверное, лучше высыпается. Или без моего присутствия ему дышится свободнее.

Понял ли?

Если бы понял – сразу сказал, а так… Чувства внутри смешанные: облегчение и нерациональная досада. Иногда мне очень хочется обрушить ему на голову всю правду. Выложить на стол весь карт-бланш последствий его идиотского, успешно завершенного, задания.

– Я ждал тебя в спальне. Времени мало. Спешу. Подумал, ты затихла. Фен выключила. Кошку пустила. Красишься, наверное. Или что вы обычно делаете после душа?

– Спать идем.

Когда я ездила к тебе – делала макияж, чтобы тек во время секса, укладку – чтобы ты волосы на кулак намотал и прогнул, как хочешь. Но теперь не так. Теперь я в девять – спать. А ты ебешь других. Или другую.

Наш диалог объективно лишен смысла. Не знаю, зачем мы его ведем.

Я очень ярко чувствую капельки воды на плечах. Постепенно становится прохладно, а потом наоборот – жарковато. Кожу заливает краской, а взгляд Руслана позволяет то, что я позволять ему не хочу.

Спускается по переносице к губам и ниже. Скользит по шее и плечу, задерживается на ключице.

Он мрачнеет. Я злюсь.

Просто, блин, не лезь ты. В прошлое.

– Может ты хотя бы отвернешься?

На просьбе мой голос срывается. Взгляд Руслана возвращается к глазам. Я осознаю, что давно не видела его радужки настолько прозрачными. А когда видела, верила каждому слову.

Боль пульсирует за ребрами и разрастается, я с силой вжимаю в грудную клетку узел полотенца.

– Пожалуйста.

Руслан смаргивает и отворачивается. Я, не теряя времени, быстро ныряю в широкие штанины тонкого пижамного костюма. Сбросив полотенце – надеваю кофту тоже. Моя пижама – совсем не такая, как у Марго. Без кружева. Я не хочу скользящих материалов и соблазнительных силуэтов. Больше – обтянуть себя тонкой тканью с примесью кашемира, как второй кожей. Цвета мне нравятся серые. Единственный минус – сквозь мелкую вязку просвечиваются ареолы и слишком явно торчат соски. Я закрываюсь, сложив на груди руки. Смотрю в спину, которая уже за это время не стала.

Мне сложно не видеть в нем мужчину. Он слишком... Всепоглощающе мой идеал.

Прокашливаюсь.

Руслан поворачивает голову:

– Я ничего не видел. – Врет. И я вру, когда высокомерно фыркаю.

Разворачивается. Я закончила, но ещё не разрешала. Ему похуй? Да. Мне, в целом, тоже.

После паузы Руслан добавляет совсем лишнее:

– Да и видел там всё.

Не испытывает ни стыда, ни сожаления, ещё раз скользя по пижаме. Нравится ли? Не знаю. Мне должно быть плевать.

Игнорируя душевную боль на каждом его слове, парирую:

– В прошлой жизни.

Голубые глаза находят мои. Мы оба знаем, что гордость свою таким образом сохранить у меня не выйдет, но я даже немного благодарна Руслану, что не глумится. Тихо отвечает:

– Да. В ней.

Дальше – глубокий вдох, на котором расходится такая же широкая, как спина, грудная клетка. Я непроизвольно спускаюсь по торсу. Прикусываю язык и сильнее сжимаю пальцы под подмышками, чтобы не потянуться к нему и не поднять футболку.

Его шрамы и татуировки – уже не мое дело. Как не его – мое тело.

Пусть она лечит. Волнуется. Заботится.

– Как дела, Лолита? – Самый повторяемый в нашем мире вопрос повергает почти в такой же шок, как увидеть его на пороге своей ванной голой. Я открываю-закрываю рот, но сходу ничего не говорю.

Как дела? Это ты мне скажи. А ещё скажи, какая тебе разница и зачем ты пришел вот сейчас.

– У меня всё хорошо, спасибо. А у тебя?

Мой светский тон и шаблонный вежливо проговоренный набор слов в ответ вызывает у Руслана иронию. Уголки по-мужски красивых губ подрагивают. Это обидно, но в то же время я во всем ищу хорошие знаки. Сейчас он намного более расслаблен, чем был в лесу. Это магия Португалии или Марго? Если второй – она молодец.

– Тоже неплохо.

Разговор затихает. Зачем он – по-прежнему непонятно. Руслан пробегается взглядом по моим баночкам. Я сдерживаю желание оправдаться за траты. Он ничего еще не сказал, но я все равно чувствую себя неловко. С ним. Из-за него.

– Ты не шикуешь.

– Я купила всё необходимое. Спасибо.

Ему без разницы мои благодарности. Взгляд возвращается к лицу и проникает жаром под кожу. Он всегда смотрит пристально и глубоко. А я трачу всю себя на сохранение дистанции.

– Учись у Марго, Лолита.

Полушуточное замечание, смысл которого я вполне могу угадать, больно ранит. Но Руслан вряд ли это понимает. Он вообще не силен в обычных человеческих чувствах. Топчет, потому что не видит в них ценности.

– Спасибо, но нет. Подход к жизни Марго меня совершенно не устраивает. – Я проговариваю это скорее для себя. Он-то не в курсе, о чем мы с его подружкой болтаем за чаем. Или в курсе?

Новая пауза, в которую он просто смотрит на меня, а я ищу возможность увести куда-то взгляд, мучает. Я судорожно соображаю, что бы сказать, хотя разговаривать вроде бы пришел он. Нахожу и выпаливаю, не взвесив:

– Я могу устроиться на работу?

Ошарашиваю судя по тому, что лицо Руслана меняется. Я слишком хорошо разбираюсь в его физиологических реакциях, чтобы не подметить каждую мелочь: приподнявшиеся брови. Удивление в глазах. Плотнее сомкнутые губы и напряженные мышцы по телу. На контрасте с этим тихо-осторожное: