Чувствую взгляд. Если бы тяжелая рука легла на голову – я бы заснула тут же, а может быть просто расплакалась. Знаю это, но не прошу.

Мне страшно. Мне нужен человек.

Его сушит. Он снова сглатывает.

– В аптеке ты никому не звонила? – Спрашивает запоздало.

Я честно мотаю головой, зарываясь в одеяло плотнее. Он – такой же жестокий, как все они, но рядом с ним мне спокойнее.

– Нет. Там я струсила.

Не отвечает. Я и не жду. По полу ползет сквозняк, но плевать, зато дрожь отпускает. Я слышу глухой стук – Руслан снова вжался затылком в стену. Смотрит перед собой. Думает о чем-то. А я думать не хочу.

Почти засыпаю, когда плеча касаются пальцы. Прикосновение кажется незаслуженно бережным.

– Идем в спальню. Без разницы, здесь или там.

Я не спорю ни секунды.

Вытягиваюсь на кровати и тут же проваливаюсь в сон, чувствуя, как рядом пружинит матрас.

Глава 10

Лолита

Я просыпаюсь из-за того, что по щеке ползет луч солнца. Щекочет ресницы, кожу и значит одно: мы пережили ночь.

Тело ватное после нелогично глубокого сна. Мозг – удивительно отдохнувший.

Запоздало осознав, что луч не сотрется со щеки, прячу руку обратно под теплое одеяло и медленно разлепляю ресницы.

Надо мной – все тот же потолок со свисающей лампочкой.

Мне не нужно смотреть, чтобы знать: Руслан рядом. Я чувствую это всегда: и сквозь сон, и сквозь бред. Сквозь ненависть, отчаянье, неверие. И сейчас тоже, только внутри при этом поразительно спокойно.

Переворачиваюсь на бок и пробегаюсь взглядом по его стороне кровати.

Руслан лежит, вытянувшись на матрасе. Без сомнений, знает, что я проснулась, но не спешит смотреть в ответ.

Между нами – заряженный пистолет и нулевое напряжение. Его пальцы расслабленно сцеплены замком под грудью. Взгляд устремлен вверх. Если бы не открытые глаза, по размеренному дыханию и медленному движению грудной клетки можно было подумать, что он спит.

Хочу поздороваться, но картина завораживает и не дает ни вдохнуть, ни пошевелиться.

Вокруг – жестокий мир, наполненный ужасными поступками, а я обретаю гармонию, изучая красивый профиль будущего отца своего ребенка.

Я даже не знаю, какой он для других людей. Такой же необычно-притягательный, или это мой личный баг? Я ни с кем и никогда его не обсуждала. Только с друзьями, которых он очаровал так же профессионально, как меня.

Боль из-за его предательства никуда не делась, но сегодня я думаю об этом намного спокойнее.

Медлю, боясь разрушить хрупкую идиллию, а Руслан не боится ничего: ни умереть, ни жить. Поворачивается на бок и смотрит на меня в упор. Я считываю его настроение за долю секунды. Сегодня – штиль.

Губы двигаются, а голос с легкой хрипотцой обволакивает меня тихим:

– Привет.

– Привет. Ты спал?

– Немного.

– А я хорошо.

– Я рад.

Разговор звучит вкрадчиво. Без иронии, пауз и двузначностей. Мы замолкаем, но диалог продолжается. Руслан открыто смотрит в глаза, а мне совсем не хочется бороться, колоть или сбегать.

– Давай ещё раз, Лолита. Заново.

– Давай. – Я легко принимаю его предложение. Абсолютная неопределенность будущего делает меня очень стабильной и устойчивой.

– Тебе угрожает смертельная опасность. Доверять тем, кому ты привыкла доверять, уже нельзя. Себе я доверять не прошу, но положиться – да. Придется, чтобы выжить. Я не враг.

– Но и не друг.

После секундных раздумий Руслан ведет вниз подбородком. Да. Всё так.

Когда мы зашли в квартиру – здесь было холодно и пусто, а сейчас воздух пахнет не сыростью, а уютной надеждой.

– Что нужно делать? – Он не видит, а я невзначай трогаю живот. Как бы глажу, хотя там пока вряд ли кто-то это чувствует.

– Твои поддельные документы почти готовы. Долго делали, но пообещали завтра. Ты немного… Поторопилась.

– Извини ещё раз.

Это уже лишнее: что сделано, то сделано. В конце концов, хуже попыткой побега в первую очередь я сделала себе же, но Руслан все равно кивает. Он сегодня тоже другой.

– Тебе нужно выехать. – Такое ожидаемое заключение сильно бьет по нервам. Страх возвращается. Воображение рисует сразу миллион упаднических "вдруг". – Чем быстрее тем лучше. Здесь ты уже не затеряешься. Там… Возможно.

Он не гарантирует. Даже не обещает. Просто… Готов постараться.

– А тебе?

– И мне. – Комкаю ткань своей кофты из-за волнения, а потом резко отпускаю. Очень боялась услышать «нет, ты сама».

Сама я точно не смогу.

– Зачем тебе это? – Повторяю вопрос, на который вчера он не ответил. Мне важно знать цену до того, как соглашусь. И до того, как он узнает о нас больше.

Если раньше подобный диалог априори был обречен на вспышку взаимных колкостей, сегодня иначе просто всё.

Руслан сохраняет спокойствие, но и отстраненности я больше не чувствую.

Между нами нет стены. Только заряженный пистолет.

– Зачем ты тратишь время на меня? Я должна буду что-то отдать? Общак? Я не знаю, что это и где.

Он закрывает глаза. После короткой задержки – мотает головой. Этот заурядный жест разбивает мне сердце.

– Нет. Я хочу тебе помочь. – Слова звучат искренне, но чтобы вытолкнуть их – ему нужны силы. А мне нужны силы, чтобы поверить. Сжимаю губы.

Такие, как он, не умеют ни чувствовать, ни о чувствах говорить. Чувства между нами и невозможны, допытываться не надо, но я не могу удержаться. Пусть считает дурой, мне пофиг. Я повторяю:

– Зачем тебе мне помогать?

– Потому что я перед тобой виноват, а ты – ни в чем.

Руслан очень доходчиво и детально объяснил, как я должна вести себя, проходя паспортный контроль и садясь в самолет. Мои новые документы выписаны на имя, которое кажется абсолютно чужим и которое можно забыть уже через двадцать минут после приземления. Но это – неважные мелочи.

Важно отсюда выбраться.

Я играю легкость и улыбаюсь бортпроводнице, протягивая паспорт и посадочный талон. Очень сложно не оглянуться и не попытаться найти взглядом Руслана, который улетает тоже сегодня, но немного позже и с другого гейта.

Вместе сбегать из ловушки нам нельзя. Ни на камерах светиться, ни числиться в истории полетов. И он, и я летим с пересадками.

Алгоритм моих действий расписан до мельчей и звучит настолько же надежно, как швейцарские часы, но паника всё равно подступает волнами.

Каждый этап прохожу, как решающий.

Дорога в аэропорт. Проверка безопасности. Паспортный контроль. Посадка в самолет.

Я занимаю свое место в бизнес-классе и пытаюсь справиться с очередным приступом сбившегося дыхания, закрыв глаза.

На очереди – взлет.

Моим соседом становится улыбчивый молодой иностранец. Он не против познакомиться и даже пообщаться, но когда самолет отрывается от земли, мне приходится прятать от него выступившие слезы страха вперемешку с облегчением.

На секунду кажется, что я оторвалась от потенциальных убийц, которых даже в лицо не знаю. Но эйфорию обрывает новый поток тревожных мыслей уже над облаками.

Паника накатывает и отпускает. Посещавший уборную слишком часто мужчина лет пятидесяти кажется подозрительным.

Я остро реагирую на звуки, отказываюсь от ледяного просекко, вкусной еды и болтовни с соседом. Совсем не могу спать.

В голове рисуются сценарии будущего, в котором план Руслана не сработал. Например, со мной сейчас летит кто-то из убийц. Или убийцы встретят меня уже в первом аэропорту. Или самолет посадят экстренно, потому что на его борту заложена взрывчатка, но вместо взрывчатки найдут меня.

В свой самолет мог не сесть Руслан. Ему могли навредить. А ещё он сам мог меня обмануть. Выдворить и остаться там.

Меня снова накрывает отчаянье, с которым приходится справляться, сжимая ручки кресла и пялясь в иллюминатор.