Мы садимся в машину отца, крузак[1] последней модели, и выезжаем на проспект Ленина. Я практически не знаю город, потому что мы переехали пару недель назад. Но этот проспект, как я понял, — самая широкая улица, которая тянется от одного конца города к другому. В каждом городе, где мы жили, была такая улица. Окна нашей новой квартиры выходят ровно на площадь Ленина со всем ее оживленным движением. Вот этим я и занимался эти две недели после переезда: изучал улицу из окна, параллельно вникая в программу новой школы.

Здесь все относительно близко. До школы подать рукой, и я думаю, что через пару дней смогу уговорить отца дать мне больше свободы, потому что я вполне могу добираться до школы и обратно сам. А черный блестящий новенький крузак и азиаты внутри у главного входа в школу дают еще больше поводов для сплетен. Мне это не нужно.

— Волнуешься? — спрашивает отец, но глаза от дороги не отрывает: пока еще плохо знаком с местным движением.

— Немного, — честно признаюсь я.

— Мне жаль, что так вышло, Влад, — я поворачиваюсь к нему, — в смысле, что пришлось переехать. Опять. Я не понаслышке знаю, что такое уехать в другой город, даже страну, оставив друзей. Но такое случается…

— Да…

— Я уверен, что здесь у тебя точно все сложится, парень, — отец оптимистично вскидывает кулак в воздух.

— И я надеюсь, что у тебя тоже все сложится, пап.

Нет, правда, я все понимаю. Мой отец — бизнес-консультант в крупной компании, помогает ставить на ноги любой бизнес, разобраться в том, что идет не так. Но даже он может лишь выбрать из перечня компаний ту, с которой будет работать на этот раз. Работа классная, высокооплачиваемая, но, как всегда, приходится чем-то жертвовать. Например, постоянным местом жительства.

Мне довольно легко было расстаться с прежней школой в Екатеринбурге, потому что близких друзей там не было. Мы прожили там всего полгода. Отец довольно быстро завершил тот проект. До этого был Питер. Там мы жили четыре года. И мне нравилось ходить на занятия по дзюдо по вторникам и четвергам, а после — брать мороженое в ближайшем ларьке и гулять по Невскому до самого вечера. Я даже представлял, как обустрою свою жизнь там. Пока отцу снова не сказали переезжать.

Москва, Питер, Казань, Екатеринбург… Возможно, были еще какие-то города, которые я уже не помню. Я привык ни к кому и ни к чему сильно не привязываться. Мне в пору уже отмечать эти города на карте, представляя, будто я просто путешествую в поисках лучшего места.

Но в таком маленьком городе мы впервые. Хотя отец и описывал этот городок как центр IT-технологий и интересных стартапов, но верилось с трудом.

И, похоже, я плохо представлял себе жизнь тут, потому что даже и подумать не мог, что припарковаться будет негде. Отец включил аварийку и абсолютно по-дурацки остановился посреди дороги, напротив ворот школы.

— Удачи! — бросил он мне, но я уже выскочил из машины.

Я вдохнул полной грудью и поспешил слиться с толпой.

Школа внутри выглядит сильно просторнее, чем мне изначально показалось. Несмотря на то, что я побывал в стольких школах, я все равно терялся. С топографией у меня совсем не очень, поэтому я по-идиотски останавливаюсь прямо в проходе, пытаясь рассмотреть план этажа. История, кабинет номер восемь. Меня толкают в плечо и волной уносит по коридору. Мельком я успеваю заметить девчонку с темной копной волос, которая, расталкивая всех, бойко пробирается обратно к выходу. «Ну, удачи!» — думаю я и усмехаюсь.

Первый урок. Знакомство с моим классом и учителем по истории. Мое имя, которое вызывает смех и любопытные взгляды. Я, как ребенок на утреннике, только у доски и произносящий что-то вроде «Приятно познакомиться, будем друзьями!». Притворство, потому что знаю, долго мы тут не задержимся. Упустим детали. День проходит неплохо. Может, здесь все-таки все будет иначе, кто знает?

— Эй, Влада! — кричит с издевкой кому-то в коридоре один из моих одноклассников, и я оборачиваюсь интуитивно, думая, что зовут меня. — Успела всем приготовить обед? А мне что не принесла? Я ведь просил!

Спустя несколько мгновений девчонка с волнистыми темными волосами, которые разметались по ее плечам, врывается в класс. Ровнехонько в момент звонка. Та самая девчонка, которая утром прорывалась через толпу. Она отталкивает парня плечом, гневно бросая:

— Иди ты, Глеб. Научись уже готовить, а то умрешь с голоду, когда съедешь от предков.

А потом добавляет:

— А нет, знаешь, лучше тогда не учись.

Она устало плюхается на заднюю парту и принимается копаться в рюкзаке в поисках нужных учебников. Мне же досталось одинокое место на второй парте, поэтому я сижу вполоборота и разглядываю ее. Красивая. Правильные аккуратные черты лица, курносая и пухлые губы, которые она недовольно поджимает. Такие, как она, в моей прежней школе считались богинями, и за их внимание боролись все парни. Здесь же девчонка явно не в почете. Интересно… Она словно чувствует мой взгляд и поднимает глаза. Я смущенно улыбаюсь ей и сразу отворачиваюсь, чувствуя себя полным придурком.

Этот Глеб сидит прямо передо мной, он тут же спрашивает:

— Понравилась?

Я смотрю на него, но не очень хочу слушать продолжение.

— Что, если так? — явно набиваю цену девчонке.

— Зачем такому, как ты, нищенка? Твоему богатому отцу нужна домработница?

Я возмущенно поднимаю брови, но ответить не успеваю: учитель начинает урок. Я ненароком осматриваю остальных учеников и не могу не отметить, что идеально одет и причесан здесь я один. Похоже, первое впечатление я произвел, но то ли, какое хотел? И почему галстук как будто стал сильнее сжиматься вокруг шеи?..

Во время обеда я все-таки решаю его снять и чуть расстегнуть рубашку, чтобы лучше вписываться в атмосферу. В последних двух школах форма была строгой. Поэтому мама, услышав, что правила одежды здесь довольно лояльные, все равно закупила мне кучу белых рубашек и разных брюк, и даже три (три!) костюма. Сейчас я облегченно выдыхаю, потому что они мне не понадобятся.

Открыв контейнер с обедом, решаю проверить телефон и нахожу там сообщение от мамы:

«Влад, как дела? Как первый день проходит?»

Быстро набираю:

«Порядок.»

— Наш пай-мальчик обедает со всеми в столовой? Я решил по твоему прикиду, что к тебе приедет доставка из ресторана, как минимум, — какой-то белобрысый парень садится напротив, но мне даже разглядывать его не нужно, потому что он в компании Глеба.

Тут все понятно: думают, что школа — их территория. А я чужак. Вот только мне не нужна здесь ни власть, ни внимание. Я просто хочу учиться. Как нормальный человек.

— А я оказался попроще, да, парни? — смерив их взглядом, утыкаюсь в еду.

— Заводи правильные знакомства на новом месте, чувак. Мы тебя в обиду не дадим, если ты с нами, — произносит белобрысый. — Кстати, я Тема, с «бэшки».

— Влад, — киваю я.

— А ты шутник!

Начинается.

— Да не, чувак, — одергивает его Глеб. — Его реально так зовут. Влад Ли.

— Теперь у твоей темноволосой подружки есть тезка, что ли? — неприятно хихикает Тема.

— Она мне не подружка, идиот.

— О ком вы говорите? — уже заинтересованно спрашиваю я, предполагая.

— Влада Иноземцева, — поясняет белобрысый, а потом добавляет: — Она в вашем классе. Низкая, неприметная, вечно половину уроков пропускает… Странная.

Неприметная?..

— Но Глебу здорово отпор дает, — продолжает тот. — А он все не теряет надежды. Влюбился, парень.

— Заткнись, Тем. Правда, не то получишь, — шипит Глеб, озираясь по сторонам. — Нафиг мне нищенка эта не сдалась. У нее с головой не все в порядке.

Я вопросительно смотрю на Тему, у него больше подвешен язык.

— Да она вечно сбегает с уроков. Сначала думали, что из проблемной семьи, но учится вроде неплохо. А потом узнали, что мамке помогает с детьми. У них семья многодетная.

— С уроков сбегает, чтобы маме помочь? — недоверчиво переспрашиваю я.

Тема ведет головой в сторону, мол, «вроде так».