Блондинка из сегодняшних новостей.

Тень: Тебе лучше быть со мной поласковее, Саммер.

Я тихо ахаю, но прячу телефон и быстро прихожу в себя, пока Дэни не заметила. Хотя мое лицо стало совершенно белым.

Саммер: Этого достаточно, чтобы изобличить тебя.

Тень: Ты никому не расскажешь, потому что никогда этого не делала. Тебе нужна моя помощь. Я единственный, кто может защитить тебя от него.

От него? О ком он говорит? Он тот, кто делает это со мной.

Тень: Увидимся на вечеринке.

Мои ладони покрываются холодным потом. Весь этот разговор разыгрался не так, как я себе представляла. Тон этих текстов во многом соответствует тому, каким я представляла себе говорящего Линкольна, но я помню своего безымянного монстра не таким. Это не тот мужчина из моих снов.

Несмотря на его маску, его необузданные эмоции всегда находили путь в мое сердце. Человек на другом конце провода гораздо более расчетливый и логичный — я бы сказала, что он почти бездушен.

САММЕР

Моё тело будто одеревенело за час занятий по английской литературе, где мы разбирали Шекспира. Пронизывающий до костей холод, сковывающий меня, был другого рода. Не от ледяного ливня, в который мы с Дэни попали, промчавшись по кампусу с его бесконечными кирпичными клумбами и горгульями. А от осознания, в какую пучину опасности я себя ввергла.

Шок от новостной ссылки, что прислал Тень, от его намёков, что он стоит за исчезновением Кайли, постепенно проходит, но в голове продолжают крутиться мысли, и я всё ещё пытаюсь их осмыслить.

Нормальные люди были бы до смерти напуганы такой угрозой. У нормальных людей не возникло бы приступа возбуждения при мысли о серийном убийце, нацелившемся на них. Нормальные люди испытывали бы чувство вины за то, что обладают уликами о потенциальном похитителе пропавшей девушки и ничего не предпринимают по этому поводу.

Пропавшая девушка… Есть пропавшая девушка, Саммер. Девушка, которая похожа на тебя.

Я направляюсь в темный и сырой лекционный зал на урок психологии. Тупая, постоянная боль пульсирует в моей челюсти после того часа, который я провела, стиснув зубы, преследуемая видением ее красивого лица. Мысль о ней с ним — порок в моем сознании.

Видя, как Дэни машет мне с задних рядов, я направляюсь к заднему ряду. Когда я поворачиваюсь, Линкольн оказывается прямо передо мной. Темная рябь пробегает по мне, когда наши взгляды встречаются, и это возбуждение захлестывает меня.

Мгновение быстротечно. Тьма поселяется глубоко внутри меня, когда он останавливается передо мной. Я замираю, рассматривая его вблизи. Его сексуальные волосы цвета оникса контрастируют с его бледным лицом, его глаза за очками кажутся каменными, со скулами, которые могли бы разрезать меня на части. Он на добрый фут выше меня, так что мне приходится поднять голову, чтобы посмотреть на него.

Когда я это делаю, меня переполняет узнавание.

Я определенно пересекалась с ним раньше, я уверена в этом — короткая встреча в тускло освещенной комнате. Однако внезапно в памяти возникает отчетливый образ кого-то другого, с четким и ясным лицом. Это искаженное и давно забытое воспоминание.

Он оглядывает меня с ног до головы, и двести человек в этом зале наблюдают, как я таращусь на него и замолкаю, как влюбленная школьница.

Он улыбается мне, и даже его зубы идеальны, как и сочные губы. Его рука находит мою руку, и мое сердцебиение взлетает до невероятных высот.

— Извини меня, — говорит он глубоким и манящим голосом.

Мои бедра сжимаются, и я прикусываю губу, глядя на него, пытаясь представить его по ту сторону экрана.

— Простите, что? — я вздыхаю, вспоминая бесчисленные ночи, когда мой безымянный монстр ласкал меня, и ночь, когда он чуть не погубил меня.

Он поправляет очки и наклоняется ко мне.

— Мне нужно пройти.

Жар приливает к моему лицу, когда пара людей, наблюдающих за нами, хихикают.

— О... да. Конечно.

Я отодвигаюсь, чтобы пропустить его, и он на мгновение хватает меня за руку, когда проскальзывает мимо, словно извиняясь за то, что я выставляю себя идиоткой.

Он не узнал меня. Конечно, он не узнал меня. В его глазах не было ничего, что указывало бы на то, что он знает, кто я. С какой стати, в конце концов?

Значит, это кто-то другой. Это должен быть кто-то другой. Никто не может быть настолько хорошим актером.

Я взбегаю по ступенькам и сажусь рядом с Дэни, наблюдая, как Линкольн занимает свое обычное место внизу.

Дэни бросает на меня недоверчивый взгляд, ее глаза расширяются от смешанного веселья и беспокойства, но, прежде чем она успевает прокомментировать мое отвратительное настроение или то, что меня только что застукали, как я пялилась на нашего ассистента на глазах у всей группы, кто-то подсаживается ко мне сбоку, что отвлекает нас.

Я оглядываюсь и вижу высокого, спортивного, симпатичного парня на стуле рядом со мной.

— Это место занято? — спрашивает он.

Мое сердце бешено колотится, я заставляю себя улыбнуться и украдкой бросаю на него взгляд. От него приятно пахнет, как смесь специй и пота.

— Нет.

Он садится рядом со мной, кладет руку на спинку моего стула, давая понять, что разглядывает меня.

Меня охватывает нервная дрожь — не от близости привлекательного незнакомца, а от леденящей уверенности невидимых глаз, устремленных на меня. Я не отрываю глаз от Линкольна, его профиль четко вырисовывается в тусклом свете, но он не поворачивается ко мне лицом.

— Меня зовут Грант. Как тебя зовут?

Я кладу свою руку в его, чтобы пожать.

— Саммер, — говорю я, прерывисто дыша.

Его глаза мерцают, опускаясь к моей груди, и я не могу удержаться, чтобы не заправить волосы за ухо кокетливым жестом. Если Безликий смотрит, я хочу, чтобы он это увидел.

Дэни наклоняется ко мне.

— Привет, я Дэни, а это Мисти.

Мисти ухмыляется ему, как идиотка, и он улыбается ей в ответ, его взгляд задерживается на ней на секунду дольше, чем я хочу, прежде чем снова перевести его на мою грудь.

— Как проходит твой семестр, Саммер?

Он не сводит с меня глаз. Дэни и Мисти для него не имеют значения, пока я пытаюсь удержать его внимание, выпрямляя спину и выпячивая грудь. Я сильно сомневаюсь, что Грант — мой безымянный монстр, но осознание того, что Тень потенциально наблюдает за мной, наполняет меня волнующей нервной энергией.

Я игриво отвожу взгляд.

— Тяжко. У тебя?

Он смеется.

— Это мягко сказано. Этот курс надерет мне задницу. Откуда вы, девочки?

— С севера штата.

Он еще сильнее прижимается ко мне.

— Я из штата Нью-Йорк, получаю футбольную стипендию. Тебе нравится смотреть футбол?

Типичный футболист.

В детстве я мечтала о своем будущем и всегда представляла себя с футболистом. Но сейчас мысль о том, чтобы быть с кем-то вроде Гранта, просто наводит скуку.

— Не совсем, — отвечаю я.

Он хмурится.

— Ты идешь на вечеринку по случаю сбора урожая?

Даже его вопросы скучны. Я сразу отметаю мысль о том, что именно он стоит за этими сообщениями. Я просто не улавливаю атмосферу. Он кажется слишком милым, даже если не может перестать пялиться на мои сиськи.

Я пожимаю плечами.

— Не планирую.

Дэни толкает меня локтем, в то время как Мисти вытягивает шею, пытаясь расслышать, что происходит.

— Да, — говорит Дэни, грызя ручку. — Мы идем.

Взгляд Гранта снова опускается на мою грудь — его глаза затуманены и безжалостны — его язык касается губы.

Тьфу. Зачем?

Свет гаснет, и профессор Гарсия выходит на сцену на своих шпильках. Грант слегка подталкивает меня локтем.

— Не хочешь как-нибудь встретиться? Я бы с удовольствием показал тебе, как хорошо провести время.

Дэни перегибается через мое сиденье.