Элизабет в изнеможении откинулась на подушку, ощущая, как тело наливается приятной усталостью. Ричард обнял и прижал к себе, его руки были теплыми и надежными. Капельки пота стекали у него со лба, переливались в тусклом свете. Погруженные в тишину, они лежали рядом, чувствуя, как замедляется их дыхание после ночи. Покой и умиротворение заполнили комнату, и Элизабет, уткнувшись носом в широкую грудь, мирно заснула. Ричард тоже позволил себе отдохнуть.

Ричард открыл глаза первый, ощущая тепло любимой женщины рядом. Ее ровное дыхание, теплый запах тела наполняли его душу безмятежным счастьем. Он задержал взгляд на лице. Не в силах удержаться, он нежно прикоснулся губами к виску, боясь нарушить этот хрупкий покой. Затем с осторожностью приподнялся, стараясь не потревожить.

Одеваясь, он еще раз оглянулся на спящую Элизабет и не увидел, как по ее щеке скатилась одинокая слеза, затерявшаяся в складках подушки.

Спускаясь по лестнице, Ричард чувствовал легкость. Казалось, он мог бы обнять весь мир — так сильно переполнялось его сердце радостью. Внизу его встретила Марта, усердно вытирающая пыль со стола.

— Доброе утро, господин. Что прикажете? — спросила она, выпрямляясь и вытирая ладони о фартук.

— Подай обед в мой кабинет, — ответил Ричард и тут же, смягчив голос, добавил: — И, пожалуйста, не тревожь леди Давер. Пусть поспит столько, сколько потребуется.

Марта нахмурилась, неодобрительно сложив губы.

— Да уже скоро ужин, господин, — проворчала она, явно недовольная таким нарушением привычного распорядка.

Но Ричард лишь рассмеялся, ворчание не могло омрачить его настроения.

— А где наши почтенные гости? — спросил он, оглядывая холл.

— С полудня отправились осматривать окрестности, — ответила служанка, снова принявшись за стол с удвоенным усердием. — Вернутся, говорили, к вечеру.

Ричард кивнул и вышел в сад. Прислуга уже убрала свадебные убранства. Посмотрев на солнце, он вернулся в кабинет. На столе лежала стопка бумаг, но лорд не торопился приступать к делам. Откинувшись на спинку кресла, мечтательно закрыл глаза.

Только через некоторое время принялся за работу и не заметил, как сгустились сумерки.

В дверь стукнули один раз и тут же вошли.

— Лорд Давер, а я думал застать тебя с молодой женой, — удивленно осмотрелся Эшли.

— Пусть отдыхает.

Эшли прошел вперед, уселся в кресло и сразу потянулся к графину с бренди.

— Я смотрю, ночь удалась, ты весь сияешь, — ухмыльнулся Глофу.

— Не говори пошлостей, — нахмурился Ричард, смотря, как его запасы алкоголя бесцеремонно уничтожают.

— И в мыслях не было, — отпил Эшли и поморщился, — Элизабет хоть живая?

Слова Эшли прозвучали с привычной насмешкой, но вдруг тень пробежала по лицу Ричарда. Глаза, еще секунду назад светившиеся спокойствием, вспыхнули тревожным огнем.

— Она уже просыпалась? — Эшли нахмурился, заметив перемену в друге. — Ты ж силен, как стадо разъяренных быков, надеюсь, не навредил ей…

Ричард даже не ответил, дыхание перехватило. Он резко вскочил, опрокинув кресло, и бросился к двери, не слушая окликов.

— Постой! Я с тобой! — Эшли рванулся следом, но лорд уже мчался по коридору.

Дверь в спальню распахнулась, Ричард на мгновение замер, охваченный ледяным ужасом. Элизабет металась на кровати. Ее пальцы впивались в простыни, тело сотрясали судороги. По бледным щекам струились слезы, оставляя мокрые дорожки на подушке.

— Проснись, любимая! — Ричард рухнул перед ней на колени, схватил за холодные плечи. Он потряс ее, голос сорвался на отчаянный шепот: — Прошу, очнись!

Элизабет открыла глаза и тут же вцепилась в него.

— Что случилось? — Ричард обнял ее, чувствуя дрожь.

— Сны… — ее голос был прерывистым, она задыхалась будто после бега. — Ужасные сны… Я видела твое прошлое.

Сердце Ричарда сжалось. Он притянул ее ближе, одной рукой гладя по волосам, другой прижимая к себе, защищая от невидимых когтей кошмара.

— Тише. Все прошло, — заверил он.

— Это не сон… — Элизабет задрожала сильнее. — Со мной что-то не так…

В дверь резко постучали. Она вздрогнула, вжавшись в Ричарда.

— Это я. Эшли. — За дверью послышалось беспокойное покашливание. — Все в порядке?

— Да, — неуверенно ответил Ричард.

— Тогда я вхожу!

— Нет! — пальцы Элизабет впились в рукав Ричарда. — Я не одета… — прошептала она, и в карих глазах мелькнул стыд.

— Подожди! — рявкнул Ричард намеренно грубо, чтобы скрыть дрожь.

За дверью замерли, потом раздался вздох.

— Ладно. Но ей нужно поесть, — Эшли говорил уже мягче, но с упреком. — Она и так без сил… после тебя. Я принесу еду и тогда уж точно войду.

Шаги затихли вдалеке. Ричард закутал Элизабет в одеяло и постарался согреть.

— Что ты видела? — спросил он тихо.

— Твое прошлое… — ее голос был еле слышен. — Я видела тебя. И не могла проснуться… Будто кто-то держал меня там…

Измученная страстью Элизабет закрыла глаза, прижимаясь к груди Ричарда, и моментально провалилась в глубокий, беспробудный сон. Тело, утомленное неистовой бурей чувств, искало лишь покоя, а разум жаждал забвения.

Она очутилась на берегу озера, будто сотканного из серебра и тьмы. Полная луна отражалась в его бездонных водах, создавая иллюзию второго, зеркального мира, затягивающего в свою глубину. Тишина была почти осязаемой, нарушаемая лишь тихим шелестом прибрежного тростника и далеким криком ночной птицы. В воздухе витала легкая дымка, придававшая всему происходящему оттенок волшебства.

— Ты сделала правильный выбор, — раздался мелодичный голос, отчего Элизабет развернулась, ощущая, как по спине пробегает легкий озноб.

Перед ней стояла та же незнакомка, что являлась ей во снах и видениях. Ее лицо, озаренное лунным светом, казалось неземным, а глаза лучились каким-то таинственным знанием. Она довольно улыбалась.

— Хочешь узнать прошлое? — загадочно спросила девушка, склонив голову набок. Голос звучал как обещание и искушение одновременно. – Ты уже готова.

— Я ничего не понимаю, — прошептала Элизабет, ощущая нарастающую растерянность и тревогу. Она оглядела себя, словно впервые увидев собственное отражение. На ней был надет простой сарафан из грубой ткани с открытой спиной, позволяющий холодному воздуху ласкать кожу. – Кто ты?

— Я проводник. Зови меня Латификой. Запомни, почувствуешь холод. Возвращайся, — девушка подошла и нежно, но настойчиво подтолкнула ее за плечи.

Элизабет попятилась, теряя равновесие, и мгновенно оказалась во дворце, в огромной комнате советов.

Седой мужчина, с глубокими морщинами на лице, сидел за массивным столом из темного дерева, обхватив голову руками. Его плечи содрогались от беззвучных рыданий.

— Отец, моя жертва поможет всем нам и в частности тебе, — произнес чей-то голос, полный решимости.

«Но кто это сказал? И что это за жертва?» Вопросы роились в голове Элизабет. Ей хотелось бежать, кричать, проснуться, но она была лишь наблюдателем, заточенным в клетке времени, вынужденным смотреть на разворачивающуюся перед ней драму.

Молодой Ричард застыл у окна, горящий юношеский взор был прикован к происходящему внизу. Он с каким-то болезненным вниманием изучал мельчайшие детали.

— Эти демоны знают, кого выбирать. Но ты должен стать императором Солукета после меня, — печально покачал головой старик, — надо выбрать кого-то другого.

— Но Давер хотел именно меня, его кровь поможет тебе выздороветь. Править будет брат. Надо соблюдать старый договор, — с наивностью в голосе сказал Ричард.

Элизабет подошла к нему. Холодный порыв ветра пронесся сквозь нее, но она не обратила внимания, сосредоточившись на Ричарде. Невесомым прикосновением коснулась его плеча, но он, поглощенный своими мыслями, даже не почувствовал призрачного присутствия. Его взгляд по-прежнему был устремлен на группу женщин, собравшихся в саду. Элизабет узнала среди них Маргарет. Сердце болезненно сжалось.